(Не) Его истинная
– Все же я больше люблю людей, – смеется Динара, – а ты?
– Я продолжу работать в деканате, это мне зачтут за внеурочные занятия. Но так с удовольствием пошла бы на самооборону. А ты, Настя? Что думаешь?
– Не знаю, – снова сверлю взглядом бумажку, буквы прыгают перед глазами, – научный клуб, волонтерство, плавание, самооборона, творческие кружки, команда КВН…
В списке куча всего интересного, что мне хотелось бы попробовать.
– Возможно, я бы поплавала или поиграла в теннис, – надо же, тут есть даже столь благородный вид спорта, – и гольф даже…
Марья смеется. Ее голос напоминает мне переливы колокольчиков. Такой красивый. Черт, рядом с ней я реально серая мышь. Ярцев не так и не прав.
От этого на душе становится грустно.
– Ты все сделал? – тихо спрашивает Марья, Драган вдруг бросает на меня странный взгляд.
– Да.
Она мило улыбается, затем все-таки открывает чай…
***
– Прости, на плавание и теннис уже все группы под завязку, – виновато опускает взгляд Даша, девушка, заведующая факультативами на нашем факультете, – осталось только пение, а капелла и самооборона.
ЧЕГО?! Серьезно? Стою в деканате глубоким вечером, после всех пар и возни с документами, обалдеваю от своего невезения.
– А почему так получилось… и суток не прошло, как все места заняты?
– Это эксперимент, мест не так много.
– Но ведь, – кусаю губы, понимая, что петь точно не хочу, – мне кажется, самооборону быстрее всего должны были расхватать, там ведь Ярцев тренер.
– А ты откуда знаешь? Это закрытая информация и выдается только тренерам и старостам, – она округляет глаза.
Получается, Марья рассказала только мне? Но зачем? Почему у меня такое чувство, что она хотела, чтобы я пошла именно туда…
– Ну, так ты определилась? Мне пора домой.
– Давай уж самооборону, – удрученно протягиваю ей бланк.
Спустя пять минут топаю по прохладному ночному воздуху в спортивный комплекс. Мне нужно найти тренера, который отвечает за этот факультатив, и поставить подпись.
В общаге все равно делать нечего, хоть прогуляюсь.
Большое современное здание пустынно. Захожу, затем направляюсь куда-то по коридорам. Меня одолевает волнение. Сама не замечаю, как оказываюсь у двери.
Смотрю на карте, которую мне дала Даша. Вроде бы оно…
Толкаю дверь, и первое, что я вижу…
Это член… чертовски большой член.
Глава 8
НастяСглатываю, затем скольжу взглядом по идеальному мускулистому мужскому телу. Какого черта…
– ААА! – визжу, но при этом продолжаю пялиться на Егора.
– Да тихо ты, блядь, – он каким-то образом оказывается за моей спиной, зажимает мне рот, – чего орешь, словно черта увидела?
А бедром я чувствую… ГОСПОДЬ ВСЕМОГУЩИЙ!
– Да замолчи ты, это всего лишь член, – ухмыляется, затем толкается в мою попу, – или не видела никогда? Хочешь потрогать?
– Ммм! – мычу ему в руку, нахожу в себе силы и резко разворачиваюсь к нему лицом.
– Ты охренел? – выпаливаю. – Перестань меня лапать сейчас же! И достоинство свое прикрой, стыдоба!
– С чего бы? – он нагло мнет мою попу. – Мне нравится тебя трогать. Ты такая мягкая и пахнешь медом.
– А ты медведь, что ли?! – фыркаю.
– Нет, я волк, – пристально смотрит на меня.
Шутки шутит?
В памяти всплывают все его оскорбления, я с силой пихаю Ярцева в грудь, но он словно скала. Черт!
– Отпусти! Сейчас же! Или я кричать буду! – рычу на него, вырываюсь. – Иди к своим телкам с огромными сиськами и…
– И? – он трется носом о мой, я окончательно перестаю что-либо понимать.
Опускаю взгляд, чтобы снова не попасться в ловушку, но тут же натыкаюсь на член. Мамочки! Резко вздергиваю подбородок и понимаю, какая это ошибка.
От взгляда Ярцева обмякаю, тело словно ватой набито. Перебарываю себя и снова опускаю глаза. Там опять член. Да твою же мать!
– Ты бы оделся, – бормочу, – чай не один…
– Ты ворвалась ко мне в раздевалку, мышка, – выгибает бровь, – не я к тебе, заметь.
– Я ошиблась… на вашей карте ничего не понять, – понимаю, что мои щеки пылают.
– Жаль, – он отпускает меня, затем разворачивается и направляется к шкафчику, – а я думал, передумала и решила подружиться со мной.
– Ты сам начал хамить мне. Обзывать и угрожать, – топчусь на месте.
Настя, беги! Пока есть шанс, нужно просто уйти. Но ноги словно прилипли к полу. И тут Егор выдает то, что я совершенно не ожидаю от него услышать.
– Прости, мышка. Я вел себя как дерьмо последнее. Но у меня есть причина. Серьезная.
Ярцев натягивает на свой мускулистый зад черные боксеры.
– Надо же! – складываю руки на груди. – Очень интересно послушать.
– Ты убежала вчера. А у меня бурлил тестостерон и стоял член, – серьезно заявляет, я чуть не падаю, – мужиков нельзя бросать со стоячим членом, чтоб ты знала. Мы звереем.
– Почему мы так много говорим о твоем члене?
– Сейчас мы говорим о члене в принципе, а не о моем конкретно, – надевает джинсы, затем худи.
– Да прекрати ты! – я сгораю со стыда. – Мне твой тренер нужен…
– Жаль. Подвезти тебя? Где ты живешь?
Таращусь на этого парня и не понимаю. У него разгон от последнего засранца до хорошего парня меньше секунды! Точно нужно держаться подальше, я таких качелей не выдержу.
– Я дойду сама, тут рядом.
Резко разворачиваюсь и все-таки нахожу в себе силы уйти. Только вот это мне не помогает, потому что ноги несут черти куда, а я думаю лишь о великолепной фигуре Егора и его словах.
Извини…
Да он даже извиниться нормально не может! Как будто его стояк – это причина травить новеньких! Не дождется! Прощение нужно заслужить.
Коридор какой-то бесконечный.
Внезапно гаснет свет. Что за…
Останавливаюсь, шумно выдыхаю. Все хорошо, Настя. Мне не страшно, не страшно совсем! Сглатываю, ощутив кожей порыв ледяного ветра.
– Кто здесь? – шепчу, облизываю губы.
Верчу головой, но ничего не вижу. Тьма становится густой, осязаемой. Кажется, что если вытяну руку, она поглотит ее. Пячусь, врезаясь спиной в стену.
Это кошмар! Такого просто не может быть! Тишина буквально звенит в ушах. Горло стягивает, словно веревкой. Становится тяжело дышать.
Что происходит?! Господи…
И тут мимо меня проносится тень. Я взвизгиваю и подрываюсь вперед. Бегу сама не знаю куда. Воздух вокруг сгущается сильнее, давит со всех сторон и стягивает мои лодыжки.
Падаю, больно бьюсь коленками. И тут ладонью ощущаю на полу что-то теплое, густое и мокрое. Поднимаю руку.
– ААА! – от страха резко забываю о боли в коленях, ведь весь пол в крови.
И стены. Бегу куда-то, от ужаса сердце вот-вот разорвется. Помогите! Что происходит?!
Тьма обволакивает меня. Но тут раздаётся низкое утробное рычание и…
– ЭЙ! – внезапно меня хватают за руку, впечатывают в твердое тело. – Мышка, ты чего?
Егор? Боже, сейчас я так рада его видеть!
– Там… там… – блею, голос срывается на писк, – кровь…
– Где? – его тело напрягается, парень плотнее прижимает меня к себе.
Сердце из груди выскакивает. Поднимаю взгляд и вижу коридор. Свет горит, никакой крови нет и густой тьмы тоже.
– Но я же видела… я… – пытаюсь вырваться, но Ярцев крепко меня держит.
– Успокойся, – мягко говорит он, – здесь многим и правда не по себе. Жутковатый коридор, тут вполне может что-то привидеться. Ты нашла каморку тренера?
– Нет, – лепечу, несколько раз моргаю, чтобы убедиться: Ярцев реален.
И он спас меня из кошмара. Парень вырывает у меня из пальцев скомканную заявку, затем берет меня за руку. Огонь его кожи обжигает, но после ужаса, что я пережила, это даже приятно.
– Пошли. Подпишем твою писюльку, и я отвезу тебя домой. А по дороге расскажешь, что увидела, хорошо?
В этот момент я даже не думаю, как бредово может звучать мой рассказ, но согласно киваю. Егор ведет меня в небольшую каморку, где над бумагами склонилась крупная фигура тренера Олега Ивановича Торопова.