Вернуть дворянство 6 (СИ)

Банрю кивнул, даже не глядя на остальных. Видимо, у него имелась вся полнота власти, чтобы принять подобное решение.
— Предложение вполне в духе нашего клана. Поединок три на три? — уточнил он.
— Нет. Два на два. Джи-А Чон здесь сугубо из-за своей любви к вулканам.
— Да будет так. Место поединка?
— На ваше усмотрение, — сказал я. — Единственное уточнение. С вероятностью девяносто четыре процента я перегорел во время схватки с Акира Хидая, так что для себя просил бы бой на тренировочных бокенах, либо на холодном оружии.
  
Этим смог всех удивить. Все же биться с надеждой на доспех одно, а прийти к самураям и сказать, сражаемся без защиты на мечах, совсем другое.
— Мы согласны. С достойным противником всегда приятно разделить поле боя.
Мы обговорили нюансы. Кёяма предложили мне артефакт имитирующий табурный доспех, но я отказался, только так можно заслужить их истинное уважение и как следствие лояльность.
Тогда определились, что поединок пройдет на деревянных тренировочных мечах. И тут у меня имелись хорошие шансы, бокеном я владел куда лучше, чем той же катаной или еле младшей сестричкой вакидзаси.
Мы отправились готовиться. В течении часа пришел монах из храма, который вполне сойдет за стороннего арбитра. Его интересы простираются далеко от земной суеты, так что едва ли его можно будет заподозрить в симпатии одной из сторон.
Я буду сражаться первым. Предполагается, что схватка на мечах станет более быстротечной.
— Судьба провинции решается в самурайской дуэли, как и четыре века назад. Скажи мне кто подобное, рассмеялся бы ему в лицо, — сказал Кай.
Поединок проходил до первого касания, как если бы меч был настоящий. До двух очков. Затем начнется второй раунд до физического поражения, то есть до отключки или сдачи. Можно использовать все приёмы. Я надеялся и ногой пару раз припечатать противника. Правда, взамен Кёяма выторговали возможность замены соперника. То есть, если они поймут, что я сильнее конкретного оппонента, его могут поменять на другого.
Не самые выгодные условия, но выбора нет. Либо так, либо завязнуть в изнурительных сражениях.
— Стороны готовы? — спросил монах.
Мы кивнули.
— Приступим!
  
Глава 16
 
Мы проследовали на поле боя. Плоскую серую пустошь, усеянную гроздями вулканических камней. С трех сторон её окружали небольшие возвышения, покрытые зеленью, а с четвертой озеро.
Я переоделся в кимоно с гербом своей школы. Ведь всем известно, кимоно дает плюс десять урона бокеном.
Я надеялся сойтись в поединке с Сабуро, но меня оценили еще ниже. Вышел юный Кёку. Его имя можно перевести как «предел». Символичные эти ребята Кёяма. Ему всего шестнадцать, но он родился с бокеном. Что ж. Будет самураям сюрприз. Наверное…
Чтобы исключить подлог надтреснутого деревянного меча, каждый выбирал его сам из большой кучи. Все изделия были качественные из японского дуба.
Во время церемониальных дуэлей даже для деревянных мечей выдавались ножны. Мы вышли на середину и поклонились друг другу.
— Ты бьешься за целую провинцию, несмотря на возраст, — сказал я. — Родичи высоко тебя ценят. Не ударь в грязь лицом. Все же в противном случае сотни и тысячи жизней могут пострадать.
Парень нахмурился.
— Меч и я неделимы. Чего не скажешь о тебе, чужак. Заботься о своей победе, а не о моей.
— Ох уж эта юность и её дерзость, — усмехнулся я.
И мы разошлись. Вроде накачал его переживаниями. Надеюсь, сейчас перед глазами у него сцены разрушения любимых мест, и он переволнуется.
Мы замерли, сверля друг друга взглядами. Мой слегка насмешливый и его сосредоточенно обозленный.
Я даже не различил команды начала схватки. Просто услышал какой-то голос и понял — пора.
Рука легла на рукоять бокена. Кёку рванул ко мне, на ходу выхватив оружие. Я смотрел только на ноги, прикидывая дистанцию. Долю секунды он потратил, чтобы затормозить после столько стремительного рывка, а я выхватил меч и выбросил его вперед, едва коснувшись шеи противника.
Самая престижная победа. Раздались сухие аплодисменты.
— Победа Благого! — огласил округу голос монаха.
Парень сжал кулаки, кивнул мне и шумно дыша направился на исходную. Я убрал меч в ножны и, положив стиснув рукоять, ждал.
И снова размытый звук голоса. На этот раз я вынул бокен из ножен и выставил перед собой. Кёку проявил терпение и не полетел на меня.
Начал поигрывать оружием, проверяя реакцию, но я не дергался. Не верил, что он ударит первым, а если даже так, я успею увернуться. Мы тут на картинку работаем. Этот поединок лишь прелюдия к следующему раунду, и мне надо создать определенный образ.
Со стороны, наверно, смотрелось скучно. Чего-то кружим делаем еле заметные рывки деревянной палки. На самом же деле шла тактическая битва. Проверка рефлексов и реакций. Подготовка к той самой атаке.
И вот выпад! Меч Кёку резко хлопает по концу моего орудия. В тот же миг становится понятно попадет. Я отклоняю рукой выпад в бок.
Японец оборачивается на судей. Банрю качает головой. В реальном бою он бы порезал мне руку до кости, но не более, а значит, атака не засчитана. Хотя психологически он немного отыгрался.
Снова танцуем. Я резко бью, копируя его предыдущую атаку, а потом вкладываюсь от плеча, пытаясь переиграть на силе. Бокен трескается, но не ломается, парень едва не валится с ног, но чудом увернувшись бьет меня по голени.
И снова смотрит на судей. На этот раз монах качает головой. Удар слишком слабый. Он бы ранил меня, но опять же, стоя на месте я бы еще долго мог отбивать его атаки.
Заменяем оружие, и снова проверяем рефлексы друг друга. Но едва я нахожу окошко для атаки, как меч Кёку нацелился в пах, но потом полетел в голову. Присев, я пропустил его над головой, пробил концом меча в низ живота.
Парень очень сильно разозлился на себя, но старался не подать виду. Мы поклонились друг другу. Посовещавшись, Кёяма выставили против меня Сабуро.
Теперь уже до сдачи или до отключки. Будет интереснее. Моё тело крепче, терплю боль я точно лучше. Посмотрим, что из этого выйдет.
Мы сошлись.
— Неплохой урок ты преподал моему брату, — сказал юный самурай.
— Приходите в мою школу, еще много всего могу показать.
— После поединка вряд ли ты сможешь ходить.
— Ну не знаю. Это твои родичи спасли тебя, отвергнув бой на настоящем орудии. Ведь они не меня тем самым спасали.
Мы разошлись, а я, похоже, загрузил Сабуро. Первая атака за мной. Хе-хе.
Бой начался, и противник попёр без разведки. Три быстрых выпада по блоку, и разрыв дистанции, из-за чего я не дотянулся контратакой, а вот он ловко отбил мой меч, и уколол в бедро.
Я отошел на два шага кивая, отдавая должное его технике. Хорошо все по науке исполнил. Будет весело.
Потер место ушиба. И снова стремительный выпад Сабуро. Я отбил его меч ударом от себя и вбил рукоять ему в стык плеча и ключицы. Парень тут же отскочил, шипя от боли.
Один — один.
И снова он первый атакует. Удар в голову из высокой стойки, успеваю выставить блок, он присел от моего выпада, одновременно крутанувшись и ударив меня по икроножной мышце.
Я отскочил, морщась для публики. Это уже пижонский фокус. Такими техниками я не владею. У меня все более собрано и по делу. Если у него в запасе вагон таких финтов — плохо дело.
И снова серия ударов по разным этажам. Я легко все отбил, сделал обманку на контратаку и поймал подавшегося вперед противника тычком в грудь.
Он отшатнулся. Я не взял паузу, как делал до этого, а стремительно сократил дистанцию. Удар. Второй. Третий! Все по блоку. Но я давлю. Камни и неровная местность заставят его оступится рано или поздно. Седьмой… Десятый удар!
  
Нога чуть поехала. И я со всей силы обрушил бокен на плечо японца. Тренировочный меч ломается, и Собуро падает. Стискивает зубы. Отпахивает кимоно, ключица не сломана, расслабленно выдыхает.