Кольцо с шипами Карина Рейн (СИ)

— Очень вкусно пахнет, — одобрительно бормочет, и вибрация его голоса разбегается по мне россыпью мурашек.
— Голоден? — улыбаюсь ему в грудь: наверно, я никогда не перестану реагировать на него именно так — со смесью смущения и желания.
— Конечно.
Он отстраняется, чтобы поцеловать меня, и садится за стол; в его глазах зажигаются огоньки, когда он видит своё любимое блюдо, и Демид посылает мне полный обожания взгляд. Я молча наблюдаю за тем, как он ест, и получаю умиротворение и покой просто оттого, что он рядом. Конечно, мы любим друг друга так же сильно, как и в самом начале — это весьма убедительно доказывает наличие детей — с той лишь разницей, что теперь наши чувства выражались не только в горизонтальном положении.
Я была счастлива, даже просто видя его — наверно, это и значит «любить».
— В кабинете тебя ждёт сюрприз, — решаю подготовить почву, хотя он ни за что не станет ругаться на меня, когда я в положении.
И я очень часто бессовестно этим пользовалась.
— Что за сюрприз? — хмурится.
Я же говорила.
— Договор дарения. Я хочу, чтобы ты снова был единоличным хозяином своей компании.
Муж как-то обречённо улыбается.
— Ты не собираешься сдаваться, я правильно понял?
— Ни за что, — подтверждаю его опасения и получаю в награду тяжёлый вздох.
А кто говорил, что семейная жизнь похожа на сказку?
Хотя моя как раз-таки похожа.
После ужина мы оба подписываем документ, и я наконец-то выдыхаю — пусть сам своим бизнесом распоряжается.
— Знаешь, а ты мне нравилась в качестве директора, — усмехается муж, пряча договор в верхний ящик стола.
— Если ты хочешь, чтобы я тобой командовала — только скажи, — улыбаюсь.
Демид фыркает и притягивает меня к себе на колени; обнимаю его и прижимаюсь щекой к его макушке. Мы всё сможем преодолеть, пока мы есть друг у друга; пока у нас есть наша семья и есть, за что бороться.
Главное, не забывать об этом.
Конец