Потерянный интерес (ЛП)

«Если он такой сильный, как он позволил себе пораниться?!»
«Я не могу говорить от его имени, но, возможно, дыхание помогло ему дождаться помощи, когда он не мог двигаться у подножия холма, — внезапно вставляет Тенген, — Но использование дыхания в течение длительного времени утомительно, и у него могло не остаться сил. Так что давайте пока согреем его и дадим отдохнуть. Я пойду в деревню, узнаю, сможет ли доктор прийти к нам так поздно».
  
Все жены кивают, соглашаясь с доводами главы семейства, но мужчина добавляет: «А вообще он конечно идиот, раз шляется ночами по лесам. Я не удивлюсь, если окажется, что эту маленькую истеричку загнала на нашу гору какая-нибудь змея».
Через нескольких минут, проведенных в горячей ванне, Зеницу снова приходит в сознание и несколько оживляется, обнаружив себя в окружении трех прекрасных женщин, которые всячески желают угодить несчастному мальчику. Тенген чувствует острое желание сунуть голову поганца под воду, после того, как тот невинно интересуется, кто из девушек поможет ему вытереться полотенцем после ванны.
Черт побери, пусть сопляк его и жутко бесит, но одновременно Узуй испытывает и противоречивое чувство облегчения, когда видит, что у мальчишки хватает сил на болтовню с его женами.
Подобрать юноше подходящую одежду становится проблемой. Зеницу оказался незваным гостем на этой горе, никто не готовился к его внезапному появлению. Поэтому девушки озадачиваются поиском юкаты самого маленького размера, которую можно было бы предложить светловолосому парню, и им удается найти подобную в гардеробе у Сумы.
В конце концов, девушки вытаскивают Зеницу из ванны и облачают в найденную юкату. При этом краснеющий юноша постоянно извиняется за причиненные неудобства, а девушки без перерыва просят прощения за свою неподготовленность к встрече дорогого гостя. Узуй с удовольствием наблюдает издалека за зрелищем обоюдных извинений, находя это весьма забавным.
Хозяева дома выделяют для раненого отдельную комнату. Хинацуру зажигает фонарь и оставляет его возле футона, свет слабый и почти не освещает комнату, но Зеницу все равно искренне благодарен.
Так как парень в общем-то выглядел гораздо лучше, было принято решение показать его врачу на следующее утро. Тенген решает принять ванну и наконец-то поспать, но он не может отказать себе в желании еще раз увидеть предмет своего интереса. Еще на подходе к комнате он улавливает ровный ритм его дыхания и понимает — мальчик спит. Он чувствует побуждение войти и убедиться, что идеальный слух не обманывает его, что на лице блондина действительно нет напряжённого выражения страданий, а его тонкие пальцы не шарят по полу в бесполезных попытках зацепиться за что-нибудь спасительно-успокаивающее, но когда рука Тенгена уже тянется к дверной ручке, он останавливает себя.
Хотя сердце мужчины разрывается от беспокойства, его холодный разум бывшего Шиноби анализирует ситуацию и говорит, что нет необходимости проверять Зеницу каждую минуту, иначе есть риск разбудить его, а сон в данном случае — лучшее лекарство. «Маленький идиот в порядке», — думает он про себя, сжимая и разжимая кулаки.
После ванны Тенген довольно раскидывается на своем футоне, чувствуя, как расслабляется каждая мышца. Хинацуру опускается на колени рядом с ним и ласковым движением убирает с глаз мужа его платиновые волосы.
«Вы так устали сегодня, — говорит она, поглаживая мужчину по голове, — Я рада, что Вы дома, я очень волновалась за Вас».
«Мне так жаль, — вздыхает он, наслаждаясь ее прикосновениями, — мне тяжело это признать, но я беспокоюсь за Зеницу. По дороге сюда он вел себя странно, говорил то, о чем никогда бы не осмелился и заикнуться раньше».
«Я уверена, что с ним все будет в порядке. Он вообще объяснил, как оказался здесь, у нашего дома?»
Тенген на мгновение задумывается, вспоминая, о чем рассказывал ему мальчик. «Он что-то недоговаривает. Я так понял, что неделю назад Шинобу отпустила его на одиночную миссию, а возвращаясь в Штаб во время грозы, он заблудился, ища укрытие, и упал с обрыва. Но он так и не объяснил, зачем ему понадобилось вообще взбираться на эту гору, если ближайшая деревня находится буквально в двух милях к северу отсюда», — делится он своими мыслями с женой.
Дверь открывается, и в комнату входят Сума и Макио. Узуй жестом зовет девушек, и они с радостью опускаются на пол рядом с Хинацуру. Тенген с нежностью заключает всех своих любимых жен в широкие объятия.
«Ты меня раздавишь, — со смехом жалуется Сума из-под руки мужа, — Когда мы последний раз заходили к мальчику, он крепко спал, но нам еще нужно было перевязать его лодыжку, поэтому пришлось снова разбудить его».
«Он наверное тает от такого внимания. Еще не убеждал вас бросить своего огромного мужа-тирана и выйти замуж за него?» — спрашивает Тенген, пытаясь поудобнее устроиться на футоне.
Девушки обмениваются озадаченными взглядами, прежде чем Макио отвечает: «Я бы так не сказала. Скорее Зеницу-сан очень смущался и опять просил прощения за неудобства. Он все еще стесняется того, что ему придется провести ночь в юкате Сумы. Такой милый и вежливый юноша».
Глаза Сумы проясняются: «Мы завтра же спустимся в деревню и подберем ему новую одежду, а его форму надо будет еще постирать и высушить!»
Хинацуру улыбается, поддерживая другую жену: «Это отличная идея! Скорее всего ему придется остаться у нас до тех пор, пока нога не заживет».
Девушки продолжают обсуждать планы на предстоящий день, а Тенген отключается, полностью погруженный в свои мысли. Они правы: Зеницу придется жить с ними, пока он не поправится. Или пока он сам не прибьет сопляка во время очередной ссоры. Тенген в отчаянии трет переносицу. Все последние два месяца он позволял себе думать о Зеницу, поощрял свои чувства и мечты, потому что не ожидал встретить юного мечника в ближайшем будущем. Это было глупо, но он хотел насладиться этим сладким состоянием тоски, пока оно не ушло. Но теперь Зеницу был здесь. Он был прямо в его доме, в его крепости, и Тенген жалеет, что не смог подавить свои чувства тогда, в Квартале красных фонарей, когда они только начали зарождаться.
Избегать парня будет самым надежным вариантом. Надо только потерпеть, пока тот не будет готов самостоятельно покинуть гору. И тогда Зеницу никогда не узнает, как много он значил для Тенгена, а потом все они вернутся к своей нормальной жизни.
Это единственный выход.
***
Стрелки часов показывают далеко за полночь, когда внезапный раскат грома заставляет Тенгена открыть глаза. Снова началась гроза. Он вздыхает, вытирая мокрый лоб. Влажность почти невыносима, он чувствует пот даже в тех местах, о которых никогда бы и не подумал. Со стоном он сбрасывает с себя покрывало и садится на футоне, еще пару минут пребывая в полусонном трансе. Его девочки мирно спят рядом с ним, невзирая на бушующий шторм и одуряющую жару.
Посидев еще немного, он понимает, что у него не получится снова заснуть. Тенген всегда плохо переносил летнюю жару — она раздражала его, и ему хотелось бы, чтобы каждое лето просто приходило и уходило, как один день.
Он тихо поднимается с постели и, осторожно обойдя своих жен, выходит из комнаты. В коридоре темно, только иногда видны яркие белые всполохи от ударов молний. Зевок срывается с его губ, пока он медленно идет на кухню.
Внезапно единственный глаз мужчины замечает слабое свечение. Тусклый свет проникает сквозь дверную сетку, и Тенген понимает, что это та комната, где спит их раненый гость.
Узуй озадачен. Зеницу настолько труслив, что оставляет фонарь зажженным даже на время сна? Он подходит ближе к двери, но задерживает дыхание, когда слышит шуршание в комнате. Это не тот звук, который издают люди, ворочаясь во сне, это скорее звук, словно какой-то маленький зверек случайно забрался в дом и теперь исследует его. Итак, значит мальчик проснулся.
  
Тенген размышляет, стоит ли проведать его, и снова чувствует, как рука непроизвольно тянется к двери. Сделав глубокий вдох, он решается дать о себе знать.