Лебедевы. Начало пути (СИ)

— Простите, уважаемый, нам наш товарищ сказал, что здесь, у вас, можно приобрести снаряды для силовых тренировок? — Обратился я к бородатому мужику, сидевшему возле прохода на огороженную фургонами территорию. Ну, да, как на подбор все получилось: сначала прочитал в старом зарубежном журнале, случайно попавшемся мне на глаза, о возможности повышения показателя Силы при помощи атлетизма, ан тут как тут и сосед Афоня с его покупкой «за недорого» гири и сообщением, что «там еще есть», нарисовался. Пашка же меня, в большей степени, скорее, просто за компанию сопровождал, чем реально оказался заинтересован в подобной покупке.
  
— Снаряды… для силовых тренировок?.. — Переспросил мужик слишком сложное для него название, но тут же сообразил: — а, это…. Семка! Подь сюды! Отведешь барчуков к Эммануилу Карловичу.
Путь к указанному ему человеку прикрепленный к нам босоногий, вихрастый мальчишка, с выгоревшей на солнце шевелюрой, выбрал прямиком через центр отгороженной фургонами площадки, выставив жизнь цирковой труппы в фургонах с откинутыми с этой стороны холщовыми тентами буквально на самое полное наше обозрение. И надо сказать, что закулисная жизнь циркачей от жизни тех же обитателей Слободы отличалась совсем даже не сильно. Никаких тебе фокусов-покусов, шпагоглотания или хождения на пару с экзотическими животными, обычная полукочевая жизнь, самых обычных, ничем не примечательных людей.
Эммануил Карлович тоже, пусть и имел крепкую, мускулистую фигуру, особыми статями былинного богатыря не отличался. Он сидел сбоку фургона на откидной ступеньке с кружкой травяного чая в руках.
— Эммануил Карлович, Кабан сказал отвести этих барчуков к вам, — отрекомендовал прикрепленных к нему гимназистов наш малолетний провожатый.
— По какому вопросу? — Флегматично поинтересовался цирковой силач, не прекращая с шумом прихлебывать свой парящий ароматный напиток.
— Наш товарищ сообщил нам, что вы распродаете гири и гантели, — я вынужден был снова вступить в разговор. Ну, не Пашке же об этом переговоры вести, он со мной почти что чисто за компанию сюда пожаловал.
— Не только гири, еще пружинные эспандеры и еще некоторые другие спортивные снаряды собственного изобретения, — кивнул мужчина, поднимаясь со своего места. — Вырос, знаете ли, за последние годы я из них. Вроде, Система не так уж много бонусов мне за мое ремесло начисляет, а инвентарь все же пришлось кардинально обновлять.
Хех, не так уж много разновидностей товара было представлено в цирковом фургоне, куда привел своих потенциальных покупателей цирковой силач, однако острое чувство неудовлетворенности я все же испытал. А как иначе, если наших, с братом, совместных финансов только и хватило на небольшую гирю с цифрой 2 на крашенном черной краской боку, да пару чуточку поржавелых пятнадцатифунтовых гантелей. И то, на гантели продавец Эммануил Карлович еще довольно приличную скидку сделал, поскольку имеющихся у нас накопленных денег не хватило. Но даже гораздо больше самой скидки лично я порадовался небольшой консультации по правильности наших будущих тренировок, которую мне удалось выспросить у данного специалиста работы с утяжелениями. Оказывается, тут, как и в любом другом деле, важна наука. А за эспандерами я, надеюсь, сюда еще забегу. Ну, разумеется, если стану хоть чуть-чуть богаче.
…Ну, кто бы сомневался, в качестве предметов для переноски мой сообразительный братец выбрал себе парочку гантелей, оставив более тяжелую, и при этом перевешивающую на одну сторону гирю на мой адрес. И, вы только не подумайте, что я чем-то возмущаюсь: даже со своим вполне себе достаточно нелегким грузом первые несколько десятков саженей обратного пути я не шел, я парил над мостовой, сам не чуя под собой ног от радости.
— Ох, ты, смотри, какая краля! — Привлек мое внимание негромкий возглас Пашки, когда мы, со своим железным грузом в руках, проходили мимо ямской станции, расположенной на самом выезде из города.
— Да! Хороша-а! — Поддержал я его, рассмотрев гибкую женскую фигурку, затянутую в сиреневое, с кружевами, дорожное платье, поднимающуюся в этот самый момент с опорой на поданную руку молодого офицера в распахнутую дверь поданного под посадку междугороднего дилижанса.…Точнее, как дилижанса? Те же французы при виде самой обычной деревянной четырехместной кареты, запряженной всего парой не самых крупных лошадей, наверное, только бы презрительно хмыкнули, высоко задрав верхнюю губу. Но здесь вам — не там, тут дилижансы именно так выглядели.
Однако красавица мелькнула и пропала, скрывшись вместе со своим спутником в полумраке салона дилижанса, а нам до дома, с нашей нелегкой железной ношей, еще топать и топать. И, надо заметить, та же гиря в моей руке с каждым последующим шагом, казалось, только прибавляла в своем весе.
Упомянутый дилижанс обогнал нас после выхода из города, когда мы уже где-то, наверное, версты с две прошагали. Совсем скоро начнутся самые опасные места с той заросшей лесом балкой, подходящей к самой дороге чуть ли не вплотную.
Пашка, провожая взглядом удаляющееся транспортное средство, даже высказал предположение:
— Неужели этот офицер, который с красавицей, в наш полк путь держит?
— Вряд ли это так, — разбил я розовые мечты сводного брата на еще одну встречу с так понравившейся ему незнакомкой. — Просто, пока лето и нет дождей, кучеру дилижанса по нашей проселочной дороге ехать намного сподручней, чем по основному тракту. И сама дорога тут выходит изрядно короче, и возле военного поселения с его постоянными патрулями гораздо меньше шансов нарваться на разбойников.
Хех! Кажется, сглазил! Мы уже к той примечательной балке приближались (кстати, не подготовившись на этот раз к отпору по причине занятых у Пашки гантелями рук), когда впереди, по ходу нашего движения послышались выстрелы.
— Может просто, охотники кабанов гоняют? — Высказал надежду Пашка, тем не менее, сразу же остановившись и скинув оттягивающие его руки гантели к себе под ноги, и вытянул свой пистолет из заплечного мешка.
— Последние два выстрела звучали намного глуше, — пригасил я неуместный в нашем случае этот вот братский оптимизм. — На кабанов с пистолетами уж точно не ходят. Разбойники это, рупь за сто — разбойники.
Собственно, никто мою ставку поддерживать не стал. Дружно, практически не сговариваясь, мы, с Пашкой, сложили наши недавние чугунные приобретения под ближайший куст и, сойдя с дороги, разошлись немного по сторонам и двинулись, укрываясь за все более густой древесной растительностью, в сторону той самой балки.
— Стой, Сашка, в самом деле, впереди разбойнички шалят, — выдохнул возвратившийся ко мне Павел, который, продвигаясь по маршруту чуть быстрее, смог первым оценить, что именно произошло на дороге. — Похоже, тот самый дилижанс остановили. Татары это. Человек пять или шесть. Причем, минимум у троих есть ружья.
— Обойдем. Доберемся до нашего полка, сообщим дежурному офицеру. Пусть высылают егерскую команду. Если все быстро проделаем, уверен, не уйдут нехристи. — Моментально сформировал я наиболее безопасный и более или менее эффективный план наших действий, и был сильно удивлен, что мой брат с ним согласился не до конца.
— Ты беги. Вернешься с подмогой. А я пока тут вокруг покручусь. Авось какой-нибудь шанс подвернется.
— Не дури! С одним пистолетом, пусть даже двуствольным, ты ничего против стольких людоловов не сделаешь. — Попытался здраво увещевать я Пашку, но почти тут же смолк, внезапно поняв, что встреченная нами по пути незнакомка оказала на него гораздо более сильное впечатление, чем это вообще можно было бы предположить.
  
Немного потоптавшись в размышлениях на месте, вынужден был предложить:
— Тогда вместе будем. Меня же отец своей рукой прибьет, если я в полк без тебя возвращусь. — Ну, да, а куда ж деваться, если у Пашки в глазах его известное баранье упрямство нарисовалось. Теперь сколько я не убеждай его, сколько не упражняйся в логике с риторикой, все выйдет абсолютно без толку.