Жнец. Книга одиннадцатая (СИ)

Строгим кивком принял его помощь и указал на место подле себя. Вслед за Астапенко из толпы повалили другие желающие присоединиться к защите столицы. Некоторые из них, особенно молодые ребята, хотели присоединиться, не соответствуя выдвинутым мной требованиям. Пришлось им отказывать, отчего они, вытянув лица в удивлении, будучи не способными понять, как мне удалось разглядеть в них недостаточно сильных Одаренных.
  
— На этом всё. Можете занять здание за моей спиной, — указал на бар тем, кто не стал присоединяться ко мне. На тех, кто не возжелал присоединиться, хотя мог, или тех, кто возжелал, но не мог, я разделять не стал. Пустое. — Вы, господа, — обратился я к двум десяткам крепких мужчин, что решили присоединиться ко мне, — вольны подойти к любому гвардейцу, и он выдаст вам форму без отличительных знаков и первоклассное холодное оружие. На сборы минута, — жестко обозначил я. — После чего мы ворвемся в сражение и покажем иномирцам, чего стоит русская кровь и какой ценой для них встанет ее пролитие! — я полыхнул силой, а в небе громыхнули темные молнии, создающие собой причудливую и смертоносную паутину.
— Да-а-а! — рявкнули в ответ два десятка глоток.
— Время пошло.
  
Глава 17
 
Первоначальной задачей для меня стояло объединение отряда, который напоминал собой сборную солянку и состоял из не подневольных мне людей, с моими фамильярами, «Детьми Тени» и основной массой гвардейцев моего Рода. Да, и сейчас со мной были мои воины, но их количество оставляло желать лучшего, ведь остальные бойцы оказались в эпицентре вторжения и держали круговую оборону.
Мой квартал находился вдали от места сражений. Тем не менее, стоило нам выйти за его стены, как по ушам сразу же ударила канонада выстрелов оборонных пушек, установленных здесь еще во времена Великого Московского Рифта, а тело сдавило давление времени и пространства из-за открытого иномирцами огромного разлома, который было видно издали. Колоссальных размеров черное пятно рассекало пространство, позволяя людям иного мира беспрепятственно проникать в наш и сеять в нем хаос и разруху.
Вот только такой портал должен был жрать немало сил своего призывателя. Чем были обусловлены его габариты, покамест оставалось загадкой. Существ подобных размеров было бы видать издалека, однако ничего или никого не было. И если иномирцы не планируют вторгать в нашу столицу «крупную артиллерию», то им следовало открыть много порталов размерами поменьше.
Сглазить я не боялся, ведь уже то, что иномирцы смогли пробиться в Москву, значило, что у них есть какой-то план и, возможно, кто-то, кто им помогает, будучи жителем столицы. Нельзя сбрасывать со счетов того же князя Волконского или родню Разумовского. К тому же следовало нам продвинуться дальше, оказалось, что огромный портал оказался не в единственном числе.
Жизнь, казалось, покинула ту часть города, по которой мы передвигались. Опустелые улицы и проспекты, закрытые шторами окна жилых домов, опущенные роллеты магазинов — все говорило о том, что люди затаились, пытаясь сохранить свою жизнь. А времени с начала вторжения прошло всего ничего, однако непрерывный тревожный вой сирен, наполнявший собой все пространство столицы, делал свое дело. Трепещущие души в основном чувствовались на некоторой глубине под зданиями, сообщая о том, что их владельцы, смекнувшие, что это не учебная тревога, решили спрятаться в подвалах.
Тревожить притаившихся гражданских, предлагая им укрыться в моем квартале, я не собирался. Вероятность того, что иномирцы смогут прорваться через линию обороны крайне мала. А одиночные цели без труда смогут уничтожить автоматические турели, бездушно наблюдающие за улицами города. Как система защиты различала цель перед собой и решала атаковать ее или нет, оставалось загадкой. Главное, что открывать огонь по нам никто не собирался.
К месту основного сражения мы торопились настолько, насколько это было возможным. Как правило, отряд движется со скоростью самого медленного своего члена. Таковым у нас был один из «гостей», но не тот старик, что вызвался первым присоединиться к отражению нападения на столицу. Понимая, что опаздываем, я захотел оставить за главную свою сестру, однако судьба и план иномирцев решили принять такое решение вместо меня.
Из великоразмерных порталов вышли ящероподобные твари, передвигающиеся на задних конечностях, совсем как люди. Их габариты были аккурат под стать разломам в пространстве: они чуть холками не цепляли верхнюю кромку перехода между мирами. Помимо размеров иномирных тварей, я чувствовал, что они способны управлять энергией, а также мало-мальски мыслить. Тем не менее, на каждом из ящеров восседал погонщик, чья энергетическая система была связана с вверенным ему зверем.
Приходило понимание, что ящеры своим появлением не только внесли дисбаланс в противоборство защитников и нападающих, но и оказались способны оставить после себя не прекрасные улицы города, слегка потрепанные сражением Одаренных, а полноценные руины. В подтверждение моих мыслей, несколько зданий обрушилось, стоило ящерам сделать свои первые неторопливые шаги в направлении императорского дворца, рядом с которым так кстати размещался большой театр, своды которого удерживала моя кицунэ. Закинув в себя горсть Пилюль Восстановления, мыслеречью скомандовал:
«Кей, разрешаю принять полную форму.»
Демонице этого только и требовалось. С наших еще весьма отдаленных от основных сражений позиций было видной как купол театра, теряя поддержку в виде хвостов кицунэ, начинает медленно заваливать внутрь, чтобы сразу же разлететься вовне разных размеров обломками. Сама Кей, не теряя времени, продолжала расти в размерах, а ручей энергии из моих источников в сторону ядра девятихвостой превратился в самую что ни на есть настоящую реку.
Наша процессия даже остановилась, наблюдая за тем, как огромная девятихвостая лиса возвышается над столицей. Зрелище, честно признаться, поражало даже мое воображение, так как до этого самого момента я тоже не видел Кей в ее истинном обличье и нескованную в размерах. Подняв свою морду к небу, демоница взревела так, что до нас доносилось эхо ее мощного рёва.
Над столицей Российской империи воцарилась гробовая тишина, нарушаемая одиночными выстрелами защитных орудий. Поражены представлением хвостатой были как наши бойцы, так и вторженцы из другого мира. Ящеры безучастно задирали головы вверх, пытаясь рассмотреть морду колоссальных размеров лисы.
В мгновение кицунэ дернулась от большого взрыва в области одного из своих хвостов. Автоматическая система защиты восприняла моего фамильяра в качестве одного из противников, начав заливать ее огнем. Снаряды были явно не самыми простыми, так как река поглощаемой Кей из моих резервов энергии расширилась еще больше. Закинув в себя еще горсть Пилюль, выудил мобильный телефон и набрал министра обороны, тот ответил практически мгновенно:
— Александр Петрович, звонить в такое время — верх безрассудства! — сходу решил высказать свое недовольство князь Долгоруков, на что я не остался в стороне:
— Если еще хоть один выстрел будет сделан по моему фамильяру, то пушки, являющиеся венцом творения механики и артефакторики, будут украшать и защищать мое поместье! — сжав зубы, прошипел я так, чтобы никто из «гостей» не услышал моего гнева.
— Так это ваш фамильяр… — голос министра был наполнен восхищением и глубинным страхом. — Ваше Сиятельство, — внезапно перешёл он на обращение по титулу, — автоматическая система на то и автоматическая, чтобы определять врага самостоятельно. Она была установлена очень давно, и, боюсь, настроить ее сейчас так, чтобы ваш фамильяр воспринимался как «свой», не представляется возможным.
  
Кей нагло подслушивала мой разговор, подключившись к моим органам чувств, и негодовала. Свое негодование она выразила взмахом одного из хвостов, тем самым снеся несколько ближайших к ней зданий, на котором были установлены стреляющие по ней орудия. Разумеется, живых людей внутри построек не было.