Элрик: Лунные дороги

Черный великан стыдливо опустил глаза.
– Иногда нам приходится причинять боль, – сказал он. – Ибо мы слуги Судьбы, а Судьба не всегда добра. Часто она подбрасывает возможности весьма неожиданно. Нам приходится решать, воспользоваться ими или нет. Служение ей порой лишает покоя, но мы все равно гордимся им.
– Судьба? – рассмеялся я ему в лицо. – Вы служите абстрактному понятию?
Это его позабавило и отчего-то обрадовало.
– Вам не составит труда понять то, что я должен рассказать. Вы по натуре скорее служитель Порядка, а не Хаоса. Но связали себя узами с Хаосом, так ведь?
– Возможно, – ответил я, полагая, что он имеет в виду мои странные отношения с Элриком из Мелнибонэ, с кем я имел сознательную, но в то же время непостижимую связь с тех самых пор, как он пришел ко мне на помощь в концентрационном лагере много лет тому назад. – Но что вы знаете о моих семейных делах?
– Кое-что, – мрачно подтвердил Сепириз. – Могу лишь обещать: если вы последуете своей судьбе, то почти наверняка снова увидите родных. Если же откажетесь, то потеряете их, а они вас. Навсегда.
Мои накопившиеся страхи вырвались наружу в приливе гнева. Я шагнул к великану, прямо взглянув в его беспокойные глаза.
– Я требую, чтобы вы сейчас же вернули меня к жене. По какому праву вы привезли меня сюда? Я уже исполнил свой долг в борьбе с Гейнором. Оставьте меня в покое. Верните меня домой.
– Боюсь, это невозможно. Так было предопределено.
– Предопределено? О чем, черт побери, вы говорите? Я христианин и верю в свободу воли, а не какое-то там предопределение! Объяснитесь!
Я был глубоко расстроен, чувствуя себя карликом среди этих небывалых великанов.
Легкая улыбка пробежала по губам Сепириза, словно он сочувствовал мне.
– Поверьте мне, я знаю ваше будущее. И знаю, какое будущее для вас лучше всего. Но если вы не поможете мне приблизить это будущее, то ваша жена и дети не только погибнут при страшных обстоятельствах, но и вы сами угодите в небытие и будете стерты из памяти вашего мира.
Пока мы говорили, Сепириз и его люди двигались обратно в тень. Мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ними. Из одной тени в другую, все темнее и темнее. Мы вошли в огромное здание, потолок которого украшали вырезанные в камне изысканные человеческие лица, они взирали на нас безмятежно и доброжелательно. На лицах плясали отблески пламени факелов, что висели в скобах на стенах, исписанных иероглифами и символами, большинство которых казались мне бессмысленными. Резные диваны из обсидиана, темные, словно кожаные, занавеси, непрерывное колыхание света и тени. Лицо Сепириза напоминало лики, смотревшие на нас со свода. На мгновение я подумал: «Этот человек и есть все эти люди». Но я понятия не имел, как подобная идея могла возникнуть у меня в голове.
Гиганты расположились на диванах и начали тихо беседовать между собой, а владыка Сепириз тем временем отвел меня в сторону, в небольшой альков. Он говорил мягко и разумно, и ему удалось немного успокоить меня. Но я все еще негодовал. Он же, похоже, решил убедить меня, что в этом вопросе ему не пришлось выбирать.
– Я сказал вам, что мы служим Судьбе. На самом деле мы служим Космическому Равновесию. Оно поддерживается естественными силами, совокупностью человеческих желаний и поступков. Оно является регулятором мультивселенной, и без него все мироздание вернется в зачаточное состояние, в лимб. Если Порядок или Хаос восторжествует и стрелка весов качнется слишком сильно в одну из сторон, мы все погибнем, разумной жизни придет конец. Хотя линейное время является парадоксом, оно необходимо для нашего выживания. Скажу вам вот что: если вы не сыграете свою роль в истории, не «исполните свою судьбу», то создадите совершенно новую брану мультивселенной – ветвь, которая может лишь высохнуть и отмереть, ибо не все ветви мультивселенной растут и развиваются, как засыхают ветви и на обычном дереве. Но в нашем случае под угрозой окажется все древо. Сами корни мультивселенной будут отравлены.
– Враги более могущественные, чем Гейнор и его союзники? Не думал, что это возможно, – с насмешкой произнес я. – К тому же ваше древо – всего лишь очередная абстракция!
 
– Возможно, с абстракции все и начинается, – мягко проговорил Сепириз, – но у смертных есть привычка сначала воображать себе то, что они впоследствии создают в реальности. Скажу лишь, что нам угрожает фантастический разум, беспощадный и глухой к доводам. Он считает мудрость хранителей мультивселенной чушью и отметает ее. Он насмехается над Порядком точно так же, как и над Хаосом, хотя действует именем обоих. Эти враждующие силы совершенно обезумели. И есть надежда, что некоторые смертные, такие как вы, смогут победить их и остановить бесконечный бег мультивселенной к небытию.
– А я‑то думал, вся эта сверхъестественная мелодрама уже позади. Знаете, я устал от этого. А вы, позвольте узнать, на чьей стороне? Порядка или Хаоса?
– Только Равновесия. Мы служим той стороне, которая в нас больше нуждается. В некоторых мирах доминирует Хаос, в других главенство за Порядком. Мы заняты тем, чтобы поддержать Равновесие, насколько это возможно. Это все, что мы делаем. Все необходимое, чтобы Равновесие сохранялось, – ибо без него мы станем не людьми и не животными, а лишь булькающими газами, бессмысленными и бездушными.
– Почему мне кажется, что мы с вами тоже уже встречались? – спросил я черного великана. Я огляделся, посмотрел на узорчатый потолок и моих отдыхающих похитителей.
– В другой жизни, граф Улрик, мы были с вами тесно связаны. Я знавал вашего предка.
– У меня много предков, владыка Сепириз.
– Несомненно, граф Улрик. Но я говорю о вашем альтер эго. Надеюсь, вы помните Элрика из Мелнибонэ…
– Я не хочу больше иметь ничего общего с этим бедным, истерзанным созданием.
– Боюсь, у вас нет выбора. Как я уже объяснил, вы можете пойти лишь одним путем. А если пойдете любым другим, это приведет вас и ваших близких к полному забвению.
Меня охватило полное смятение. Откуда мне знать, что этот странный гигант меня не обманывает? Разумеется, я не мог рисковать, поскольку моя любимая семья находилась в опасности. Оставалось лишь успокоиться, ждать и смотреть в оба. Я поклялся, что если обнаружу, что Сепириз лжет, то отомщу ему любым способом. Такие мысли меня никогда прежде не посещали, и я поражался силе своей ярости.
– Что я должен сделать? – наконец спросил я.
– Я хочу, чтобы вы отнесли меч в один город.
– И что дальше?
– Узнаете, когда доберетесь до города.
Я вспомнил мрачную бездну за этими стенами.
– Как я попаду туда?
– Верхом. Скоро я отведу вас в стойло и познакомлю с вашим скакуном. Наши кони известны повсюду. Они обладают весьма необычными свойствами.
Я почти не слушал его.
– А вам-то это зачем?
– Поверьте, граф Улрик, наши интересы совпадают с общими. Мы многое отдали ради служения Равновесию. Нравственные принципы нам важнее личного комфорта. Вы можете задаться вопросом, как порой делаем и мы, не продиктован ли наш выбор гордыней, но сейчас это совершенно не имеет значения. Мы живем, чтобы служить Равновесию, и служим для того, чтобы жить. От этого зависит наше существование – и, разумеется, всех остальных людей тоже. Поверьте, друг мой, мы поступаем так, потому что у нас нет другого выбора. У вас же выбор есть, но лишь одно решение позволит вам и вашим близким жить и процветать. Мы ухаживаем за древом мультивселенной, храним меч, который находится в сердце древа, и служим Космическому Равновесию, которое опирается на древо.
– Вы хотите сказать, что вселенная – это дерево?
– Нет. Я лишь предлагаю удобный способ ее описания. А описывая объект, вы в каком-то смысле начинаете контролировать его. Мультивселенная обладает сложной структурой. Она состоит из вращающихся атомов, но сама не вращается в предопределенном порядке. Мы заботимся о древе, поддерживаем благополучие корней и ветвей. Если что-то угрожает им, мы предпринимаем конкретные шаги, чтобы спасти их.