Жнец. Книга одиннадцатая (СИ)

И, к сожалению, с каждой секундой становилось все более очевидным, что Юлия уступает своему отцу как в первом, так и во втором. Ее запас сил был конкретно подорван ее внезапной вспышкой ярости, а с клинком ее отец управлялся гораздо лучше.
«Ей придется использовать свой козырь, хочет она того или нет», — констатировала Чайя, наблюдающая за дуэлью моими глазами.
«Полагаешь, твоя подопечная не сможет справиться со своим противником, Темная? — ехидно спросила Кей. — Я бы никогда не допустила того факта, чтобы мой ученик вышел на бой не до конца подготовленным.»
  
«Выйди бы сейчас на арену Голицына, то, боюсь, она бы даже не успела понять, что ее убило», — вмешался я.
«Саша, что ты такое говоришь? Ольга сильная девочка! Она бы точно справилась! — заверяла меня хвостатая. — И вообще, ты на чьей стороне? Разве не видишь, что у княжны снова возникли проблемы?»
«Разумеется, вижу. Белов на голову превосходит свою дочь в боевом опыте, — ответил я, проигнорировав первый вопрос демоницы. — Возможно, в голой мощи Юлия смогла бы одолеть своего отца, но кто ж ей позволит это сделать?»
Тем временем шок опального князя окончательно прошел, а сам он привык к возможностям своей дочери. У Юлии получалось достать отца своими клинками в очень редких случаях, а вот Максим Белов то и дело рассекал Покров девушки. Благо изготовленный Шелковым и кузнецами-иномирцами доспех прекрасно себя показывал, с достоинством выдерживая мощные удары опального князя.
Однако лицо княжны не было прикрыто ничем, кроме Покрова. Так что теперь оно красовалось ссадиной на всю правую щеку от первого удара и глубоким порезом от одного из выпадов противника девушки.
Становилось очевидным, что проигрыш Юлии близок, и, чтобы его избежать, ей придется воспользоваться тем самым козырем, который мы обсуждали с моими фамильярами.
«Кей, — обратился я к своей хвостатой помощнице. — Предупреди Оксану, чтобы она была готова выполнить мое поручение.»
«Сделаю, босс», — шутливо ответила демоница, послав мне образ, как она прикладывает раскрытую ладонь к своему пушистому уху.
Хвостатая покинула мою душу и, воспользовавшись порталом, направилась к Оксане. Беловы в это же время сошлись в очередном столкновении, по истечении которого над ареной раздался характерный перелому костей хруст. Один из клинков Юлии стремительно рухнул на песок арены, подняв в воздух пыль, а сама девушка издала сдавленный вскрик. Одна из рук княжны обвисла, но она смогла сохранить решительный взгляд и твердую стойку на ногах.
Как бы то ни было, но опальный князь тоже не остался целым и невредимым. После столкновения его доспех, поврежденный самим Беловым, окончательно рассыпался, а на груди теперь красовалась глубокая рана, проходящая от ключицы до нижних ребер.
«Пожертвовала рукой, но смогла пустить кровь своему противнику, — покачал я головой. — Рискует.»
«Проверяет свои силы и новые возможности», — поправила меня Чайя.
Опальный князь сконцентрировал на ладони небольшой шарик из света, после чего провел им по кровавой борозде на груди. Рана хоть и не исцелилась, но кровоточить перестала.
Пошевелив плечами, Белов проверил свою подвижность, после чего, оскалившись и превратившись в вспышку света, рванул в сторону своей дочери. Пространство вокруг силуэта князя заискрило, а в его груди начали закручиваться всполохи, знаменуя первую технику, использованную в дуэли полноценно.
«Решил положиться на одну атаку, вложив в нее все силы?» — мелькнула у меня мысль.
Юлия дурочкой не была, хотя большинству ее действия могли бы показаться безрассудными. Дело в том, что она прекрасна понимала, что ее отец готовит технику, но вместо того, чтобы усилить свой Покров, она его погасила. Полностью. Не оставила даже мнимого контура.
А в следующее мгновение энергия, скопленная опальным князем, покинула его тело, заполняя все пространство главной имперской арены ярким светом.
«Кей, действуй!»
* * *
Главная имперская арена, Москва
Императорская ложа
— Начала за здравие, кончит за…
— Не продолжай, матушка, — перебил экс-императрицу Алексей, кулаки которого были сжаты до белых костяшек. — Еще ничего не кончено!
Император и старшая из его сестёр молча наблюдали за разгорающейся перепалкой между их родственниками. Казалось, что выяснение отношений заботит их больше, нежели происходящее на арене.
— Сынок, не припоминаю, чтобы у тебя были проблемы со зрением! — вскинулась Анастасия Романова. — Взгляни правде в глаза. Белова, конечно, молодец — смогла удивить. Однако ее отец превосходит ее на голову как в умении обращаться со своим Даром, так и во владении холодным оружием.
— В голой мощи Белова сильнее, что мы могли видеть по успешному отражению первой атаки ее отца! — не соглашаясь, повысил голос Алексей, вперившись в свою мать гневным взглядом. — Смею напомнить, что это ты лишила ее возможности набраться опыта в том, чтобы быть Неограниченной!
— Она заслужила, сын!
Михаил Романов, глядя на это зрелище, удрученно выдохнул и вернул свое внимание к происходящему на арене, полностью на нем сфокусировавшись.
— Да? Точно она? Или Новиков? М? — нападал принц. — Что-то я не припомню в докладах информации, гласящей о том, что княжна Белова вела себя вызывающе. Цитирую: «Юлия Максимовна, известная как княжна Белова, вела себя покорно, неагрессивно, свойственно тому, кто нуждается в прощении»!
— Закрой рот! — бросив косой взгляд на своего старшего сына, выкрикнула императрица.
— Пожалуй, продолжу! — хмыкнул Алексей, не услышав слов запрета со стороны Михаила, с интересом глядящего на происходящее на арене. — «В то время как Ее Величество Анастасия прочувствовала всю боль княжны, испытанную ею за годы юности и отрочества, пустив одинокую слезу по правой щеке. Тем не менее, вела она себя крайне вызывающе и провокационно, пыталась вывести графа Новикова на конфликт, вследствие чего тот жестко и доходчиво объяснил ей, что она не права.»
— Это кто такое в докладах пишет⁈ — изумилась экс-императрица, после чего взревела: — Имя!
— Уже поведал! — с сарказмом в голосе ответил Алексей. — Так что ты, матушка, ослепленная яростью и гневом, решила мстить, но сделала это не напрямую, а через близкого Новикову человека. Хотя недавно сама ходила к нему в гости с определенной просьбой, где получила уклончивое согласие со стороны Александра.
Сквозь пелену барьера, помогающего справиться с ярким светом от Даров сражающихся людей, донёсся хруст костей и женский вскрик.
— Откуда ты знаешь? — мрачно спросила Анастасия, не обращая внимания на дуэль.
— Не имеет значения, — отмахнулся принц. — Ты…
— Хватит! — рявкнул император. — Взгляните! — указал он на отца и дочь, дерущихся друг с другом на арене. — Похоже, дело близится к развязке.
Повинуясь воле императора, его мать и младший брат замолкли и одновременно устремили свое внимание на арену, где друг напротив друга замерли двое людей: Юлия Белова, чья рука обвисла плетью, и Максим Белов, проводящий по своей груди опоясанной светом рукой, тем самым останавливая кровотечение
— М-да уж, — тихо буркнула Татьяна, наблюдающая за перепалкой своих близких родственников. — Вот уж семейка…
— Таня, тебя это тоже касается, — не глядя на сестру, бросил император.
— Смотрю я, смотрю! — во второй раз за день подняла руки в защитном жесте принцесса, после чего направила свой взор в сторону участников дуэли. — Что она делает⁈ — воскликнула Татьяна, глядя на то, как княжна гасит свой Покров против бегущего на нее опального князя.
  
— Получается, смирилась? — усмехнулась экс-императрица.
— Что-то здесь нечисто, — с надеждой в голосе прокомментировал ситуацию принц.
Тем же временем Максим Белов настиг позиции своей дочери, после чего активировал технику. Зрительские трибуны восторженно ахнули, пытаясь разглядеть хоть что-то через пелену света, застилающую все пространство арены.