Полуночный ковбой (сборник)
Джо прошелся по комнате, поглядывая на Крыса сверху вниз. Но тот почему-то все время отворачивался — как будто знал всю правду — и продолжал глядеть в потолок. Потом томно протянул:
— Приснится же такая хреновина. — Голос был слабым, шуршащие интонации исчезли.
— Ну, и чего ж ты не спросишь, как я скоротал вечерок?
Крыс поднял на него глаза, но было видно, что он думал о чем-то другом. На лице безразличие, взгляд какой-то мутный, как у слепого. Нет, Крыс не потерял способность видеть, но прежняя живость взгляда пропала без следа.
— Никуда я не поеду.
— Чего? В свою любимую Флориду, да не поедешь?
— Нет. Ложись поспи.
Джо глянул на обещающую блаженное тепло груду одеял рядом с Крысом, и ему ужасно захотелось прилечь. Но тут он увидел потное, изнуренное, бледное лицо приятеля, его запавшие глаза, и в ушах раздался скрип ящика в спальне Локки.
И тогда Джо понял: надо запустить руку в этот ящик. Вот так. Все очень просто.
— Эх, чтоб тебя!.. — воскликнул Джо. — Я надрывался, все устроил, а он ехать не желает!
— Что же, интересно, ты такого устроил?
— Все в лучшем виде, ну, правда, должен еще забежать кое-куда, но это на пару минут. В общем, на ближайший автобус успели бы. Но раз ты не хочешь, я поеду один.
Джо обвел глазами комнату.
— Барахла тутошнего я и даром не возьму. Локти у меня крепкие, задница еще крепче — что еще человеку нужно?
Джо пошел к двери.
— Ну пока, Крыс, может, когда и увидимся.
Крыс быстро сел. У него отвалилась челюсть, глаза широко раскрылись. Несколько секунд он и Джо смотрели друг на друга, потом Крыс сказал:
— Прощай!
Но оба не двигались с места. Немного погодя Джо заговорил:
— Значит, не поедешь, так?
Крыс облизнул губы и насупился.
— Поеду, конечно.
Джо быстро подскочил к нему:
— Ну, так обувайся живо, мать твою так! Опаздываем!
Крыс мгновенно расшвырял одеяла и заковылял к ботинкам.
До автобусной станции они добрались на такси. Вещей не было, так, всякая мелочь из «крестов», да еще Крыс тащил индейское одеяло. В дороге тяжко дышал, жаловался, что в глазах жжет. И все спрашивал Джо: «С чего бы это? Ты не знаешь?»
В зале ожидания Джо помог приятелю дойти до скамейки. Легче было донести на руках, но Крыс не позволил.
— Жди тут. Минут через десять буду.
— А вдруг меня легавые зацапают — скажут, бродяга?
— Сдурел, что ли? У тебя автобус на Флориду в двадцать три пятьдесят. Бродяга, скажешь тоже!
— Ладно, а если тот парень тебе денег не даст?
— Как это не даст? Что, думаешь, я вру? Не веришь мне? Ну так и говори. Давай, не стесняйся!
— Да верю я, только…
— Ну и молчи в тряпочку.
Уже на выходе Джо оглянулся — Крыс сидел, завернувшись в одеяло. Он подождал, пока Крыс его заметит, и помахал рукой. Тот махнул в ответ. Джо быстро вышел, а на Восьмой Авеню побежал.
ГЛАВА 8
Джо бежал сломя голову и остановился только у дверей номера Локки — на пятом этаже отеля «Европа». Он старался ни о чем не думать — чувствовал, что первая же мысль вдребезги разнесет все его планы.
Постучав в дверь номера, Джо прислонился к дверному косяку, чтобы перевести дух. Из-за двери вяло донеслось: «Кто там?»
— Открывай, Тони.
— Кто это?
— Я, Джо.
— Какой Джо?
— Ты что, забыл? Я ж у тебя весь вечер проторчал.
Щелкнул замок, и дверь распахнулась. Локки стоял босой, в халате на голое тело.
— Боже, это ты? — воскликнул он.
— Поговорить надо.
Локки глядел на Джо, недовольно помаргивал. Потом кинул быстрый взгляд на замок, словно сожалел, что открыл дверь.
— По правде говоря, время позднее…
— Знаю, но дело важное.
— И что же за дело?
— Ну… не на пороге же говорить.
— Я не могу тебя пригласить… уже так поздно…
— Эх ты, а еще заливал, будто мы друзья. Что, не было такого?
— Друзья, разумеется, но…
— Вот так-то лучше.
С этими словами Джо прошел мимо Локки в гостиную. Тот насупился и остался у двери.
— Ну-с, в чем же дело?
— Дверь закрой.
— Закрыть?
— Ну да. Не понял, что ли?
Локки тяжело вздохнул и запер дверь.
— Мне деньги нужны, — сказал Джо.
— А-а! — заулыбался Локки. — Ну, конечно. Разумеется, тебе нужны деньги. И как я раньше не понял? Извини, пожалуйста… Тебе пришлось просить… о, мне так неловко… Я ведь прекрасно понимаю… Для вас, молодых, это… ну да, естественно. В конце концов вы, если можно так выразиться, живете этим. И я-то хорош — надо было самому предложить тебе денег. Но подожди здесь. Я сейчас!
Локки прошел в спальню, Джо за ним. Между двумя кроватями стояла тумбочка. Локки выдвинул ящик, достал бумажник и вытащил купюру. Потом задвинул ящик обратно и тут увидел Джо, стоящего в дверях спальни.
— Ах!
Рука Локки, напоминавшая жирного голубя, метнулась к горлу. В испуге он шагнул назад, наткнулся на тумбочку, сбил настольную лампу, но успел вовремя ее подхватить.
— Как ты меня напугал! Я думал, ты в гостиной. — Испуг в голосе смешался с раздражением.
— Да я подумал — чего тебе туда-сюда мотаться лишний раз.
Локки протянул ему десять долларов.
— Это мне?
— Конечно, ты их честно заслужил — просидел со старым брюзгой целый вечер. Так что не стоит благодарностей.
— Тони, — проговорил Джо, — боюсь, этого мало, мне нужно больше.
— Да ты что? — Локки внезапно сбился на фальцет. Лицо его замерло, Джо с трудом узнавал прежнего бодрячка. — Ах, как жаль! А у меня больше нет наличных.
— Мне нужно полсотни.
— Пятьдесят долларов?
— Мы с тобой неплохо скоротали вечерок, Тони, ты же сам говорил. Да, неплохо, хоть ты и решил себе воли не давать.
— Но, Джо… у меня действительно нет.
— Некогда мне с тобой рассусоливать. Что, я тут всю ночь, думаешь, буду торчать, да на тебя любоваться? У меня семья, черт возьми, ее во Флориду надо везти, и по-быстрому. Давай лезь в ящик и отстегивай полста.
Локки загородил тумбочку своим телом.
— Я все понимаю, Джо, честное слово. Я сделаю все…
Джо шагнул к тумбочке.
— Что ты хочешь сделать?
— Брысь с дороги!
— Ты зря тратишь время. Там ничего нет.
Джо ударил Локки по лицу. Тот свалился на кровать не столько от удара, сколько от неожиданности. Потом вскочил, плюхнулся на коленки и обхватил тумбочку руками, заслоняя ящик. Он втянул голову в плечи, глядя на Джо исподлобья, и по-бабьи заскулил. Джо схватил его за волосы и повернул лицом к себе.
— Отвали от тумбочки!
— Нет, нет. Не пущу! Там нет денег, только мои вещи.
Джо с размаху влепил ему пощечину.
Локки скулил и хныкал не переставая, но с места не двигался. Тут Джо снова ударил его, на сей раз кулаком, со всей силы.
Локки закричал.
— Я заслужил! Да, я это заслужил! — Он уже выл во весь голос, но по-прежнему цеплялся за тумбочку обеими руками. — Я этого хотел! Бей еще! Весь вечер я в мыслях желал мерзкого, отвратительного. Что это, кровь? — Он лизнул струйку, текшую из носа. — Боже мой, это моя кровь. Благодарю тебя, Господи! Ты ниспослал мне мучение!
— Пусти ящик, сука!
И тут Джо начал понимать, что перед ним не просто человек, защищающий свое добро. В исступлении Локки сквозило какое-то сладострастное ликование. Глаза засверкали, рот перекосился в идиотской ухмылке. Он напоминал бьющуюся на песке жирную рыбину. Лицо побагровело, кровь струилась из носа, текла по губам, по подбородку.
Джо схватил лампу и замахнулся.
— Давай полсотни или башку проломлю!
По лицу Локки было ясно, что он сделал выбор. Он вожделенно смотрел на лампу и все теснее прижимался к тумбочке. Джо понял, наконец, что происходит, и его чуть не вытошнило. Ему показалось, что они поменялись местами; теперь жертвой стал он, Джо, — у Локки появилось свое оружие. И если сейчас Джо изобьет Локки, то это в конечном итоге обернется против него самого.