Ревизор: возвращение в СССР 38 (СИ)

— Вино разбавляет для народа? — Мещеряков прищурился, словно прицеливаясь, — такого человека брать в команду не хочется!
Но затем, рассмеявшись, махнул рукой и заговорил уже серьезно, перестав паясничать:
— Так а ты же вроде на отдых отъехал?
— Отдых не причина пропускать мимо носа выгодные для нас перспективы.
— Все бы так у нас думали! — пробурчал Мещеряков. — Но что получается… Ты туда приехал на пару дней, и у тебя уже есть что-то конкретное, по чему можно копать? — недоверчиво переспросил меня он, явно удивлённый таким масштабом моих планов.
  
— Ну, не на пару дней, а всего на один, но это не важно, а важно, кого именно спрашиваешь про нужные тебе вопросы. Нашёл там одного типчика, который очень много знает о делишках этого нашего фигуранта. Тоже, кстати, красноречивый показатель, насколько тот грубо и неграмотно работает, поскольку тип этот просто его приятель, а не работник. Вот, посмотрите сразу мои записи. Оцените масштаб его деятельности…
Протянул Мещерякову мой блокнот, открыв его на нужной странице.
Глава нашей службы безопасности никуда не спешил, читал всё очень тщательно и медленно. Наконец он поднял голову и кивнул, сказав:
— Да, масштаб того, что он под себя подмял, впечатляет. Но у меня сразу же другой вопрос… Я не поверю, что всё это можно было сделать без какой-то серьёзной поддержки на верхах. Влип бы он по полной программе… Как бы нам интересы кого-то, кого не нужно, не задеть. Это Украина, а Брежнев выходец как раз из тех краев. Как оно нам аукнется, проверять не хочется.
— Про поддержку на верхах мне уже тоже много известно. Это заместитель министра промышленности Украинской ССР. По нему я уже отправил кое-кого работать, там, естественно, удастся собрать только самые лежащие на поверхности факты. Вы мне лучше раскопайте то, что нужно на этого Николаенко, чтобы можно было его прижать.
— Каких конкретных действий ты ожидаешь от моих ребят? — спросил у меня Мещеряков настороженно.
— В идеале нужно бы влезть в его квартиру. Он очень наглый, свято верит в то, что его защитит его дядюшка, значит, вполне может хранить дома различные записи о своих тёмных делишках. Масштаб его деятельности мы уже примерно себе представляем. Нам бы найти достоверную информацию о том, сколько он отстёгивает своему дяде…
— Надеешься, что он крысятничает, как наш Ганин? — кивнул понимающе Мещеряков. — Чтобы прижать его этой информацией? Будем угрожать, что сообщим его дяде о том, что он с ним плохо делится и заставишь войти с нами в долю?
— Хм. — сказал я задумчиво, — а ведь тоже вполне себе интересный вариант. Правда, он мне в голову не пришёл.
— Ну так опыт же! — горделиво выпятил вперёд челюсть Мещеряков. — но если ты планировал не этот вариант, то какой тогда?
— Хотел заставить разозлиться его дядю на него за то, что он его обворовывает. И использовать эту злость для того, чтобы дядя согласился сотрудничать с нами, поставив своего оболтуса-племянника под наш контроль. А мы бы в ответ гарантировали, что он будет получать гораздо больше денег, чем до этого. Вряд ли он своему племяннику поверит снова. Обокрал один раз, обворует и второй.
— Ну да, опять же, если судить по нашему Ганину, то так оно и есть…
— Но вариант, что вы предложили, мне тоже очень нравится. Но в любом случае получается, что нам нужно как можно больше информации собрать, и уже потом на её основе мы сможем принять правильное решение.
— Так-то я понимаю, что ты задумал, — вздохнул Мещеряков, — но вот только проблема с этим твоим предложением влезть в его квартиру… Не занимаемся мы таким, опасно это…
— Может, вашим парням одним и не стоит туда лезть. — сказал я задумчиво, — попробуйте опереться на местную милицию. Вполне достаточно одного милиционера, при котором ваши парни смогут прикинуться дружинниками и проникнуть в квартиру без всяких претензий со стороны других жильцов дома. Купите его просто с потрохами, дайте ему тысячу, к примеру. Это же Украина, там всё продаётся и покупается прямо сейчас. У меня есть один знакомый военный, которого туда перевели служить. Так он сказал, что за неделю на Украине видел больше фактов взяточничества, чем за семь лет за Уралом. Никто особо и не стесняется…
— Местный мент наверняка знает, кто такой этот твой Николаенко. И просто побоится такой трюк с его квартирой провернуть…
— Так вам и не нужен мент из Судака или его окрестностей. Найдите кого-нибудь из той же Одессы. Вот уж где точно всё продаётся и всё покупается. И он понятия не будет иметь ничего об этом Николаенко из Крыма. Тем более, вы его успокойте, что он с вами просто на крайний случай. И что на самом деле ничего ценного из квартиры брать не будете, и если всё пройдёт гладко, то владелец и не поймёт, что кто-то внутри был. Так же оно и есть, деньги же нам всякие или ценности не нужны его. Нам только записи его необходимы. А с собой можно фотоаппарат взять хороший и сфотографировать его бухгалтерию, оставив на месте. Увлекается кто-нибудь из ваших людей фотографированием? Если даже и нет, то можно купить всё необходимое, и пусть несколько дней потренируется. Фотографирует какие-нибудь записи в тетради, потом проявляет фото и проверяет, насколько грамотно всё делал. Но перед тем, как лезть в квартиру, конечно же, нужно, чтобы ваши ребята за ним несколько дней походили. Изучили его расписание, чтобы точно знать, что он не вернётся в то время, когда они будут внутри.
— Ну, таким вещам меня учить не нужно, — проворчал Мещеряков, — ладно, по этой твоей идее я ещё подумаю. Что-то ещё нужно будет от моих ребят в Крыму?
— Сомневаюсь, что от каких-то других действий будет какой-то толк… — задумчиво сказал я. — Предприятия, которые выпускают серую продукцию под его контролем, нам уже известны. Хотелось бы объёмы узнать, но для этого надо внедрять кого-то на производство. Ясно, что это не дни, а недели, а возможно — и месяцы. Столько времени у нас явно нет, так долго возиться с этим делом я необходимости не вижу. И тем более, если получится найти у него на квартире необходимые записи с цифрами, то там всё будет гораздо более детально, чем может выявить такой внедрённый сотрудник. Разве что…
— Что? — переспросил меня Мешеряков.
— Разве что, скажите ребятам, когда они будут следить за ним, чтобы тщательно примечали, с кем он общается. А то мало ли, у него есть какой-нибудь бухгалтер, который занимается всеми его финансами. Тогда у него можно будет найти ещё более детальную теневую бухгалтерию. А то и просто подкупить его, чтобы, не влезая в его квартиру, получить все необходимые цифры. Ещё как вариант, может быть, удастся наладить отношения с какой-нибудь его любовницей. Если он любит похвастаться, она может знать столько о его делах, сколько он сам не подозревает.
— Ну, Паша, у тебя сейчас получилось меня впечатлить, — покачал головой Мещеряков. — Это ты откуда таких идей-то набрался?
— Фильмы смотрю, детективы почитываю время от времени, — пожал плечами я непринуждённо. — Главное — понимать, как люди устроены. Если хорошо понимаешь людей, то догадаешься и в каких ситуациях от них что можно ожидать. Этот Николаенко, по тому, что я о нём уже узнал, достаточно высоко задирает свой нос. А это значит, что ему может захотеться похвастаться перед любовницей масштабами своих темных делишек, в особенности по пьяному делу. А также вполне может быть, что ему лень заниматься всеми цифрами, он же себя мнит очень великим человеком. В этом случае у него будет и свой бухгалтер.
— Понял. Ладно, как встретимся в Крыму?
  
— Я бы лучше с теми, кого вы пошлёте, сразу и полетел. А то будем там искать друг друга… Лучше сразу на месте все обговорить и к работе и приступить.
— Хорошо. Соберу тогда своих, поставлю задачи. Потом тебе на домашний отзвонюсь. Скажу время рейса завтра в Симферополь.
На этом распрощались. Похоже, Захаров устроил для Мещерякова канал по покупке авиабилетов на любой рейс, раз он об этом даже не заикнулся. И глава нашей службы безопасности верит в мои способности тоже на этот же рейс взять билет. Ну, в принципе верно, это он не ошибся.