Под маской ангела (СИ)

Мужчина слегка нахмурился, подался вперед, облокотился на стол и сложил руки в замок. По телу пробежала ледяная дрожь, и я невольно откинулась на спинку стула, чтобы хоть как-то увеличить между нами дистанцию.
— Майя, почему ты тогда сбежала? А потом еще и не отвечала на звонки. Я боялся, что с тобой что-то случилось.
Я сцепила зубы от злости, переполняющей меня. Дико хотелось подхватить тарелку с картофельным пюре и вмазать ее в это противное лицо. Стереть с него наигранное беспокойство!
А почему бы и нет? Почему бы, черт возьми, и нет?
Руки тряслись мелкой дрожью. Я нерешительным движением прикоснулась к ободку тарелки, не сводя взгляда с серых глаз.
— Знаешь, что на самом деле женщины могут быть сильнее мужчин? У нас с избытком есть то, чего нет у вас. Подумай об этом на досуге. Если поймешь, о чем я говорю, перестанешь задавать такие глупые вопросы.
Его прямые брови в задумчивости сошлись на переносице — и в этот момент, повинуясь сиюминутному толчку, я подхватила тарелку с картофельным пюре. Смачно влепила ему прямо меж глаз.
— Девушка, что вы творите! — подбежала официантка, но, напоровшись на мой взгляд, отступила. Еще держась на адреналине, я быстро вынула кошелек из сумки, достала из него нужную сумму и протянула ей. Забросила сумку на плечо, собираясь уходить, но взгляд приковался к пушистым облачкам картошки, облепившим лицо мужчины. Он с безразличным видом взял со стола салфетку и принялся вытираться.
— Больная на голову…
Не обращая внимания на его бурчание под нос, вздернула подбородок и сказала:
— Советую найти хорошего психотерапевта и обратиться к нему со своей извращенной проблемой, а не наживать в лице девушек врагов. Потому что женщина-враг — самое страшное существо на свете.
Не до конца вытерев лицо, мужчина поднялся и навис надо мной скалой. Меня и так колотило от бурлящего коктейля злости и адреналина, а теперь еще и добавился парализующий страх, запечатав все эмоции внутри. И вырваться они грозились крупными слезами.
— Полностью поддерживаю слова моей малышки. — Рука Лео легла мне на талию, и мои ноги чуть не подкосились — объявшее меня тепло вмиг прогнало ледяную дрожь. Вспыхнувшее желание целиком завернуться в его объятья оказалось настолько сильным, что я не сдержалась, и неуверенным движением положила ему руку на талию в ответ. — Маюнчик, он тебя обидел?
Во мне вмиг проснулась маленькая девочка, которую никто никогда не защищал, — надула губки, затопала ножками и ткнула пальчиком в негодяя: «Обидел, сволочь!»
Но сама я не могла повернуть язык. Мне хотелось убраться из кафе поскорее. И я уже начинала жалеть о взбалмошном поступке. Что на меня нашло?
— Ваша девушка вела себя неподобающим образом, — начал с важным видом вещать мужчина. Да, он был в курсе, что я не совсем свободна, и, видимо, решил, что Лео приходится мне парнем. От его ошибки почему-то потеплело на душе. Даже не хотелось вновь закипать от злости. — Как видите, опрокинула на меня свой обед. А все потому, что я поинтересовался, почему она сбежала после того, как мы вместе провели ночь.
Тело Лео напряглось, а у меня кровь отлила от лица. Что он обо мне подумает? Что я шлюха? Только не это. Я никак не хотела, чтобы Лео думал обо мне плохо. Пусть я и не планировала заводить с ним ничего, кроме дружбы.
— Расслабьтесь, молодой человек, — продолжил мужчина. — Ругайте свою девушку за измену и не смотрите на меня так, будто хотите заняться рукоприкладством. Я уважаемый человек, и подобное плохо для вас закончится.
— Имя, фамилия, должность, — сухо произнес Лео. Мужчина опешил. Как и я в принципе. Подняла голову и уставилась на твердый, покрытый короткой щетиной подбородок Лео. — Я жду.
— Валерий Павлович Гущин. Прокурор.
Я невольно распахнула глаза от шока — не сдержалась. Даже представить себе не могла, кем он работает!
— Так вот, Валерий Павлович, — Лео достал из кармана какое-то удостоверение и раскрыл его перед глазами прокурора. Дождался, пока у того глаза вылезут из орбит, и спрятал обратно. Вот блин. А мне показать? Что там такого пугающего? — Я не ее парень, но человек, который о ней заботится. И не потерплю, чтобы мою Майю кто-то обижал. Изменила, не изменила — неважно. А вот конфликт налицо. Я Майю знаю, она просто так не будет разбрасываться едой, а тем более лепить тарелку в чью-то физиономию.
 
Прокурор сжимался в комочек на глазах. Явно занервничал. Что за должность у Лео, что он перепугал его до холодного пота?
— Вышло недоразумение. Я, собственно, присел за столик к Майе, чтобы извиниться, но начал разговор издалека. Не успел сказать самое важное, как она, — прокурор метнул в меня злой, затравленный взгляд, — вышла из себя. Но я ее понимаю. Справедливо. Прошу прощения за ту ночь. — Только сказал последнее слово, как его и след простыл. Летел из кафе так быстро, чуть не бежал.
В самых смелых мечтах я надеялась, что подобная ситуация произойдет и человек, который наградил меня психологической травмой, извинится либо останется наказанным. Надеялась, что мне станет легче, но не становилось. Возможно, потому, что слова прозвучали неискренне. Хотя не стоит ждать от такого человека искренних извинений. Уверена, он ни о чем не жалеет и не чувствует жалости к тем, кого бил.
— Испугался, что потеряет работу, — ухмыльнулся Лео. — А он ее действительно может потерять. Что этот гад тебе сделал?
Я опустила голову, чувствуя, как сгораю от стыда. Нет, никому не хочу рассказывать о том, что произошло полгода назад.
— Майюнчик, можно тебя так называть? — Лео мягко положил руки мне на плечи и развернул лицом к себе. Наклонился, пытаясь заглянуть в глаза через спадающие мне на лицо пряди. — Мне можешь обо всем рассказать.
Он был как подарок с небес, который, я чувствовала, не заслуживаю. За предыдущие две встречи мы почти не общались, из-за чего я почти ничего о нем не знала, но мне казалось, что мы знакомы очень давно. И что ему действительно можно обо всем рассказать, ведь он не осудит, не побежит об этом сплетничать, а утешит, поможет советом, снимет камень с души.
Лео нежно завел за уши спадающие на лицо волосы, и приподнял мою голову за подбородок, заглядывая в глаза. Только наши глаза встретились, мое сердце сделало кульбит. И как понеслось выплясывать чечетку в бешеном темпе, со всей дури стучась о ребра. Так близко я еще не видела его лицо. А сейчас даже почувствовала его дыхание, коснувшееся губ.
Его медово-карие глаза пристально всматривались в меня, будто одним взглядом могли прочесть все мысли.
— Майюнь, если там очень личное, то не переживай. Допрашивать не буду. Захочешь — сама расскажешь. — В уголках его глаз появились лучики — так мило улыбнулся, говоря: — Пойдем покупать мне майку?
Я кивнула, и Лео отстранился, отчего что-то внутри сразу тихонько тоскливо заныло.
— Почему ты с сумками? — вдруг спросил он. Его выражение лица переменилось в долю секунды, взгляд потемнел, сделался опасным. Черт, надо было их где-то оставить. Найти какую-то камеру хранения. Сейчас он, чего доброго, поймет, что я сбежала из дому, и позвонит Глебу, заодно сообщит, где я. Хотя что тут долго понимать. И так все ясно.
Но попробовать выкрутиться еще не поздно.
— Ноутбук беру с собой часто, чтобы работать во время обеда в кафе. Фотоаппарат тоже почти всегда со мной. А эта сумка, — указала на темно-синее нечто, напоминающее по объему полмешка картошки, — в ней по мелочам: портфолио, косметика, теплая кофта и… кукурузные палочки. Очень их люблю. Так что, я так всегда хожу. Поэтому не стоит так…
 
Недослушав меня, Лео с легкостью оторвал мою сумку от стула и направился к выходу из кафе. Его выражение лица не предвещало ничего хорошего. Я подхватила сумки с ноутбуком и фотоаппаратом и поспешила его догнать.
  Где моя ширина шага и где его? Догнать удалось только возле черного «БМВ», припаркованного на улице, недалеко от входа. Лео как раз открыл дверцу машины, положил сумку на сидение и потянул за бегунок.