Чувства на камеру (ЛП)

— Я заставил ее ползти ко мне, и она согласилась с удовольствием. Еще я попробовал ее на стойке.
— Святые небеса. Везучий ты ублюдок.
— И она чертовки умная. Буквально самая идеальная женщина в мире. Я в полной заднице.
— Как минимум, если с Мэгги ничего не выйдет, ты вернешь себе нормальную жизнь. Ты сможешь заполучить любую женщину, которую захочешь.
— Мне не нужна никакая другая женщина, — говорю я. — Я хочу ее.
  
— Тогда жди, — говорит Шон. Он сдвигает мои ноги с диванной подушки и садится рядом со мной. — В один день ты поймешь, что настало время протянуть ей руку.
— Вселенная подаст мне огромный знак, чтобы я знал, что делать и когда?
— Допустим так. Может быть, это будет едва заметно. Но когда придет время, ты узнаешь.
— Боже, что я вообще скажу? «Эй, я знаю, что у нас была одна ночь вместе, но я думаю, что мог бы провести с тобой всю оставшуюся жизнь?» Вся эта ситуация точно вовсе не чертовски пугающе выглядит.
— Может, расслабишься? — Шон хихикает. — Ты даже не был так на взводе, когда просил Кэти выйти за тебя замуж.
— Да, потому что Кэти была в этом уверена. Я знал, что она скажет «да». А Мэгги? Я понятия не имею, увижу ли я ее когда-нибудь снова. А если и увижу, то не знаю, будет ли она испытывать те же чувства, что и я к ней.
— Так, ты напуган.
— Я, мать его, в ужасе.
— Похоже, что она — твоя родственная душа и вторая половинка.
— Родственные души — это полная чушь.
— Разве? — Шон приподнял бровь. — Ты никогда раньше не приходил ко мне домой и не выпивал полбутылки бурбона, чтобы поговорить о женщине. И при этом вдруг встречаешь кого-то на фотосессии, на которую не собирался, проводишь лучшую ночь в своей жизни, а потом скучаешь по ней, когда она уходит? Если это не истинная вторая половинка, то я не знаю, что это, чувак.
Я хмыкаю и игнорирую его. Я сворачиваюсь на бок и закрываю глаза, в надежде, что алкоголя хватит, чтобы не видеть во сне Мэгги, ее красивые волосы и очаровательную улыбку. Прошло три часа с тех пор, как она уехала, а я уже схожу с ума.
У меня нет ни единого шанса пережить еще несколько недель без нее.
Какого, мать вашу, знака я вообще жду?
Глава 28
Мэгги
На улице теплеет. Наступает март, оттесняя леденящий холод. Солнце начинает растапливать снег, оставшийся после сильной метели, и с каждым днем светит все дольше. Это еще не весна, когда распускаются тюльпаны и можно обойтись легкой курткой, но это передышка от арктического холода, который держался последние недели.
Последние несколько недель я никак не нахожу себе места, делая все возможное, чтобы не думать об Эйдене. Каждый раз, когда его образ всплывает в моей голове — его утренняя улыбка, когда он передает тарелку с блинчиками, нежность в его взгляде, когда он говорит, что я красивая, его ладони на моем теле, когда он шепчет, что я в безопасности и он меня держит, — я с головой ухожу в другие аспекты своей жизни.
Я хожу в больницу, предлагая работать сверхурочно два-три раза в неделю, чтобы занять свои мысли. Беру книгу раз за разом и погружаюсь в мир фантазий, находя утешение и спокойствие в далеких землях с безрассудными героями. А в последнее время я хожу на прогулки.
Мы с Лейси в бодром темпе ходим по велосипедной дорожке, идущей вдоль Потомаки4. Справа от нас статуи сверкают в полуденном свете, а их золотистые отблески играют на мягких речных волнах. Мимо нас пробегает парень, приветливо махнув рукой, заставляя нас с Лейси обменяться взглядом и разразиться хихиканьем. Мы останавливаемся передохнуть, отходя в сторону и усаживаясь на груду камней. Острые края царапают мне заднюю часть бедер, пока я устраиваюсь поудобнее, глядя на воду. Эйден где-то там, среди зданий, деревьев и тысяч других жителей нашего мегаполиса. Идет по улице. Спасает детей. Проводит время с дочерью. Живет своей жизнью, невозмутимый после нашего поспешного расставания.
Мне больно вспоминать, раздумывать о беспорядке в его волосах, когда он выходит из душа, и о лишних подушках, которые он хранит в своем шкафу. Я пинаю камешек и смотрю, как он катится вниз по крутому склону, падая в воду.
— Я не могу перестать думать о нем, — Признаюсь я, нарушая тишину. — Я не видела его с тех пор, как покинула его квартиру.
Впервые я произнесла правду вслух и признала свои чувства, которые скрывала внутри. Когда я рассказывала Лейси подробности ночи с Эйденом, я говорила о физических составляющих: о том, как было горячо. О позах, которые мы пробовали. О новых вещах, которые, как я обнаружила, мне нравятся. Но я ни разу не упомянула о более глубоких чувствах, которые возникли за эти двадцать четыре часа, и о той томящейся боли в моем сердце за все это время.
Я рада, что правда вышла на свободу и теперь я могу поделиться этим секретом со всем миром. Это больше не груз, который я нести в одиночку.
— Я знаю, — сказала Лейси. Её признание прозвучало совершенно спокойно, словно это не было для неё чем-то неожиданным. Мне же стало интересно, насколько заметно моё подавленное состояние. — Почему бы тебе не найти его?
— Почему он не может найти меня? — возражаю я. — У него ведь есть мой номер.
— Ты прячешься, — заявила она, глядя мне в глаза. Я отвела взгляд, сосредоточившись на зарослях травы у подножия дерева.
— Я не прячусь. Он открыл дверь, через которую я ушла.
— Но прогнал ли он тебя за порог?
Мне нечего ответить. Нет, думаю я, он не прогнал меня. Скорее, он предложил мне остаться у него настолько, насколько я захочу. И, Боже, как же я хотела сказать «да». Если бы я тогда знала, что одиночество, которое окружит меня после ухода, будет таким непреодолимым, я бы осталась. Я провела бы с ним ещё одну ночь, а затем ещё и ещё, пока дни не сложились бы в годы, которые промелькнули бы, словно одно мгновение.
— Может, так всё и должно было случиться. Может, вселенная подарила мне его, чтобы я поняла: я снова могу быть с кем-то. Эйден сказал, что не хочет отношений, и я уверена, он не сидит сейчас и не думает обо мне.
— О боже, как же я хочу ударить тебя! Мэгс, ты самая умная женщина, которую я знаю. А тебе не приходило в голову, что, возможно, он говорил тебе именно то, что ты хотела услышать? Он говорил то, с чем ты могла бы согласиться?
Я замолчала, задумавшись над её словами.
— Если это так, разве он уже не связался бы со мной?
— Нет. Потому что это не то, чего ты якобы хочешь.
— То есть, он лжец.
— Нет, он мужчина, который слушает, — поправляет Лейси. — Мы читаем книги о мужчинах, которые бегут за их второй половинкой, но так же читаем и про тех, кто позволяет женщине самой решать, как закончится история. Ты бы не предпочла сама написать свою собственную развязку, вместо того чтобы кто-то пытался повлиять на твоё решение?
Она права.
Я хочу, чтобы меня хотели, но не хочу, чтобы меня преследовали. Я уверена, что многим женщинам нужно обратное: чтобы за ними бегали, чтобы их умоляли, ради них совершали безумные поступки. Им нужны доказательства чувств, сцены, как в фильмах, где мужчина несётся через весь город, чтобы признаться в любви. Но я, возможно, исключение. Мне нужно принять решение самостоятельно, без давления и ожиданий со стороны окружающих. Если бы Эйден нашёл меня или попытался связаться, я, возможно, испугалась бы.
Но чем дольше я об этом думаю, тем яснее становится ответ. Я хочу его. Я хочу его так, как никогда никого не хотела. Я хочу его по ночам, когда он склоняется надо мной, целуя мою грудь. Я хочу видеть его утром в спортивных штанах, с лопаткой в руках, готовящим завтрак. Я хочу познакомиться с его дочерью и друзьями. Я хочу быть частью его жизни.
Но всегда есть шанс, пугающая возможность, что он не чувствует того же. И я не могу перестать задаваться вопросом: почему он не пытался найти меня? У него есть мой номер. Все просто.
Знает ли он меня лучше, чем я думаю? Настолько ли я открытая книга?
Прохладный ветерок касается моего лица, сдувая волосы. Я убираю прядь за ухо и поднимаю подбородок. Мой взгляд устремляется к воде, затем снова к зданиям на другом берегу. Я тру шею, где ещё ощущается фантомное прикосновение его губ. Интересно, как долго это чувство будет преследовать меня?