Благословенный. Книга 4 (СИ)
Казённые спиртовые заводы устраивались как правило рядом с крупными центрами зерновой торговли, где имелись большие зернохранилища и элеваторы. спирт получали путём ректификации которая обходилась дешевле выгонки спирта в дистилляционных кубах. Также оказалось выгодно поблизости от этих заводов устраивать крупные фермы по откорму свиней: отходы от выкурки спирта — так называемая винная барда являлась ценным продуктом для товарного животноводства.
В первый же год монополия на спирт принесла дополнительно семь с половиной миллионов; в дальнейшем, благодаря улучшению работы спиртовых заводов ожидался ещё больший рост прибылей.
Очень перспективной выглядела торговля и сфера услуг. Во всём Санкт-Петербурге не было ни одного действительно крупного и комфортабельного магазина: ти князья, и нищие равно отоваривались в лавках. Я же, за свою короткую жизнь успев поработать и менеджером по продажам, и мерчендайзером, немного представлял, как должна выглядеть успешная торговая фирма. И я решил основать крупную оптово-розничную компанию, которая могла бы продавать самый широкий спектр различных товаров: одежду, бижутерию, мебель, предметы интерьера, ткани, — в общем, некоего IKEA -подобного монстра. Дело обещало быть жутко выгодным: ведь я, в отличие от хроно-аборигенов, прекрасно представлял себе, какие товары в будущем будут пользоваться спросом. Кроме того, уже сама по себе организация торговли по лекалам XXI века должна была произвести огромное впечатление на моих нынешних современников. Задуманы были огромные демонстрационные залы с электрическим освещением, лифтами и эскалаторами, большой выбор товаров в широком ценовом диапазоне, продажа по каталогу и по образцам, доставка товаров на дом, и разумеется эксклюзивная реализация последних новинок. Последних у меня было превеликое множество: какие-то извлекли из моей головы посредством гипноза, ну а что-то я и так прекрасно помнил.
Например в этом мире практически не было в продаже готовой одежды и обуви, а та что и была, отличалась крайне низким качеством. Одно это — уже огромный рынок и непаханое поле! Крайне убогим был сегмент недорогой функциональной мебели, а ведь делать её так просто! Любые экипажи, коляски, да даже телеги считались высокотехнологичным продуктом и стоили очень дорого. А ведь ничто не мешало наладить производство каких-нибудь ландо по принципу Генри Форда! И, конец предметы интерьера: на каких-нибудь дурацких бумажных ширмах, расписанных рисуночками в японском стиле можно было сделать целое состояние. Но, разумеется, с производством всего этого изобилия я связываться не собирался: моя компания должна была всё это продавать, з акупая товары на конкурсной основе у производителей, либо также по конкурсу размещая заказы на их изготовление.
Проект этот был крайне привлекательный, но при этом довольно непростой. Во-первых нужно было найти производителей, даже не просто найти, а, скажем так, «воспитать». А во-вторых нужны были подходящие кадры: молодые, не зашоренные опытом лавочной торговли, образованные и способные учиться дальше. Пришлось заняться рекрутингом и хантингом, Вылавливать подходящих людей пришлось и в коммерческом училище в Аничковом дворце, и в Московском университете, и даже на собственной гражданской службе, среди молодых, не совсем закостеневших чиновников. Пришлось обещать им высокие вклады, и ещё большие премиальные за рост объёмов продаж.
Надо сказать, что такая карьера оказалась привлекательной для многих молодых и бедных дворян. Напрямую идти в коммерцию они не могли из-за отсутствия денежных средств; наниматься приказчиками к богатым купцам им мешала дворянская гордость. Из-за этого получалось что грамотный слой населения совершенно отсекался от производственной и коммерческой деятельности. А ведь только дворянство — грамотное, обладающее кругозором, владеющее иностранными языками — способно было качественно двинуть вперёд отечественную промышленность и торговлю.
А вот поступить на службу в компанию «Русский дом» для дворян было вполне нормальным и даже почётным делом. Общество солидное, принадлежит частично государству, частично — императорской фамилии; и выходит, что служить в нём также почётно как на гражданской, или может быть, даже в военной службе.
Ещё один источник доходов удалось обнаружить с совершенно неожиданной стороны. Занимаясь отработкой продажи товаров по каталогам и по образцам, я не мог не обратить внимание на почтовую их доставку.
Императорская почта уже тогда была очень крупным и серьёзным заведением, способным как приносить большие доходы, так и ввергать в гигантские убытки. Основой почтового хозяйства была совсем не рассылка писем и посылок: в ведении почты находились сотни почтовых станций и десятки тысяч лошадей, предназначенных для того, чтобы служить подменой на длинных, как перечень грехов английского империализма, российских дорогах. Стоили услуги почты очень дорого, поэтому перечень её пользователей был сильно ограничен. А ведь на просторах нашей страны потенциальный спрос на почтовые услуги — что на пересылку писем, что на перевозку пассажиров и грузов — был просто огромен!
Задумавшись об этом, я первым делом разослал всем более-менее толковым людям запрос с просьбой представить свои соображения, «как нам обустроить почтовое ведомство», особо указав ограничиться одной-единственной страницей текста. Все ответили в силу своей компетенции: Кулибин предложил наладить производство больших дилижансов по европейскому образцу, снабдив их оси недавно разработанными шариковыми подшипниками; Модерах — посоветовал снизить цены на услуги, чтобы почтой могли пользоваться люди среднего и небольшого достатка; Барклай-де-Толли советовал радикально улучшить дороги, чтобы упростить перевозки. От этого всего я добавил своё собственное знание об устройстве почты, и после пары совещаний начал радикальную реформу.
Во-первых, были введены почтовые марки, позволявшие ввести «предоплату» за почтовые услуги. Стоили они очень недорого — всего лишь 5 копеек за самое маленькое письмо «треугольником», 10 копеек за письмо на осьмушке бумаги в конверте. Также, были устроены почтовые ящики, что позволило сильно упростить сбор писем. Почту теперь отправляли с дилижансами, регулярно курсировавшими между всеми крупными городами империи.
Над конструкцией дилижансов пришлось покумекать отдельно. Они должны были быть лёгкими, но вместительными и относительно комфортабельными. Кузов дилижанса выклеивался из шпона на липовом каркасе и тщательно прокрашивался. Оси снабжались простейшими подшипниками и колодочным тормозом, защищавшим пассажиров, если лошади вдруг «понесут». Для повышения комфорта были устроены листовые рессоры, к которым добавляли подушки из пористой резины — даже на наших дорогах с такими рессорами можно было ездить сравнительно комфортно.Дилижанс вмещал шесть пассажиров и багаж, в котором перевозили также и корреспонденцию.
Запрягался дилижанс четвёркой лошадей, причем кони должны были быть весьма приличными. Решено было применять для этой цели битюгов; они вполне справлялись с дилижансом, а во время войны могли быть реквизированы для артиллерии.
Почтовые отделения получили индексы — специальные номера, облегчавшие транспортировку почты. Мешки с письмами теперь доставляли «вперевалку» попутными дилижансами — это сильно облегчало дело и серьезно удешевило услуги почтового ведомства.
Все эти меры резко улучшили финансовые показатели нашего почтового ведомства. И я начал задумываться о выходе на международные рынки. Почему бы не применить все эти инновации, например, в Германии или в Англии? Потребители там богаче, а значит, и прибыли будут ещё более весомыми. И вскоре тандем из компаний «Русский дом» и императорской почты, после акционирования получившей название «Общество Меркурий», стал готовится к выходу на европейские рынки.
* * *
Ещё я последовательно шёл по пути давно задуманный финансовой реформы. Серебряные деньги систематические изымались из оборота, медная монета менялась на латунную и не имела более соответствия между номиналом и весом. Русские деньги постепенно становились «фиатными».