Euphoria (СИ)
— Ждать взрыва, а потом разгребать последствия, потому что кроме нас с этим больше никто не справится…
========== Не каждый может быть фениксом ==========
— Детка, тебе правда уже нужно уезжать? — Женщина присаживается рядом с Раэлль и гладит ее по голове.
— Мам, я же говорила, у меня завтра начинается учеба, тем более я пробыла у вас целую неделю и, если честно, очень соскучилась по своим друзьям, — девушка улыбается, и в груди у неё больно щемит. Она никогда не оставляла Сциллу так надолго, и даже несмотря на то, что они практически постоянно были на связи, сердце предательски стучало от переживаний.
— Познакомила бы нас хоть со своими друзьями, они же часть твоей жизни, в особенности мне хотелось бы пообщаться с твоей Талли, как мне показалось, она очень интересная девушка, а уж о Сцилле я вообще молчу, ты буквально не затыкалась, пока говорила про неё, и, если мне не показалось… Скажи мне честно, принцесса, вы ведь не просто друзья? — Женщина ласково улыбается и сжимает ладонь дочки, как бы давая ей понять, что она может довериться.
— Как ты догадалась?
— Тебя выдают глаза.
— Ну да, ничего удивительного, — Коллар ухмыляется сама себе. — Ты права, мам, мы действительно с ней вместе, — Раэлль улыбается и опускает голову вниз, стараясь скрыть смущение.
— И ты даже не привезла ее с собой, чтобы познакомить с нами?
— Мам, ну откуда я знала, что ты мало того, что окажешься не против, так ещё и поддержишь меня в этом?
— Знаешь, немного обидно, я ведь тебе не только мама, а ещё и та самая подружка, которой ты можешь рассказать все, что угодно, — женщина кладёт ладони на плечи дочке и чуть сжимает их. — Давай же, детка, расскажи мне все подробности.
— Мам, давай вы лучше приедете к нам сами, как только станет теплее, и мы встретимся все вместе и поговорим, идёт? — Раэлль улыбается и, когда женщина выходит из комнаты, медленно начинает собирать вещи.
Всю неделю она вставала ни свет ни заря, тормошила огромного пса, который сладко спал у неё в ногах, надевала на него поводок и выходила на улицу по хрустящему снегу, протаптывая дорожки на ещё не тронутом зимнем покрывале.
Собака бегала и звонко лаяла, падая на спину и катаясь по снегу, как маленький щенок. Коллар заходила в круглосуточную кофейню, брала капучино и выпивала его достаточно быстро, еще до того, как он успевал остыть на холоде. В этой кофейне не было сиропов или чего-то подобного, так что за неделю девушка привыкла к горьковатому вкусу кофе без сахара, и почему-то от одного только упоминания о лаванде на языке всплывал навязчивый привкус, от которого возникало чувство тошноты.
Она целую неделю засыпала под новую гитару соседского паренька, а однажды даже заскочила к нему в гости, прихватив с собой свежеиспечённый пирог. Они просидели практически до утра за излюбленными песнями, тёплыми разговорами и смешными шутками. На какой-то момент она даже подумала о том, что если бы в ней была хоть капля натуральности, этот паренёк явно мог бы претендовать на ее сердце.
Всю неделю она была окружена теплом и родительской заботой, благодаря чему смогла хоть на какое-то время забыть обо всем том, что ежеминутно угнетало.
Сейчас, сидя на той кровати, на которой она спала с трёх лет, она хотела остаться и ещё хоть день побыть под родительской опекой, побыть ребёнком, но ответственность, которая опустилась ей на плечи, была сильнее и не давала ей возможности остаться и забыть.
До города ехать около четырёх часов, и стоя на автобусной остановке, когда родители крепко прижимали к себе дочь, нагрузив ее всевозможной едой и закрутками, девушка думала о том, что ей все надоело и она не хочет возвращаться в свой город.
— Ты только звони почаще, ладно? Ты у нас одна-единственная и любимая дочь, мы скучаем, — проговаривает мужчина, едва сдерживая слёзы.
— Конечно, я тоже очень по вам скучаю, между прочим, вы и сами могли бы заглянуть ко мне в гости, мне есть что вам показать, — девушка улыбается и, обняв родителей, заходит в автобус, откидывается на спинку самого дальнего сидения, втыкает наушники в уши и закрывает глаза. У неё есть четыре часа спокойствия, уединения и неприкосновенности до того момента, как взрослая жизнь снова затянет ее в пучину.
Иногда стремление быть героем для всех заканчивается плохо, но понимание этого отчего-то приходит в тот самый момент пути, когда дороги назад уже нет. Коллар всю жизнь думала, что вокруг неё прочная броня, которую она мастерила годами, но нет такой брони, которая защитит тебя от всего, вот и ее начала трещать по швам.
Девушка за потоком собственных мыслей не замечала, как сменялись песни в плейлисте и пейзажи за окном, она просто смотрела в одну точку и думала о том, что ей дальше делать со своей жизнью.
***
— Ты думала о том, что мы будем делать, когда закончится университет? — Вдруг ни с того ни с сего проговаривает Белвезер, подвигая ближе к Талли кружку с только что приготовленным горячим шоколадом.
— Детка, ты далеко забегаешь, нам учиться ещё три с половиной года, но если ты спрашиваешь… Возможно, мы могли бы накопить денег и сразу после выпускного сбежать в путешествие. Объедем Европу, Скандинавию, да в общем-то все, на что ляжет глаз, а потом вернёмся обратно, устроимся на работу и будем просто жить каждый новый день. Вместе, — довольно серьезно проговаривает Крейвен и широко улыбается, вытягиваясь чуть вперёд и оставляя лёгкий поцелуй на губах Эби.
— Хороший план, мне нравится, надо прямо завтра завести огромную банку, в которую мы будем скидывать деньги на наше путешествие, — брюнетка мягко проводит ладонью по солнечным волосам и улыбается.
— Я люблю тебя, Эби, правда, очень сильно люблю, и то, что во всем этом дерьме ты — мой единственный луч света, — это настоящий подарок судьбы. Без тебя я бы не могла быть собой, и я действительно безумно рада, что встретила тебя однажды. Тебе стоит знать, я никуда и никогда тебя не отпущу, — Крейвен улыбается и сжимает в своих руках ладони девушки.
— А я никуда и не собиралась от тебя сбегать, потому что тоже безумно люблю тебя, Талли Крейвен, и быть рядом с тобой, пожалуй, самое правильное, что могло со мной случиться, — Эби тянется вперёд и целует мягко, нежно и так тепло, что за спиной вырастают крылья и хочется взлететь так высоко, чтобы касаться ногами облаков и никогда больше не возвращаться на землю.
— Завтра уже весна, даже не верится, что время полетело так быстро, мы сдали нашу первую сессию, а завтра снова возвращаться на учёбу, тем более сегодня должна приехать Раэлль, надеюсь, Сцилла встретит ее, потому что будет уже темно и страшно, а я вообще-то крайне переживаю за эту придурошную, — Крейвен смеётся и смешно морщит нос, из-за чего Эби не сдерживается и широко улыбается.
— Да уж, завтра мы снова встретимся на паре как в старые добрые времена, может, вечером устроим наши типичные посиделки. А вообще, мне интересно, что нового придумает наш литератор, вот уж у него с фантазией точно никаких проблем не возникает, — Эби треплет девушку по рыжей макушке и целует в нос.
— Снова будем работать в паре? — Талли взывающе поднимает правую бровь и хищнически смотрит на девушку.
— Ну естественно, а ты разве сомневалась?
— Нет конечно, просто решила уточнить, вдруг ты передумала.
— С чего бы это? Мисс Крейвен, неужели вы во мне сомневаетесь?
— Что вы, душенька, разве я могла позволить себе такую великую честь? Ни в коем случае! — Рыжая опускается в ужасно выполненном реверансе, чем вызывает практически истеричный смех Эбигейл.
— С такими выражениями вам самое место в семидесятых, но вместо этого могу предложить только уютный диван и какой-то фильм, который я загрузила и название которого уже забыла, — брюнетка разводит руками, а потом они вместе перемещаются в комнату, прижимаются друг другу и смотрят кино, которое, на удивление, оказывается вполне интересным.
***
Когда автобус подъезжает к станции, Раэлль тяжело выдыхает, закидывает на плечо сумку и делает несколько глубоких вдохов, прежде чем подойти к двери. Она не знает, кто ее встретит и встретит ли вообще, но по какой-то причине ей совсем не хотелось видеть на станции Сциллу, ей не хотелось идти домой. Проведя неделю с родителями, девушка будто бы окунулась в другой мир, и теперь ей больше не хочется возвращаться в ту привычную рутину.