Со вкусом яда на губах (СИ)

  
Со вкусом яда на губах
   
Глава 1
 
С самого утра он не находил себе места, не мог обрести покоя, ощущая себя как загнанный зверь в клетке перед травлей. Ночью он не сомкнул глаз, а когда над горизонтом поднялось солнце, молча встал с постели и облачился в парадный мундир, ненавидя каждую секунду. Когда-то он надеялся, что наденет этот костюм исключительно в честь радостного события, как победа в войне, где он принесет к ногам короля голову вражеского полководца, а после, в качестве награды попросит…
Тогда, он бы надел этот мундир второй раз, как ознаменование очередной и самой желанной победы.
Сегодня не было ничего радостного, но герцог Карлас заставлял себя застегивать каждую пуговицу через сдерживаемый рык бессильной ярости. Мундир больше не вызывал ассоциаций с победой: только унижение и поражение по всем фронтам. Мужчина уже, было, потянулся за своими ножнами и перчаткам из выделанной змеиной кожи, но подавил порыв. Он не может все испортить. Не должен провоцировать. Слишком рано.
Шагая, словно на плаху, герцог все же прибыл в церемониальный зал. Не для награждений за заслуги в сражении. Совсем нет. На свадьбу любимой женщины… увы, не с ним.
Лорд Айсон Карлас не принес голову полководца презренных нагов своему королю и не просил руки единственной дочери монарха, как он мечтал несколько лет до этого момента.
В реальности, это ненавистный наг – Иштаан Ситхиис – бросил головы короля и наследного принца к ногам принцессы. А затем бескомпромиссно и во всеуслышание оповестил о скорой свадьбе между ним и последней наследницей трона не единственного, но одного из крупнейших человеческих королевств Аргардиума.
«Омерзительно.»
Мужчина в красивом парадном мундире сурово осмотрелся и цинично цыкнул.
В торжественном зале замка, под сводами тысячелетних арок, собрались трусливые и переменчивые, как море, придворные со своими благородными родственниками, готовые проглотить гордость и достоинство ради удержания своего места под солнцем. Были так же «приглашенные гости» со стороны жениха, на деле же – оцепление змеиным войском, учитывая, что только им позволялось иметь при себе оружие на данном мероприятии. Все эти многочисленные и разношерстные господа, которые еще недавно были кровными врагами, объединились в одном месте, чтобы стать свидетелями исторического события – свадьбы, объединяющей два королевства в качестве заключения долгожданного мира.
И все же, несмотря на то, что герцог был в окружении друзей, соратников и соотечественников, он ощущал себя невероятно одиноким в своей печали и злобе. Казалось, эта свадьба была поперек горла лишь у него одного. Все остальные просто… смирились с новым положением дел, сосредоточившись на том, как выжить в новых условиях и стали стремительно перестраиваться под новые реалии.
Те немногие, кто, как и сам лорд Карлас, еще старался сохранить ошметки гордости и достоинства, держались особняком в начале церемонии. Но уже вскоре значительно повеселели и заговорили о тяготах военного времени со своими собеседниками. Лорд Карлас слышал, как даже самые уважаемые и гордые представители человеческой власти выражали если не радость, то надежду, что этот союз, пусть и со змеелюдами, ознаменует новую эру для новых поколений, уже подыскивая возможные выгоды даже из этой чудовищной ситуации.
В качестве жеста доброй воли, чтобы задобрить людскую знать, змеиный главнокомандующий Ситхиис, одно только имя которого должно было оскорблять слух благородных человеческих вельмож, согласился провести обряд бракосочетания по людским законам. Многих этот добровольный жест впечатлил, но не герцога Айсона Карласа. Для того, чья семья поколениями проливала кровь в полях сражений с ползучими гадами, даже подобный жест воспринимался как плевок в лицо. Как подачка, точно кость, брошенная побитой и плешивой собаке.
 
К тому же, речь шла про замужество принцессы со змеелюдом. Для герцога не имело значения, как именно будет проходить церемония, сравнимая с жертвоприношением. И в качестве «козла отпущения» была выбрана Мелисса Кирмас – принцесса и единственная выжившая наследница человеческого трона.
Если бы все зависело только от мнения герцога…
Но не зависело, потому он обязан был беспомощно наблюдать за церемонией в рядах почетных гостей. Было просто невыносимо видеть змеелюда, ждущего у алтаря свою невесту. Омерзительное сочетание традиционного камзола и длинного, мускулистого, чешуйчатого хвоста, на котором балансировал наг. Айсон отлично знал, насколько опасен может быть хвост змеелюда. В особенности, на что способен Иштаан, который любил украшать кончик своего хвоста острейшим жалом, сгубившим так много первоклассных и доблестных человеческих воинов и… членов семьи самого Айсона Карласа.
Сегодня металлического наконечника на хвосте жениха не было, что, впрочем, не делало Ситхииса менее опасным. Еще опаснее наг мог быть лишь в том случае, окажись тот королевской крови. Карлас не понаслышке знал, что монарх нагов относился к змеиному подвиду гадюк, чей яд был невероятно смертоносным. К счастью, монархов на полях сражений было не встретить. Однако, это немногим уберегло соратников герцога, которые испустили свой дух от когтей, клыков и в кольцах мускулистых змеиных хвостов, которые по капле выдавливали жизнь своего пленника на потеху других нагов.
Карлас знал, что на континенте есть государства нагов, которые способны оборачиваться в человеческую личину полностью. Но племя, к которому принадлежал Иштаан – не из их числа, что делало их больше рептилиями, нежели людьми. И отношение к ним у Айсона было соответствующее – как к животным.
Герцога практически трясло от негодования и лютой ненависти, и только офицерская выдержка и закалка не позволили ему показать окружающим, как невыносимо ему все происходящее. Даже дышать одним воздухом с нагом было физически больно, что уж говорить о том, что этот мерзкий червь стоит на месте, предначертанном Айсону, и собирается взять в жены единственную, кого герцог когда-либо любил.
Все внутри мужчины сжималось, и кровь кипела только от мысли, что Иштаан коснется девушки, чем осквернит невинность принцессы.
Только ради нее… Ради одной принцессы герцог, в свое время, поклялся, что одержит победу, принесет в королевство долгожданный мир и разделит его с ней.
Только ради нее…
А теперь его любовь, его надежда, его… богиня медленно и сиротливо шла в свадебных одеяниях навстречу своей погибели, без эскорта в лице главы рода: отца или брата. Больше не было никого, кто мог бы сопроводить ее до алтаря. Короля и кронпринца убили на ее глазах, а их головы сгнили на кольях. Лишь сегодня, в день свадьбы, Иштаан позволил убрать безобразное и унизительное доказательство краха человеческого королевства. Лишь сегодня, наконец, позволили предать тела короля и наследника земле. Этого оскорбления и осквернения останков горячо любимого правителя Айсон также никогда не забудет и не простит.
Тем временем принцесса все шла по проходу между гостей, низко опустив взгляд в смирении, но осанка ее и движения были уверенными, как и подобает настоящей принцессе. Тихая и покорная леди Мелисса была так прекрасна и невинна. Настолько, что черствое сердце лорда Карласа щемило от одного ее вида, а сам герцог на мгновение потерял возможность дышать от красоты принцессы. И очнулся, лишь вспомнив о жестокой реальности, чтобы перевести холодный взгляд на змеелюда, ожидая увидеть в лице врага насмешку, высокомерие, пренебрежение или похоть. То единственное, на что, по мнению герцога, способен презренный змей.