Ошибка... (СИ)
— Ты за дядю Вову не переживай. Я с ним договорилась. Сегодня он отвёз меня в районную больницу, а завтра я им помогу. Вот, например, с Никиткой посижу. — пыталась привести аргументы в свою пользу девушка. — Ты лучше мне скажи, как ты так умудрилась захворать? Совсем себя не бережёшь!
— Старая я уже. Пора наверно мне на покой. — сказала женщина и печально улыбнулась.
— Какой покой, Ба? Ещё чего удумала! Мы с тобой в город поедем, заживём. — заулыбалась Кира, но в её глазах сами собой стали собираться слёзы. — Ты самое главное лечись и выздоравливай. А всё остальное мы решим.
— Кира, радость моя. Какая же ты у меня чудесная. — сказала Аннушка внучке и крепко сжала её руку.
— Ба? Я знаю, ты не любишь, когда я касаюсь этой темы. Я знаю, что ты меня от этого бережёшь, но…скажи. Ты ведь многих людей видела и лечила своим даром, многим помогла. А вот себя? Может ты себя вылечишь? — осторожно спросила внучка.
— Нет, милая. Не могу я. Это по-другому работает. Да и если бы могла, то не стала бы лечить себя. Сколько мне отведено, столько и возьму от жизни. — ответила она девушке и похлопала по руке. — Иди, Кира, иди. Пока доедете, уж вечер будет поздний. Дорога не близкая, как никак районный центр далековат от нашей деревни.
Девчонка крепко обняла свою Бабу Аню, попрощалась и вышла из палаты. Недалеко в коридоре стоял тот самый сосед, дядя Вова. Мужчина, увидев её, сразу обратился к ней.
— Там, это, Кир. Врач Аннушки просил тебя зайти к нему. Ты, это, иди. Я здесь буду. — передал он просьбу доктора и присел на скамейку.
Девушке стало тревожно. Она подошла к нужному кабинету и неуверенно постучала.
— Войдите. — прозвучал голос по ту сторону.
Кира зашла и поздоровалась.
— Здравствуйте. — ответил мужчина лет сорока. — Вы и есть внучка Анны Николаевны? Я правильно понял?
Девушка согласно кивнула.
— Значит Вас зовут Кира. Присаживайтесь.
Она присела на предложенный ей стул.
— Дело вот в чём. У Вашей бабушки пролапс митрального клапана третьей степени. И этот диагноз я ставил ей лет пять назад. Она Вам говорила?
— Нет. Я первый раз это слышу. — очень расстроено ответила она.
— Так я и думал. — врач снял свои очки и потёр переносицу. — Тогда я ей прописывал лечение, но предлагал протезирование клапана. Это было бы лучшим решением, но она отказалась. И более того, она ни разу не приходила на плановый осмотр и обследование. А сейчас…сейчас процесс усугубился. Сейчас у неё пролапс с тяжёлой регугиртацией. — после своих слов доктор устало вздохнул.
— Скажите, а если сейчас сделать операцию, ну протезирование этого клапана, она поправится? — воодушевилась Кира.
— Сейчас риски операции не просто высоки. Они огромны, понимаете? Всё-таки возраст. И действие наркоза при таком ослабленном состоянии. Организм может не выдержать.
— И что же делать? Ей надо помочь! Я хочу, чтобы она поправилась! — слишком эмоционально высказалась Кира.
— Я понимаю Вас. Прекрасно понимаю. Поверьте, я тоже заинтересован в том, чтобы она поправилась. И со своей стороны я сделаю всё возможное, обещаю. Я буду тщательно следить за её состоянием. Но…Кира, Вы взрослый человек. Поймите, исход лечения может быть разным.
После слов доктора девушка почувствовала, как теплые капли скатились по её щекам.
— А если отвезти её в город? Там ей смогут помочь?
— В городе её будут лечить тем же, что и у нас. Все медикаменты есть в наличии. За это не переживайте.
В кабинете повисла гнетущая тишина.
— Должен же быть какой-то выход. — сказала словно в пустоту девчонка.
— Обещаю, Вам. Я буду делать всё от меня зависящее. — мужчина с сочувствием посмотрел на девушку. — Анна Николаевна продиктовала Ваш номер телефона. Я буду звонить и сообщать Вам о её состоянии, договорились?
— Спасибо. Я поняла Вас. — сказала девушка и направилась к выходу.
— Не отчаивайтесь, Кира! И простите, если Вас огорчил. Но мне надо было сказать Вам правду. Мне нельзя врать, работа у меня такая. — с сожалением произнёс врач.
— До свидания… — прошептала она тихо и ушла.
Глава 5. Стас
Вот уже на протяжении дней десяти моим будильником является головная боль. Я просыпаюсь от неё, днём я живу с ней и засыпаю тоже с этой дикой пульсацией. Как же я устал. И таблетки не дают никакого эффекта. К чёрту, Орлов прав. Надо ехать в нормальную клинику, а не надеяться на бесплатное здравоохранение. Я жить хочу. Хочу, чтоб как раньше. Даже после самого сильного кутежа, выпил наутро таблетку аспирина и через пару часов как новенький. Хочу именно так, а не вот это вот всё.
Я кое-как сполз с кровати, взял свой телефон и нашёл в нём контакты центра. Я набрал нужный номер. Приятный и мелодичный голос представился администратором Миланой. После того, как я объяснил свою проблему, мне сказали, что ждут меня через пару часов. Вот это уровень, я понимаю. Я быстро принял душ, оделся и выехал. Скоро, Стас. Скоро тебе помогут.
***
Медицинский центр действительно поражал своим величием и пафосом. Стильный интерьер, современные технические устройства, вежливый персонал. Да, особенно удивил меня этот самый персонал. Девочки исключительно модельной внешности. Администратор Милана, которая по совместительству ещё и наверно Мисс Москва прошлого года, оповестила о том, что меня на десятом этаже уже ожидает доктор Манн. Я хотел уже пройти к лифту, как меня остановили и в сопровождение предоставили медсестру. Ко мне подошла девушка. Серьёзно? Медсестра? Нет. Они не видели реальных медсестёр. Надо им привести Валентину Васильевну из пятой городской. Вот это да, медик. Но на меня же сейчас смотрела не она, а чистый секс. Это настоящий эскорт. Бесконечные стройные ноги, круглая задница, сиськи, которые сейчас вот-вот выпрыгнут мне на встречу, пухлые до неприличия губы, идеально сделанный нос и чёрные как смол волосы, которые прикрывают задницу больше, чем халат.
— Господин Зотов, разрешите Вас сопроводить? — проворковала девушка.
Я посмотрел на её бейдж.
— Конечно, Леся. — ответил я и подмигнул этой томной крошке.
Она достала ключ-карту, пара ловких движений, несколько мгновений и вот мы уже на нужном этаже.
Я зашёл в кабинет. Доктор Манн действительно оказался немцем, хотя говорил на русском с небольшим акцентом. Он провёл опрос, записал всю информацию, ну а потом отправил нас с Лесей к другому специалисту. Мне решили сделать МРТ, СКТ и еще какую-то хрень. Ну да и ладно. При такой группе поддержки, в лице грудастой брюнетки, я согласен. Пусть исследуют меня всего. И да, кстати. Моё половое воздержание давало о себе знать. Каждый томный взгляд моей персональной медсестрички отдавал тяжестью в паху. Надо бы скорее решить данный вопрос.
Я уже практически прошёл все обследования. Лёжа в какой-то диагностической капсуле, я слышал, что аппарат издаёт последние звуки и мне, наконец, разрешили встать. Я быстро натянул рубашку и вышел к врачу, который занимался диагностикой. У него зазвонил телефон. Ответив быстро на звонок, он извинился и сказал, что ему надо срочно удалиться. Внештатная ситуацию с больным. Он дал указания Лесе забрать мои снимки и отнести их профессору Манну. Он сам их расшифрует, для него это будет огромная честь. Он ещё раз извинился и ушёл, оставляя медсестре ключ. Прекрасно.
Леся повернулась к столу, чтобы сложить документы, а я тем временем незаметно вытащил ключ и закрыл двери. Девушка обернулась, услышав щелчок. Она посмотрела на меня, затем на дверь, затем снова на меня и широко заулыбалась своими белоснежными винирами. Умница, люблю понятливых.
Я подошёл близко к девчонке и одним ловким движением усадил её на стол, резко раздвинул ей ноги и опустил свой взгляд. Чулки. Мне ещё больше начинал нравится этот медицинский работник. Я отодвинул край стрингов и проверил.
— Готова. — довольно ухмыльнулся я, а Леся застонала от моих прикосновений.
Я достал из кармана презерватив, быстро стянул джинсы с боксерами, раскатал резинку по всей длине члена и наконец вторгся во влажное лоно. Брюнетка стала пошло стонать и обхватила меня своими ножками. Я стал двигаться всё быстрее и быстрее, наращивая бешеный темп. Крошка хваталась за меня руками, царапалась, кусалась. В какой-то момент мы достигли пика, и всё, что было на столе, полетело на пол. Какой-то фейерверк из документов, снимков и прочих бумаг. Плевать. Я получил долгожданную разрядку. Девушка, немного придя в себя, потянулась к моим губам. Но я ловко увернулся.