Под маской ангела (СИ)

— Только поняла, что меня сейчас обнаружат на цветочной клумбе, бросилась на задний двор, где встретилась с овчаркой. Правда, к моему удивлению, испугалась она меня. И я не придумала ничего лучше, как спрятаться в ее будке.
— Кстати, ты придумала отличный вариант. А большинство животных действительно чувствуют наш дар и боятся нас. Особенно собаки. Некоторые коты еще нейтрально относятся, у нас в Лагере даже живет несколько. У Командира и его жены, например, есть кот. А собак ни у кого нет… Долго ты сидела в будке?
— Я подождала, пока дар вновь смог проснуться и побежала к забору. Когда через него перелазила, меня и заметили. Ну а остальное ты уже знаешь.
— Мне кажется, с тебя получится отличный агент. Ты сообразительная и умеешь быстро реагировать. Я не предлагаю бросить все твои прежние работы, ты можешь совмещать. Тем более будешь работать со мной. Всего по нескольку часов в день. Это будет интересно.
Второй раз мы остановились потому, что я заявила, будто устала лежать. Лео поставил меня на землю, а в следующую секунду просунул голову меж моих ног и посадил себе на плечи.
— Боюсь высоты! — взвизгнула, судорожно хватаясь за его волосы. Он еще и специально отпустил мои лодыжки, я пошатнулась, чувствуя, как сердце подпрыгнуло к самому горлу, но в последний момент его руки вновь крепко схватили мои ноги. В отместку я ущипнула его за шею, а он лишь рассмеялся и быстрым шагом направился вперед.
Наверно, на его плечах я просидела дольше всего. Отца у меня не было… поэтому никто никогда так меня не катал. И это реально было захватывающе наблюдать за миром с трехметровой высоты! Пусть поначалу казалось страшновато, но вскоре я привыкла. Ласкала раскрытыми ладонями листья деревьев, засматривалась на мрачный небосклон, надеясь наконец-то увидеть проблеск ярко-голубого неба, ловила улыбки сельских детишек, невольно заглядывала за заборы, наблюдала за жизнью людей, которых видела в первый и последний раз.
Ближе к вечеру нас остановил теплый июньский ливень. Мы бы дальше под ним шли, но он лил настолько сильно и так беспощадно лупил по лицу, что мешал даже видеть, куда идти. Утопая в грязи и держась за руки, мы забежали под навес деревенского магазинчика. К счастью, подобным образом спасались от дождя только мы одни, и Лео, обняв меня, довольно быстро высушил нашу одежду, не вызывая лишних подозрений.
Вскоре от объятий отвлекло тоненькое жалобное мяуканье. Оказывается, под навесом спрятались не только мы. У мусорки пищал малюсенький серенький комочек. Вспомнилось, как мне не разрешали в детстве завести даже хомячка. Ведь животные — это сущий ужас, грязь, вонь и бардак. Что уже говорить о тех, что живут на улице, ведь это один сплошной рассадник микробов. Почему-то только сейчас я почувствовала себя свободной от этих предрассудков, присела перед котенком и протянула к нему слегка дрожащую руку. Погладила пальчиками по головке — ему явно понравилось. Он перестал плакать и, подняв хвост, потерся о мою руку.
  — Ты ему понравилась, — Лео присел рядом и тоже погладил котенка. — Хочешь, заберем его к себе?
— А можно? — Будучи вне себя от радости, я рискнула взять малыша на руки. Он был таким маленьким, что помещался на моей ладошке!
— Конечно. У нас, кстати, даже есть в Лагере ветеринар, если что. Прививки сделает…
— Черт, теть Зоя не любит котов… Только вспомнила.
— Может, все-таки останешься жить в Лагере, а к ней будешь только забегать в гости?
Я оставила вопрос без ответа. Возможно, потому что Лео забрал у меня с рук котенка и согрел своим теплом. Тот явно был в восторге от «печки» и даже свернулся клубочком на его ладонях, когда он прижал его к груди.
— У тебя раньше были животные? — спросила.
— Нет. Я редко бываю дома. Давай купим в магазине молока и покормим его?
Коробка, набитая бумажками, которую Лео нес в рюкзаке, пригодилась. Правда, пришлось из нее высыпать все бумажки просто в рюкзак, чтобы сделать временный домик для котенка. Попив молочка, он сразу уснул в коробке и некоторое время, когда уже закончился дождь, я шла рядом с Лео, держа ее в руках и утверждая, что мне будет неудобно ехать с ней верхом. Ясное дело, Лео такой расклад не устраивал и он быстро нашел выход из положения.
 
Через полчаса к нам подъехала машина с ветеринаром, который забрал котенка и пообещал завтра с утра принести его — помытого, привитого — к Лео в квартиру.
— Почему ты дуешься? — спросил он, когда вновь поднял меня на руки и зашагал вдоль дороги.
— Зачем ты это все делаешь? Мы бы могли уже давно быть в Лагере и…
— Хочу показать, насколько ты особенна для меня. Словам моим больше не веришь ведь. Но я действительно понимаю, что сделал просто огромную глупость, и чертовски, дьявольски, ужасно жалею об этом. Дурак я не полный, на своих ошибках быстро учусь, поэтому уж точно не буду творить подобное снова. Хоть немножко веришь? — Повернул ко мне лицо, заглянул в глаза с надеждой, ожидая услышать хоть какой-то ответ.
А что я могла сказать? Во мне разверзлась нешуточная война. Один голос слезно умолял поверить ему, ведь ни один человек не сделал бы даже доли того, что сделал за сегодняшний день Лео, если бы не хотел заслужить прощение. Другой голос заявлял, что где-то кроется подвох. В голове возникали такие сумасбродные предположения, что впору спрятаться в пещере и не показываться на белый свет — только так никто не засадит мне в спину нож. Третий голос упрекал, что зря я вообще не сбежала.
Сощурила глаза и после продолжительной паузы ответила:
— Сначала узнаю, как соединяются дары, потом все остальное.
— Кстати, ты ведь не знаешь, но у ресемиторов, которые соединяют дары, никогда не угасает любовь, — принялся рассказывать он с привычной беззаботностью, шагая вперед. — Это намного круче кольца на пальце, скажи? Правда, у нас не заведено предлагать соединять дары так, как предлагают выйти замуж. Чаще всего это делают, не спрашивая друг друга. Обычно на интуитивном уровне чувствуешь, хочет партнер или нет соединять дары. Кстати, часто этот… гм… ритуал называют полетом. Когда попробуешь, поймешь, что я имею в виду. Сам я, как помнишь, не пробовал, но много слышал…
Не знаю, в какой момент уснула на его руках. Просто положила голову на его плечо, слушая рассказ, и постепенно уплыла в сон. После дождя лес наполнился щебетанием птиц, свежий воздух почему-то не бодрил, а убаюкивал. К тому же тепло, искренняя забота расслабили, гнетущие мысли наконец-то разогнались, как и тучи на небосклоне, где уже садилось солнце — это последнее, что увидела слипающимися глазами.
Проснулась уже явно не на руках. Почувствовала прохладу и услышала еще чьи-то голоса.
— Да завтра уже с утра подпишет бумаги. Мы с женой сейчас едем в кино. — Похоже было на Командира.
— Опять будете делать это на заднем ряду? — подколол Лео. Послышался стук каблуков по деревянному полу.
— Вы о чем? — знакомый женский голос.
— Пошли, по дороге расскажу.
— Стойте! — выпалила, открыв глаза. Обнаружила себя лежащей в плетеном кресле на незнакомой деревянной веранде, которую освещали в кромешной тьме лампы, похожие на китайские фонарики. Рядом стоял Командир с женой, Лео сидел слева в таком же кресле. Понимая, как глупо выгляжу, поспешила извиниться: — Простите, не могли бы вы задержаться на минутку. У меня есть один важный вопрос.
Лео едва не прыснул со смеху и многозначительно кивнул Мартину. Нет уж, не у него собиралась я спрашивать.
— Снежана, а как соединяются дары?
На ее губах дрогнула смущенная улыбка:
— А Лёня разве не объяснил?
 
— Он сказал, что это делается во время… — я запнулась, неловко себя чувствуя. Налетела тут с вопросами, даже не удосужилась вежливо поприветствовать пару. Но я так испугалась, что они сейчас уйдут! Все-таки к незнакомому человеку я действительно вряд ли подбегу подобное спрашивать. А Снежана идеальный вариант. Мне казалось, она точно не станет подыгрывать Лео.
— Погоди, — едва сдерживая улыбку, посмотрела на своего друга. — Ты предложил Майе соединить дары? — спросила с огромным восхищением. Даже с меньшим спрашивают о помолвке.