Лебедевы. Начало пути (СИ)
Для начала, никакого француза-заказчика нападения на Павловск, на французском же корабле, в природе не существовало вовсе. Фрегат, изначально испанской постройки, в связи с очередным случившимся в Испанском королевстве нестроением, оказался, словно самое обычное торговое судно, выставлен на торги и куплен… еще одним греком, Алексисом Фотиадисом, бывшим придворным артефактором султана Абдул-Меджида Первого. Была у османов, оказывается, и такая вот должность при дворе. Причем, видать, достаточно высокооплачиваемая, раз специалист, уволенный с этой должности, смог целый боевой корабль вместе со всеми необходимыми ему припасами прикупить. И, кстати, не только припасы: команду корабля и две роты аскеров, в том числе и самого Георгади, для высадки десанта тоже прикупил, точнее временно откупил у одного из своих знакомых воинских командиров-соплеменников.
Ну, а французский флаг, как и рассказы непосвященным в эти тайны об таинственном французе-заказчике, был придуман исключительно чтобы атаковать Павловск. Решил хитроумный грек таким образом замаскировать свое участие в будущем довольно громком преступлении.
Подробности подготавливаемого преступления я тоже узнал. Свихнувшийся на почве магических экспериментов артефактор от самых главных своих соплеменников-сподвижников их и не скрывал особо. Ага, именно еще один магический эксперимент: для кардинального улучшения уже имеющегося в его распоряжении и без того очень сложного и дорогого амулета этому изуверу потребовалось массовое жертвоприношение. Причем жертвоприношение не абы кого, иначе артефактор вполне бы мог не заморачиваться и просто каких-нибудь негров из Африки прикупить задешево. Не-ет! По расчетам артефактора в качестве жертв ему подходили исключительно детские, неокрепшие души, да при этом еще и с достаточно высокими показателями Интеллекта. Собственно, все прочее, случившееся в городе при его захвате, было лишь сопутствующими действиями по достижению цели, поставленной перед своими миньонами хозяином фрегата.
— И ты, урод, вот так спокойно рассказываешь о своем участии в подготовке убийства сотни ребятишек⁈ — Вообще-то до этого самого момента я считал, что гнев, полностью затмевающий рассудок, в нашей семье присущ лишь одному только Пашке.
В себя я пришел, удерживаемый за обе руки своими соратниками.
— Тише ты, Сашка, успокойся, османы могут услышать, — увещевал меня мой брат. — Все уже кончено, он больше ничего не чувствует.
И таки да, промороженный, посеченный Воздушными стрелами труп очередного Георгади моих пинков и ударов уж точно ощутить уже не мог.
Безумная ярость медленно покидала мое сознание.
В результате регулярного использования заклинание Стрелы холода может быть улучшено до заклинания продвинутого второго уровня. — Словно выплеснутый на меня ушат холодной воды, внезапно пришло мне сообщение от Системы, окончательно меня отрезвив. — Выберите наиболее подходящий вариант дальнейшего развития вашего заклинания:
Поток холода. — Увеличение точности, дальности и мощности воздействия. Удар холода. — Воздействие холодом на заранее заданную площадь.
«Ну, вот, и на моей улице наступил праздник», — подумал я, вспомнив испытываемую мной зависть по поводу подобного же улучшения заклинания у Афони.
Долго с выбором варианта улучшения не размышлял: для поражения врагов на большом расстоянии мне пока и обычного ружья хватит. Тем более, что в последнее время этот вид оружия довольно заметно развивается: винтовые нарезы в стволе, всякие хитрости с формами используемых при стрельбе пуль, теперь вон, капсюли и даже заранее готовые патроны.…Нет, только Удар холода. Если противников перед тобой несколько, такой удар по площадям запросто может сохранить мою жизнь.
С выбором улучшенного заклинания разобрался. Кстати, новое полученное заклинание отнюдь не заменило его исходный вариант, что меня очень сильно порадовало. В сложившейся боевой обстановке пользоваться новой, непроверенной и неотработанной формой я вряд ли рискну, а вот, как раз, Стрелы холода отработаны у меня на ять, и очень мне нравятся.
Долго поразмышлять о свалившемся мне бонусе у меня не вышло. Афоня, пока я сначала разбирался с допросом пленника, а потом приходил в себя, успел уже составить более-менее четкую картину окружения той части складских помещений, в которую мы случайно получили доступ.
— Наружная дверь в сторону порта заперта на внутренний засов, выйти на ту сторону сможем свободно. Внутри этого склада ничего полезного для нас не обнаружено, — начал он свой доклад. — В окошко за улицей с той стороны понаблюдал, медвежий угол. За все время наблюдения два татарина всего и пробежали, и то в отдалении. Часть складов напротив нас стоит с распахнутыми настежь воротами. Очевидно, грабители уже там побывали и ушли. Можем попробовать пройти их насквозь, там, наверняка, как и тут, у нас, имеются дополнительные проходы на противоположную сторону. Ну, или можем просто продвигаться, прикрываясь лежащими с правой стороны порта кучами дров. Их там много навалено, целый лабиринт получился.
— Сколько сможем, попробуем пробираться складами, — принял я промежуточное решение. — Наша цель — приблизиться к пакгаузу, возле которого они держат наших гимназистов. Когда приблизимся, придумаем, что делать дальше.
Хех, поставленную мной цель мы выполнили без каких-то особых проблем. Часть пути проделали, проходя насквозь всякие строения, часть под открытым воздухом. Порт же. Тут и без штабелей древесины очень много чего было накидано. Ну, и ряженных осман нам на нашем пути повстречалось совсем немного: они же, в основном, вблизи от пирса с пристыкованным к нему фрегатом кучковались, а мы-то шли по периферии.
Но таки дошли. В очередное донельзя запыленное окошко смогли вполне уверенно наблюдать за нашими соучениками, в основном безвольно рассевшимися прямо на земле на отведенном для них пятачке.
— В принципе, я смогу, конечно, кого-нибудь из тех охранников подстрелить прямо через окно, — с огромной ноткой неуверенности в голосе объявил Пашка, вопросительно глядя в мою сторону, — но их же там полтора десятка. Всех сразу подстрелить не сможем. Да и до их корабля тут недалеко, набегут, черти. Сомневаюсь, что таким вот образом мы сможем многих из наших спасти. Ребята просто не отважатся никуда бежать. Они же не знают об ожидающей их участи.
М-да, сложная задача. И, как назло, ни одной идеи в голове. Пашка правильно сказал: мало уничтожить охрану, нужно, чтобы школьники имели достаточно решимости для побега.
Может быть, если бы мне предоставили достаточно времени, что-нибудь этакое я бы и придумал. Только вот времени то мне и не предоставили. Двадцати минут не прошло, Сидоров, наблюдавший в этот момент за арестованными школьниками, вдруг сообщил, что их куда-то уводят.
Поспешил взглянуть своими глазами. Точно, уводят. И, судя по тому, что времени до прихода наших остается уже не так уж и много, я догадываюсь, куда именно. В том варианте будущего, что я подсмотрел, все тела их лежали на пирсе. Выходит, жертвенный ритуал должен вот-вот начаться.
— Никто не помнит, те штабеля бревен, о которых мы вспоминали, продолжаются до самого пирса? — На всякий случай поинтересовался я у товарищей. Нет, так-то я и без них почти уверен, что именно до самого, но вдруг что-нибудь путаю?
— До самого-то до самого, но там же эти нехристи так и шныряют! — Тут же среагировал на мой вопрос брат. Не пройдем мы там. И уйти, когда нас заметят будет крайне тяжело.
И вот от этой-то фразы в моем сознании все расставилось по своим местам. Необходимый план сформировался.
— Поближе к пирсам пойдем только мы, с Афоней. Ваша, брат, задача, снова подняться на пожарную каланчу и быть готовыми по моему знаку начать обстрел порта. Надеюсь, Меткости у тебя хватит. Впрочем, даже если оттуда и вообще ни в кого не попадете, ничего страшного. Главное, хотя бы звуками выстрелов просто отвлечь агарян, чтобы у нас появилась возможность уйти.