Вестница (СИ)

– Увести его, – бросила я сердито, оглядывая ряды стражей. Среди них прятались враги. – И вырубить, чтобы не покончил с собой и не сбежал.
Боль в груди усиливалась, в висках стучала кровь, дышать становилось всё труднее. Ярость затапливала с головой. Сердито рычал и демон, пока его пытались увести. Тревожный звон в голове оглушал. Мир в этот момент казался кристально ясным, чётким, а время словно замедлилось. Наверное, только из-за своего состояния я вдруг сумела вычленить ощущение присутствия стражей и демона, а потом отметить, насколько они отличаются. И таких непохожих на остальных источников было ещё пять. Они прятались, злорадно наблюдали за происходящим. Волки в овечьих шкурах.
– Думаете, скрылись?! – рассмеялась я яростно.
Злость почти заглушила боль. Подчиняясь моей воле, над рядами стражей в фиолетовой дымке материализовались пять острых клинков и стремительно ринулись вниз. Послышались вскрики боли, изумлённые вздохи. Трое врагов не сумели избежать ударов, двое отклонились, но перешли на мерцание, показывая свою истинную сущность. Но их тут же скрутили стражи.
– Кит, пусть всех вырубят и не позволяют очнуться. Они нужны живыми, – приказала я, глянув на друга. – Начинаем наступление!
Дыхание перехватило, я чуть склонилась вперёд, закашлявшись. На языке растёкся солоноватый привкус крови.
– Натали… Командующая Лэнг? – стоящие вокруг меня стражи впали в полнейшее замешательство.
– Быстро. Мы теряем время. Диас, Перри, Честейн, начинайте наступление. Вперёд!
Мой крик заставил их опомниться, но снова сбил мне дыхание. Мужчины рванули к рядам стражей. Всё пришло в движение.
– Он тебя ранил? – Ворен выступил передо мной, потянулся к молнии моей куртки. – Нужно срочно в госпиталь.
– Ты ничего не видел, – подмигнула я ему, быстро стирая кровь с уголков губ.
Выругавшись под нос, он дёрнул стоящего рядом стража за плечо.
– Предупреди госпиталь, – прорычал он ему.
Отряды были готовы выступать, защиту над лагерем сняли. Как только барьер пал, к нам тут же понесся Джим Коннор в сопровождении шести стражей. Мужчины тяжело дышали словно после быстрого бега, на их лицах блестели капельки пота. Похоже, когда связь с лагерем пропала, их отправили к нам.
– Лэнг! – рявкнул Джим требовательно, но был вынужден остановиться, когда перед ним выступил Ворен, а вокруг меня сомкнулось кольцо оставшихся охранников. – Что происходит?!
– Коннор, как хорошо, что вы здесь, – сделав шаг вперёд, я похлопала друга по плечу, чтобы пропустил меня к будущему свёкру.
Вряд ли бы кто сумел изобразить его столь достоверно. Сам Джим выпал в осадок от неприкрытой радости, отпечатавшейся на моём лице. Наверное, никогда прежде я не встречала его с таким радушием. Но его появление действительно принесло облегчение, теперь есть на кого оставить лагерь.
– Мисс Лэнг! Палатка проверена, опасности нет, кое-что из оборудования удалось восстановить, – отрапортовал страж охраны, подбегая к нам.
– Отлично. Командование лагерем берёт на себя Джим Коннор. Он вступает во временный красный статус по моему приказу. Беречь в соответствии со статусом.
– А ты? – нахмурился Коннор, внимательно оглядывая меня. – Снова решила отправиться в бой?
– Если бы, – усмехнулась я и снова закашлялась.
Боль усиливалась, дышать становилось всё сложнее.
– Натали! – Только подбежавший к нам Питер пришёл в полнейший ужас. – Тебя ранили? Почему ты молчишь?
Как и Ворен, он потянулся к молнии куртки в попытке меня осмотреть.
– Потому что они не должны видеть, как меня уносят, – я мягко отстранила его и выступила вперёд, наблюдая, как ряды стражей понеслись прочь из лагеря.
Натали… – взмолилась Лилит. 
Они и так встревожены, нельзя. 
– Госпиталь предупредили? Что вообще случилось? – послышался голос Коннора на заднем фоне, но его слова доносились словно сквозь вату.
Я стояла и смотрела перед собой, почти ничего не видя из-за боли. И только когда последний из стражей покинул лагерь, в голове будто что-то щёлкнуло, словно невидимый выключатель. Перед глазами потемнело, силы покинули тело, и я начала оседать на землю.
  
– Чёрт… – Питер поддержал меня, поднял на руки, и на этом реальность окончательно рассеялась.
***
Я очнулась в госпитале штаб-квартиры, в палате командования. В теле ощущалась обычная после долгого сна слабость, бинты сняли, рана зажила. Сколько же прошло времени, если меня перевели из полевого лагеря? И что вообще случилось? Врата закрыты? От одежды меня, само собой, избавили, переодев в больничную робу, но цепочка осталась на месте. Как и пуля Майкла. Это принесло облегчение. Но ещё предстояло выяснить, как прошло закрытие врат.
Лежала бы, – проворчала Лилит.
Но я всё равно села на кровати и огляделась. Моей сумки не наблюдалось. Видимо, было не до того. Пришлось вызывать медбрата. Но в палату тут же вошла моя охрана.
– Ну и напугала ты нас, Нат, – Кит улыбался во все зубы.
– Спасибо, что донесли до врачей. Как всё прошло?
– Эпично, – Питер извлёк из кармана пиджака скомканную железку, которая при лучшем рассмотрении оказалась сломанным спецтелефоном.
Судя по всему, моим. Хотя до этого он умудрился пережить даже взрыв моей квартиры.
– Что случилось? – мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не приоткрыть от удивления рот.
– Броненосцы. Два десятка, – поморщился Ворен. – Полевой лагерь был уничтожен.
– Нам пришлось вывозить тебя прямо на операционном столе, – Питер передал мне мой побитый телефон.
Судя по усталости, застывшей в чертах лиц мужчин, им пришлось нелегко.
– Даже не знаю, что сказать, – качнула я головой, а на глаза навернулись слёзы. – Спасибо.
– Да что уж там, – весело отмахнулся Кит.
Питер тепло мне улыбнулся, даже вечно серьёзный Ворен оттаял. Мне очень повезло с друзьями и охранниками.
Без телефона я оказалась оторвана от мира. Пришлось одалживать трубку у Питера, чтобы узнать последние новости. К счастью, всё оказалось не столь паршиво. Уитхем успокоил меня, хоть лагерь вместе со всем оборудованием и был потерян, но зато никто из стражей не погиб. Врата пусть и не сразу, но закрыли, всех броненосцев нагнали, а вот с улетевшими гарпиями дела обстояли хуже, но и их в скором времени должны были отстрелять. Меня же уже ждали дела, пойманные вражеские лазутчики отказывались болтать без гипнотического пинка. Я пообещала скорее добиться выписки и отправиться на помощь.
Не успела я нажать кнопку отбоя, как дверь палаты распахнулась, являя злого взмыленного Майкла. В руках он держал сумку, судя по всему, с моими вещами. Вот только раньше меня ждал полнейший разнос.
– Мы вас оставим, – Питер даже не стал забирать у меня свой телефон, сразу побежал на выход.
Да и Кит с Вореном унеслись прочь. От злого жениха они меня защищать не собирались. Дверь палаты закрылась, оставляя нас с Майклом наедине.
– Ты скрыла ранение! – обвинил он, подлетая к кровати. Присев на её край, он вцепился в мои плечи и слегка меня встряхнул. – Как ты могла?!
Я лишилась дара речи. Столько эмоций кипело в глубине его глаз. Ярость, страх, боль, мука. Выходит, он заметил моё ранение, но был вынужден отправиться к вратам, оставляя меня на друзей. Не представляю, каково ему было, особенно когда броненосцы прорвались к лагерю.
– Натали, как бы ты ни считала, ты не бессмертна. Евастас погиб, Китти чуть не погибла, если бы не ты. Тебя сложнее убить, но это не значит, что совсем невозможно. А ты ведёшь себя так, будто совсем неуязвима, – выговорил он мне сердито.
– Знаю. Прости. Но я не могла показать слабость.
– Стражи бы поняли твою отлучку из-за двух пуль в груди!
– Прости… – вновь пролепетала я.
Майкл так редко повышал на меня голос, что это вызывало не страх, а озадаченность. Его я как раз не боялась, знала: он не ударит, не сделает мне больно в приступе ярости.
– Прости… – медленно выдохнул он, прикрыв глаза. – Если бы не твой красный статус, я бы тебя уже отшлёпал.