Жнец. Книга одиннадцатая (СИ)

Взяв бокал с игристым, я присел на лавку неподалеку от своих родных. Рядом со мной уселся Костя, после чего осмотрел меня цепким взглядом и заключил:
— Неважно выглядишь, дружище, — на это я лишь горько усмехнулся, а он добавил: — Ты когда спал последний раз?
— Дней пять назад, может, шесть, — пожал я плечами.
— И сегодня выспаться тебе не удастся, — покачал головой Константин, а в его глазах отобразилось лукавство, которое ему, обычно, было не присуще. — Первая брачная ночь, все дела. Ах, и завтра, верно, тоже придётся бодрствовать… Да-а-а, дела. Таким образом, сердечко и у Неограниченного может встать.
  
— Что-то ты больно язвительным стал, мой друг, — хмыкнул я. — Хочешь, я тебя женю? Теперь могу себе позволить. Тогда посмотрим, как ты запоешь.
Костя побледнел, и поднял руки в защитном жесте:
— Не, дружище. Мне ещё рано. Для начала нужно полноценно вникнуть в дела Рода, а затем уже думать о его продолжении, — важно подняв указательный палец вверх, заявил парень. — Да и не до девушек мне сейчас, — и поспешил перевести тему: — Кстати, ты не рассказывал, что у тебя, оказывается, такая большая семья, — кивнул парень на остальных Новиковых, которые старались не отсвечивать.
— Сам до недавнего времени не имел понятия. Как ты можешь помнить, мне память в школе отшибло, а Наташа отчего-то и не напоминала, — признался я. — Ладно, пора работать, — залпом осушив бокал, проговорил я. — Пошли.
* * *
Когда на выделенную сцену, которую было видно с любого уголка территории имения Донских, вышел хозяин мероприятия, я, честно признаться, с облегчением выдохнул. Для всех это было сигналом, что начинается официальная часть, а для меня шансом укрыться от дотошного внимания общественности. А ведь стоит закончиться официальной части, как все желающие направятся к нам, чтобы поздравить. Благо появится предлог свалить пораньше, чтобы исполнить, так сказать, супружеский долг.
Пока Игорь Владимирович распылялся хвалебными речами в сторону императора, который, разумеется, присутствовал здесь, я смог спокойно юркнуть за сцену, где в спокойной обстановке можно было дождаться момента, когда меня вызовут. Однако время весьма скоротечно, и не успел я толком выдохнуть, как услышал:
— Что ж, дамы и господа, думаю, хватит затягивать с вступлением. Пора бы уже выйти тем, кто стал виновником сего торжества. По обычаю, первым выходит жених, — хмыкнул князь со сцены. — Думаю, в особом представлении он не нуждается. Несмотря на то, что он весьма молод, за ним уже столько достижений, сколько не может позволить себе отдельный аристократический Род, что уж говорить о самом аристократе… Встречайте, дамы и господа, Канцлер Российской империи, граф Новиков Александр Петрович!
Стоило мне показаться на сцене, как толпа заулюлюкала. Рукоплескания нарушались криками поздравлений, большинство которых было вполне искренними. Забавно, что совсем недавно львиная доля аристократов, находящихся сейчас здесь, ненавидела мой Род и меня в главной роли. А теперь вот, хлопают…
Когда я оказался подле князя, тот с воодушевлением протянул мне руку для того, чтобы в следующий миг я её пожал. Своеобразный жест, в котором я доверяю князю женить меня сегодня на одной из моих будущих жён.
— Дамы и господа, не буду медлить. Готов поспорить, молодым уже не терпится побыть в компании друг друга, — Игорь Владимирович ненадолго замолчал, пока из толпы слышались негромкие смешки. — Спутницу жизни наш благородный граф выбрал себе под стать. Смелая, отважная и столь же прекрасная. Дамы и господа, цветок Рода Златовых — Анна Александровна, — князь указал раскрытой ладонью в противоположную сторону сцены, где уже показалась моя невеста, ведомая под руку своим отцом.
Рассматривая свою будущую жену, я даже затаил дыхание: настолько она была прекрасна. Анна, что в повседневной жизни больше любила одеваться в удобную одежду, а то и вовсе в боевой костюм, сейчас шла в белоснежном платье, что ярко контрастировало с тёмным цветом её волос. Украшений и макияжа на девушке было по минимуму, словно она нарочито красовалась своей естественной красотой. И сейчас Анна шла и смотрела мне прямо в глаза таким взглядом, в котором читалось явное наслаждение тем, что я не в силах оторвать от неё своего внимания. А мне и не хотелось. Я был готов наслаждаться лишь ей одной весь остаток сегодняшнего вечера, однако мне вряд ли это кто-то позволит.
Когда Анна в компании своего отца дошла до наших с Донским позиций, Александр Сергеевич отпустил свою дочь, и она встала напротив меня, предвкушающе улыбаясь. Улыбку мог видеть лишь я один, так как для остальных её скрывала свадебная фата.
Игорь Владимирович же обращался главным образом к гостям, нежели к нам:
— Властью, дарованной мне титулом и правом, я готов скрепить брак молодых, однако, как того требует традиции, первоначально встаёт вопрос: присутствует ли здесь кто-нибудь настолько смелый, что готов оспорить сегодняшнее бракосочетание и бросить вызов графу Новикову? — и лишь сейчас я оторвал взгляд от своей невесты, чтобы осмотреть лицо каждого из гостей. Казалось бы, недавно я сам в такой момент сорвал свадьбу Оксаны, а сейчас у кого-нибудь есть вариант испортить праздник нам с Анной. Но, как выразился Донской, таких смельчаков не оказалось. — Как и ожидалось, — довольно цокнул Игорь Владимирович. — Тогда приступим… Анна Александровна, готовы ли вы взять в законные мужья Александра Петровича, войдя в его Род на правах жены? — послышался ропот гостей, так как князь нарочито пропустил слово «первой».
Несмотря на то, что я уже знал точный ответ, внутри всё равно натянулся как струна, ожидая слов Анны. Та, словно чуя моё напряжение, слегка помедлила, чтобы я вдоволь насладился моментом, после чего, наконец, изрекла:
— Готова, — и в этом одном слове было столько ожидания и предвкушения, что кому-то неподготовленному могло стать не по себе.
— Александр Петрович, — глаза Донского наполнились молодым озорством, — готовы ли вы принять в свой Род прекрасный цветок Рода Златовых, Анну Александровну?
Я ещё раз оглядел свою невесту. С удовольствием отметил, как предательски забегали глазки Анны, когда я решил отплатить ей той же монетой. Вот только не раздумьями была забита моя голова. Я любовался, и вскоре твёрдо и чётко произнес:
— Готов, — от моего слегка резковатого ответа, Анна блаженно прикрыла глаза.
— Вот и отлично! — хохотнул князь, после чего громко и торжественно произнес: — Объявляю вас законными мужем и женой! Можете обменяться кольцами.
Рядом с нами словно из воздуха соткался постамент, на вершине которого на подушечке лежало два золотых кольца разных размеров. Взяв то, что поменьше, я аккуратно надел его на безымянный палец своей жены, после чего она проделала ту же махинацию со вторым кольцом и моим пальцем. Позже кольца сменятся на Родовые перстни, однако сейчас следовало отдать дань символизму и традициям.
— Жених может поцеловать невесту, — как-то даже затаённо проговорил Донской и испарился со сцены.
Я же, в свою очередь, аккуратно отодвинул фату в сторону и нежно поцеловал, казалось, бы невозмутимую Анну. Однако во время соприкосновения наших губ я смог почувствовать всё желание и трепет, которые дублировались душой девушки.
Толпа в очередной раз заулюлюкала, заставив нас прерваться, и повернуться в её сторону. Несколько радостных взмахов рукой, после чего мы спокойно удалились за сцену. Мы ещё вернёмся, однако сейчас нам выпало несколько мгновений побыть наедине друг с другом. Их Анна решила использовать по-своему: резко откинув фату, она попыталась прижать меня к стене, однако у неё ничего не вышло, отчего она попросту припала своими губами к моим, показывая, что поцелуя на сцене ей было мало. Расстраивать свою, теперь уже, жену я не стал, и ответил ей столь жарко, как и она целовала меня.
  
— Я так рада, — отстранившись прошептала Анна еле слышно, словно шелест листьев.
— И я, — необъяснимое чувство тревоги вмиг заставило меня прерваться, однако, собравшись с силами, мне удалось закончить: — рад.