Безграничное доверие (СИ)

- Тронут вашей откровенностью, Поттер. Жаль, вы опять ничем не смогли меня удивить.
Гарри не мог успокоиться где-то с минуту, затем рыдания затихли и превратились во всхлипы. Пораненные избитые руки так и лежали ладонями вверх у него на бедрах. Снейп внимательно рассматривал их, любуясь результатом своих трудов.
- Мы еще не закончили, - проникновенно произнес экзекутор, - вы обязаны поблагодарить меня за наказание. За то, что я нашел на вас свободное время. За то, что я один из немногих пытаюсь направить вас на путь истинный.
  
Гарри больше не испытывал злости. Осталась только боль душевная и физическая. И чувство легкой обиды. Он понимал, что завтра он возненавидит профессора с новой силой за то, что тот видел его слезы, но сейчас ему было все равно.
- Посмотри на меня! - мягко потребовал Снейп.
Но Гарри так и сидел на коленях перед Снейпом с опущенной головой, не решаясь ее поднять.
- Посмотри на меня! - теперь требование прозвучало более убедительно.
Мальчик медленно поднял заплаканное лицо, по-прежнему не решаясь встретиться взглядом со своим мучителем.
Снейп поднес худую руку с розгой к лицу Гарри.
- Необходимо поблагодарить за порку, - почти ласково сказал он.
Он не объяснил, что нужно сделать, но Гарри и сам все понял, и от этого нового неизбежного унижения из глаз начали бежать слезы.
- Ну, же, - терпеливо приказал профессор.
Внутри Гарри повернулось что-то, отдаленно похожее на чувство собственного достоинства, сигнализирующее о том, что воля Гарри сломлена не до конца. Он отрицательно махнул головой из стороны в сторону.
Снейп на мгновение убрал руку, а затем с размаху ударил по лицу свободной ладонью. Раздался громкий шлепок, Гарри едва удержал равновесие, чтобы не упасть профессору под ноги.
- Так лучше? - заботливо поинтересовался Снейп, вновь протягивая руку с орудием наказания для благодарности. - Давайте повторим.
Одной пощечины оказалось достаточно, чтобы внушить Гарри безусловное уважение к своему преподавателю. Он превозмог себя, приближая собственное лицо к руке профессора. Когда расстояние сократилось до пары сантиметров, вновь заплакав, Гарри прижался лбом к ладони преподавателя.
Снейп расценил это прикосновение как благодарность и спустя несколько мгновений опустил руку, откладывая розгу на стол.
- Очень хорошо, мистер Поттер. Надеюсь, вы запомните этот урок. Теперь будьте добры закатать штаны до колен и отправляйтесь в тот угол. Гречневая крупа уже ждет вас.
Гарри беспрекословно подчинился. Он даже не вздохнул, когда острые крупинки впились в его голени и щиколотки под тяжестью его веса. Он воспринял это не как какую-то очередную несправедливость, а как что-то неизбежное.
- У вас есть полчаса, чтобы привести себя в порядок и подумать о своих поступках. Затем можете возвращаться к друзьям, которые сочтут за счастье подтереть своему герою слезы.
С этими словами Северус Снейп сел за свой стол и больше не обращал внимания на своего студента.
Гарри стоял в углу, переживая ноющую боль в каждом сантиметре кожи голеней. Казалось, крупинки впиваются в колени до костей. Он пытался зацепиться пальцами за стену перед собой, чтобы уменьшить нагрузку. Попытки были тщетными.
Гарри прислонился лицом к стене и начал бессмысленно смотреть в спину профессору, который в этот момент вдумчиво проверял эссе, словно забыв обо всем на свете.
В данную минуту он не испытывал к нему ни отвращения, ни неприязни, словно, мужчина только что выбил их из него со всеми остальными чувствами.
Полчаса в конце концов прошли.
- Идите, - бросил Снейп, не отрываясь от своих пергаментов.
Гарри встал, отряхнул ноги от прилипшей крупы и раскатал штаны обратно, пряча пестрый рисунок на коже.
- Вот возьмите, - не глядя на своего ученика, профессор поставил на край стола темную склянку.
“Заживляющее”, - понял Гарри и, неловко взяв зелье пострадавшей рукой, молча ушел.
========== Глава 3 ==========
Час был довольно поздний, но Гарри не торопился в гостинную Гриффиндора. Руки кровоточили в нескольких местах. Ладони выглядели так, словно по ним проехался Хогвартс-экспресс, поэтому Гарри открутил пробку флакона Заживляющего и полил на них немного зелья. Кожу ожидаемо защипало, и мальчик быстро потер ладони друг о друга, чтобы зелье как можно скорее впиталось.
Он категорически не хотел, что Рон с Гермионой узнали, каким именно способом его наказывал профессор. Почему - он сам до конца не мог объяснить сам себе. Отчего-то было стыдно и волнительно. Гарри спрятал руки в карманы толстовки и направился в башню факультета, чтобы до отбоя быть уже там.
Как он и предполагал, Рон с Гермионой сидели в общей комнате у камина, как группа поддержки на квиддичном поле, и впервые Гарри не обрадовался такому положению вещей.
- Ну, что на этот раз придумал патлатый ублюдок? - начал с оскорбления Рон, очевидно думая, что несправедливо наказанный друг захочет обругать профессора на чем свет стоит.
По выражению обоих лиц Гарри понял, что им было любопытно узнать, что делает Снейп с провинившимися исключительным образом. Мальчик принял равнодушный усталый вид.
- Да ничего особенного, - пожал он плечами, держа избитые руки и Заживляющее в карманах.
- Ты что, просто котлы чистил как обычно? - недоуменно подняла брови Гермиона.
- Сортировал личинок интерокса. Без перчаток, разумеется, - соврал для убедительности Гарри и пошел спать.
***
На утро после наказания Гарри обнаружил, что руки основательно зажили за ночь и выглядели вполне прилично, не считая голубоватых отметин в некоторых местах.
- Что за синяки у тебя на ладонях? - шепотом спросила Гермиона в тот же день на травологии, передавая ему рассаду лучистого нивяника.
- Снейп уронил мне вчера на руки лоток с мочевым камнем, - последовал заранее заготовленный ответ.
- Да ты что! Вот урод! - горячо возмутился Рон, просыпая целую горсть удобрений мимо кадки.
- Ага, еще какой, - поддержал Гарри.
Профессор теперь представал для него в новом, еще более зловещем свете, нежели чем обычно. Гарри со страхом ждал ближайшего урока зельеварения, гадая, как теперь поведет себя Снейп.
Тремя днями позднее гриффиндорцы толпились в подземелье перед дверью класса, готовясь к коллективно нелюбимому ими занятию. Вся надежда оставалась на то, что преподаватель окажется сегодня не в самом отвратительном настроении, и за два с половиной часа факультет не лишится полсотни баллов.
Снейп появился за две минуты до начала и стремительным движением распахнул класс, жестом приглашая четвертый курс Слизерина и Гриффиндора внутрь.
Раскладывая оборудование и ингредиенты на столе, Гарри из-под отросшей челки бросал короткие взгляды на профессора, который осторожным движением поправлял рукава мантии, очевидно ожидая, когда класс приготовится к занятию и затихнет.
- Итак, начнем, - вместо приветствия произнес Снейп, когда решил, что дал студентам достаточно времени, чтобы сосредоточиться, - сегодня вы варите мазь от гирсутизма. Алгоритм приготовления следующий, - и он обернулся к доске, чтобы написать рецепт.
Гарри внимательно следил, как профессор взял мел кончиками длинных красивых пальцев и быстро начал записывать.
“Эти руки я ему почти что целовал! - с омерзением подумал парень. - Интересно, что он чувствовал, когда заставлял меня это делать? Хотя и Мерлину известно, что Снейп пойдет на что угодно, лишь бы унизить меня посильней.”
- Приступайте! - скомандовал преподаватель, бросая мел на стол, - Тот, кто осмелится сегодня нарушить дисциплину или проявит чудеса невиданной тупости, испытает эффект мази на себе. Длительное стойкое облысение я могу гарантировать.
  
Как ни странно, на протяжении урока Снейп ни разу не обратил внимания на Гарри и Гриффиндор не лишился ни одного балла из-за мистера Поттера, хотя профессорского гнева в тот день отхватили Симус, Рон, и, разумеется, бедняга Невилл, чей результат не избежал целого ряда язвительных замечаний.