Жнец. Книга одиннадцатая (СИ)

— Я хотела сразу тебе сказать, но ты был занят Беловыми. Мне не хотелось омрачать твою победу, Саша, — глаза Оксаны были на мокром месте, отчего я поспешил подхватить ее на руки, после чего усадил к себе на колени и, прижав к груди, проговорил:
— Ты часть моей семью, Ксюша. Ты вольна сообщать мне любые тревожные вести вне зависимости от того, где и с кем я нахожусь, — я повернул лицо девушки к себе и, стерев выступившие слезинки подушечкой большого пальца, добавил: — Поведай мне, что случилось, дорогая, и я решу нашу проблему. Обещаю.
  
Оксана некоторое время всматривалась в мои глаза, в то время как в ее душе разгоралась решимость. Смахнув рукой очередную порцию слез, девушка вымолвила:
— Меня провели, Саша, — молча кивнув, предложил девушке продолжить. — Твоим желанием было, чтобы я поставила деньги от своего имени, ведь секундантам участвовать в ставках нельзя. Вот только я не учла того факта, что у меня с моим Родом, мягко говоря, натянутые отношения, — я начал понимать, к чему клонит моя невеста, а в связи с этим в моей груди начала нарастать клокочущая ярость. Мой Род опять захотели прогнуть. — Стоило деньгам попасть на мой счет, как его тут же заморозили. А вслед за этим мне пришло сообщение, что, мол, в связи с тем, что я недееспособна управлять финансами самостоятельно, право управления моими денежными средствами переходит к моему отцу, — к концу своей речи Оксана, находившаяся в моих объятиях, сжалась в комок.
— Напомни-ка мне, дорогая, услугами какого банка пользуется Род твоего отца, а значит, и ты тоже? — погасив злость, спокойно спросил я.
— Единый банк княжеского Рода Разумовских… — как-то обреченно произнесла девушка.
«Саша, пусти меня! Я из этого денежного дома сделаю пепелище, которое будет полыхать белым огнем три года, три месяца и три дня!» — проревела в моем разуме девятихвостая.
«Выдастся еще возможность», — улыбнулся я мысленно, а вслух спокойно проговорил: — Пока ты не стала моей женой, тебе нечего было противопоставить Разумовскому и твоему отцу, который с князем, судя по всему, спелся. Но не волнуйся, дорогая, — тепло улыбнулся своей невесте. — К утру деньги будут на счету моего Рода. Сможешь купить себе парочку новых платьев.
— Изумрудных? — с надеждой спросила Оксана.
— Изумрудных, — положительно кивнул я, вызвав на лице девушки довольную улыбку. — Теперь тебе стоит пойти отдохнуть, а мне сделать парочку важных звонков.
— Я люблю тебя, Саша, — пискнула мне на ухо Оксана и, покраснев, чмокнула в щеку, после чего стремительно скрылась в коридорах имения.
От признания своей невесты я, честно признаться, опешил. За две мои жизни единственной, кто говорил мне такие теплые слова, была моя сестра из прошлого мира. Та, которую я не смог защитить.
Здесь же я впервые смог услышать подобные слова от человека, не связанного со мной кровными узами. Это, мать твою, так необычно.
Пришел в себя спустя несколько минут от очередного возгласа Кей в моей голове:
«Вообще-то я тоже говорила, что люблю тебя, человечишка! — пророкотала Кей. — А ты все мимо ушей пропускаешь.»
«Молоко шоколадное ты любишь, Демон, а не человека, — неожиданно хохотнула Чайя, чтобы затем серьезно продолжить: — А вообще, она права, Саша. Тебе следует чаще обращать внимание на окружающих тебя людей. Возможно, они не говорят тебе таких слов прямо, однако выражают свои любовь и поддержку иначе. И мы с Кей не являемся исключением.»
«Спасибо, мои дорогие, — хмыкнул я мыслеречью. — Но! Предаваться столь приятным мыслям будем после того, как я верну себе два, сука, миллиарда!»
Выудив из кармана мобильный телефон, быстро отыскал необходимый контакт и нажал на кнопку вызова. Человек, которому я звонил, для меня всегда был доступен, поэтому спустя несколько секунд, в течение которых я слышал длинные гудки, из динамика телефона донеслось военным голосом:
— Слушаю!
— Собирай бойцов, Зуб, — отчеканил я серьезным голосом. — Время ставить князя на колени!
  
Глава 6
 
— Саня, со всем уважением, — начал было Зубинин мне в трубку, — но ты уверен, что сейчас подходящее время? После вчерашнего небольшого конфликта с матерью императора, взять да проигнорировать запрет Михаила на междоусобицы…
— Скажи уже прямо, Зуб, — рявкнул я. — Мнёшься как девственник у входа в бордель…
— Кхм… — прокашлялся командир гвардии. — Я считаю, что в данный момент времени будет излишним усугублять положение твоего Рода, развязав войну с княжеским Родом Разумовских.
— Значит, что речь идет о Разумовских, ты догадался, а о причинах покамест не в курсе? — усмехнулся я в трубку, будучи уверенным, что стоит мне сообщить Зубинину о том, что совершили князь Разумовский и граф Грошев, как он первым понесется требовать с них сатисфакции. Однако о промашке моей невесты никому знать не следует, даже самым приближенным к моему Роду людям. Поэтому, не дождавшись комментария командира гвардии по поводу причин, я произнес следующее: — А если я скажу, что своими действиями князь Разумовский лишил тебя и твоих подчинённых новеньких казарм, а также техники, которую мы хотели закупить у Сахарова и Курчатова, ты поменяешь свое мнение?
— Через десять минут наши войска будут собраны на столичных землях, — хмуро ответил Зубинин. — Танки берем?
— Как ты их к порталу доставишь, голова? — усмехнулся я. — Обожди, старина. Сильно не торопитесь и лучше подготовьтесь. Выходим через час.
— Принято, — я сквозь телефонный разговор почувствовал, как Зуб строго кивнул. — А с танками нужно что-то придумать… Негоже это, когда техника Рода простаивает в то время, как гвардейцы проливают свою кровь.
— Придумаем, старина, — пообещал я, сделав себе зарубку. — Теперь занимайся сборами, чтобы пролитой крови с нашей стороны было как можно меньше, а у меня есть еще одно незавершённое дельце.
— Конец связи, — буркнул командир гвардии и, прежде чем он завершил звонок, мне довелось услышать его громкий голос: — Становись…
Усмехнувшись, спрятал мобильный телефон. Потянувшись, отправился в подвальные помещения имения, а оттуда уже переместился в свой личный Рифт. Перед тем, как идти к Разумовским, следовало закончить с Сильваной. Сегодняшний сеанс работы над Печатями, нанесенными на душу богини, должен был стать последним.
«Ох, зря Разумовские решили воду мутить. Ох, зря… — ехидно промурлыкала Кей. — Мое лисье сердечко мне подсказывает, что от родственницы Темной мы узнаем много чего интересного…»
Кицунэ оказалась права. Однако без эксцессов не обошлось.
С Сильваны уже давно были сняты наручники, блокирующие ток энергии, и ошейник с тем же принципом действия. Опытным путем было установлено, что, имея возможность взаимодействовать с энергией самостоятельно, богиня лично боролась со своими Печатями, тем самым упрощая мне работу. А постоянное присутствие поблизости «старшей сестры» полностью давило желание Сильваны сопротивляться.
Вот только стоило мне сорвать последнюю Печать с души богини, как ее разум полностью очистился. Она была чиста как белый лист, вследствие чего вновь почувствовала себя сильной и непобедимой. Что тут скажешь? Богиня и жалкий смертный, колдующий над ее душой…
Сильвана резко вскочила с кровати и, пустив во все стороны волну своей энергии, затравленно начала осматриваться. Богиня не могла понять, почему ее сила не встретила в нас никакого сопротивления, отчего и начала нас опасаться. Ее взгляд все чаще замирал на моей тушке и реже пересекался с глазами Чайи. Невольно Сильвана признала в моей богине старшую, а вот меня она в конце концов посчитала слабым звеном. Еще чуть-чуть и она бы вновь попыталась меня атаковать, однако властный голос Чайи предостерег ее от поспешного действия:
  
— Я бы не советовала, — моя богиня легко считала ход мыслей своей сестры. — Если ты забыла, то я тебе напомню, что именно мой хозяин победил тебя в бою, а затем освободил твою душу из плена.
— Твой хозяин⁈ — внезапно вспылила Сильвана, а цвет ее кожи начал стремительно принимать красный оттенок. — Как ты могла пойти в услужение простому смертному, сестра?