Рерайтер 2 (СИ)

— Три месяца, — хихикнула Галина, — да за это время может так случиться, что и меня на этом месте уже не будет.
— А что я могу сделать? — Развел руки ответственный.
Обратно девушка пришла с твёрдым намерением самостоятельно разобраться в программе. Естественно ничего из того, что сделал предыдущий программист, ей было неизвестно, поэтому пришлось самой разбираться во всей этой работе. Во-первых, это карточки инструмента, во-вторых, накладные на приход, и накладные на расход инструмента, отслеживание остатка. Ну и в-третьих, головная боль всех кладовщиков, формирование заявок на инструмент, в зависимости от расхода его в заданный период времени. Тут было далеко не просто, ведь существовала еще и заточка инструмента, где он переходил из партии одного размера в другой, что тоже было далеко не просто отслеживать. Ну и в-четвертых, задание инструментальному цеху, на изготовление инструмента, тут уж придётся расстараться, цех делал не то что надо, а то, что ему выгодно, под всяким предлогом тормозя тот инструмент, который был сложен в изготовлении. Причём, для этого находились объективные причины, перегруз оборудования по операциям, то есть, допустим, много токарных работ, или наоборот фрезерных, а то и в заточке перегруз. Но самое неприятное ждало её в самом начале, надо было определиться в числе параметров инструмента, по которым и можно было идентифицировать его, ведь не секрет, что под разными идентификационными номерами может быт один и тот же инструмент.
  
Однако, благодаря инженерному составу инструментального цеха все эти вопросы были решены, и постепенно программа обросла необходимыми данными. Дальше возникло непредвиденное обстоятельство, база инструмента была набита на ЭВМ, всего то три тысячи восемьсот позиций, которые были наиболее востребованы, и их необходимо было передать на «Эврику», как основу на что будет набиваться база размеров. Не будем говорить о том, что на Минске была другая система кодировки, это тоже надо было решать при передаче данных, но задача в конечном итоге была выполнена, так что на третий месяц мучений программа была вчерне закончена. Как оказалось, ошибок при внесении базы данных операторами было сделано большое количество и всё это пришлось исправлять, что отодвинуло отъезд Галины из негостеприимного города на неопределённое время.
— Ну, показывай, что сделала, — пришёл на приёмку работы начальник инструментального цеха.
— Да вот, пожалуйста, — запустила свою программу девушка, и пробежалась по основным пунктам меню, — вот здесь у нас база по инструменту, кстати, она полностью соответствует данным склада месячной давности. Здесь приемка инструмента, здесь выдача, здесь таблица остатков, а здесь план заказа на месяц, квартал, год…
— Да, надо же, — озадачился товарищ, — так это что, теперь весь наш плановый отдел можно по боку.
— Нет, нельзя, — в отрицании замотала головой Галина, — плановый отдел заказывает заготовки и формирует по ним план, потом определяет загруженность цеха и ставит очерёдность выполнения заказов. Тут нужна будет серьёзная доработка программы, куда нужно будет внести ещё склад материалов. И одной машины для этого мало, нужно будет еще и сервер приобретать, на котором и будут находиться эти базы.
— Но в принципе это возможно, — зацепился начальник за слова своей подчинённой.
— В принципе да, — подтвердила девушка, — но кто этим будет заниматься?
— Как то, — возмутился товарищ, — а ты на что?
— Я программист, не оператор и не кладовщик, — снова за своё принялась Галина, — для этого вам придётся садить за ЭВМ кладовщика, чтобы он внёс все эти данные.
— А, — отмахнулся от жесткого высказывания своего программиста начальник, — думаю, мы решим этот вопрос. А что у нас с распределением цеховых ресурсов.
— Для этого нужна программа оптимизации, — задумалась девушка, — но это уже серьёзная задача, в библиотеке программ её нет, а самостоятельно я её решить не могу.
— Не можешь? — Удивился начальник. — Тогда какой же ты тогда программист?
— Какой есть, — усмехнулась Галина. — И кстати совсем не плохой.
— Нет, в таком виде я программу принять не могу, — упёрся товарищ, — мне нужно, чтобы работала программа учёта склада материалов и программа оптимизации цехового оборудования.
— Но для этого необходимо как минимум ещё две ЭВМ и один сервер. — Выдала ему девушка.
На самом деле, для этого хватило бы и одной машины, но как в этом случае делить время двух разных складов и плановиков на одной машине, было совершенно непонятно.
— Хорошо, — наконец согласился начальник, — машины не проблема, можно достать, а пока будем внедрять складской учёт.
— Ладно, — согласилась Галина, — я помогу в этом деле, но нужно время на подчистку хвостов.
— Чего подчистку, — не понял товарищ.
— Хвостов, — объяснила ему программистка, — я пока делала программу, комментариев в них не писала, тому, кто будет разбираться помимо меня, будет достаточно трудно, нужно примерно полмесяца, чтобы исправить положение.
— Хорошо исправляй, — разрешил начальник и с лёгким сердцем встал из-за стола.
Откуда было знать этому товарищу, что программистка работает у него последний месяц, хотя она и так переработала уже три отведенных ей самой срока. Уезжала Галина из Арсеньева со скандалом, а что, работа не по назначению, её на третий месяц в итоге оформили как инженера технолога 2-ой категории, жильё предприятие не предоставило, о чём было записано в договоре приёма на работу, и перспектив в этом плане не наблюдалось.
— Вы должны понимать, что мы молодым специалистам жильё не предоставляем, — разорялась та толстая тетка, которая сидела в приёмной отдела кадров, — поработайте с наше, чтобы что-то требовать.
— А я разве возражаю, — спорила с ней девушка, — нет, так нет, но зачем же вы обманули университет, и объявили, что молодым специалистам, при поступлении на работу, будет предоставлено жильё?
— А как вас ещё сюда заманить? — Возмутилась кадровичка. — Вы все на жильё смотрите.
— Ну, так и кто вам виноват? Обманули? Обманули. На должность другую приняли? Приняли. Так какие ко мне тогда претензии?
— Могли бы сразу на это указать, — продолжала предъявлять претензии толстушка.
— И что, дали бы жильё, — удивилась Галина.
— Жильё бы не дали, — тяжело вздохнула та, — но должность бы оформили ту, какая и должна была быть.
— Вот и ладушки, — заявила девушка, и выложила на стол бумагу, — вот здесь, адрес, куда я прошу перевести остатки моей зарплаты. И не забудьте пожалуйста, а то ведь я в суд подам, и тогда издержки окажутся намного выше, чем моя зарплата.
— Не забудем, — заявила кадровичка, подписывая второй лист, который увезёт такая несговорчивая программистка, — но вам эти деньги точно впрок не пойдут.
— Это почему?
— Потому что это будут наши слёзы. — Вдруг заявила женщина.
От реплики Галина уклонилась, в конце концов, своё дело она сделала, получила от предприятия что хотела, и теперь может со спокойной совестью ехать домой. Правда там тоже с работой напряг, но программисты всем нужны, тем более что опыт работы на «Эврике» есть, и не скажешь, что она неопытная.
— «Интересно», — думала она, — «долго моя программа будет востребована в инструментальном цехе, ведь программисты в шестидесятом отделе в конечном итоге разберутся со своими делами и сделают программу, которую обещали».
И невдомёк было Галине, что её программа будет работать в инструментальном цехе практически десять лет, исправно выполняя свои функции. И будет в конечном итоге заменена на аналогичную, в связи с моральным устареванием. А начальник инструментального цеха будет долго отмахивался от программистов шестидесятого отдела, которые будут предлагать всё лучшие продукты, но в конечном итоге будут вынуждены сдаться, так как шестидесятый отдел будет расформирован, из-за ликвидации Минск-32. А «Эврики» широко расползутся по заводу, почти в каждый цех поставят по паре машин, ведь это так удобно на них править технологию, не нужно тупо переписывать текст, чуть подправил его и всё. И задания раздавать на рабочие места, давно исчезли портянки с документами от мастеров, всем занимались операторы ЭВМ, раз и готово, и сразу видно кто и чего. Осталось только старых инженеров за клавиатуру посадить, не привыкли они работать с ней, только двумя пальцами тыкать, так семь потов сойдёт, прежде чем что-то набить смогут.