И целый мир Либрисов! (СИ)

 Все, кто сидел в зале в восхищении смотрели на стройную фигурку и рассыпавшиеся за спиной парящие саккараш. Вот она заметила сехха и глаза сверкнули задором, послала ему приветствие огромной кружкой, которую он только заметил и только сейчас мужчина понял, что она безобразно пьяна. Чертыхнувшись, сехх потопал к сцене ругаясь про себя за то, что не может просто пройти мимо. Словно принял на себя ответственность за девчонку, когда помог отбиться от бандитов. Горгонка допела куплет песни и шумно хлебнула из кружки:
– Сехх, – чуть заплетающимся языком сказала она, – как я пою, красиво? –  и не дождавшись ответа, сразу продолжила, – я пою лучше всех на Гондальфе.
Рине громко фыркнул и забрал кружку у девушки, понюхал, чем она набирается и тихо ругнулся. Гномий самогон.
– Эй это моё, – громко крикнула горгонка, а рядом громко скрипя ножками стульев, вставали какие–то наемники, с мрачными лицами. Сехх сразу понял, что это по его душу и подхватил еле стоящую девчонку на плечо, перекинув ее как мешок, бодро потопал к выходу. Наемники не отставали:
– Оставь певицу, – крикнул один из них, – она с тобой не хочет идти.
Сехх не обращал на них внимание. По залу прошелся гул недовольных голосов. Я мелкая горгонка, еще и завопила, чтобы он её отпустил, душа её желает петь. Дорогу преградили еще "слушатели", отчего сехху пришлось маневрировать между пьяными посетителями.
Один из них попытался достать сехха кулаком, но промахнулся ударил рядом стоящего наемника. Друзья отправившегося в нокаут бедолаги, сразу стали мстить обидчику, завязалась потасовка. Наемники, которые преследовали сехха завязли в драке, оставив преследование. На секунду сехх остановился, чтобы осмотреть начинающееся побоище покачал головой:
– Неужели все горгоны эпицентр бедствий, или просто мне везет на таких, – пробурчал он себе под нос.
  
2 глава
 
                                       2 глава
Утром Риана не хотела открывать глаза. Голова нещадно трещала, руки и ноги дрожали. Тут мама оказалась права, напиваться последнее дело. Риане это не понравилось. Особенно те воспоминания, которые мелькали в памяти. Как сехх укладывал её спать. Как она рыдала по убитым бандитам, девушка впервые лишила жизни разумного и это не то же самое, что охотиться на животных. Вспомнила, как сехх подставлял горшок, когда ей было плохо, обтирал холодной тряпкой опухшее от слез лицо.
Горгона застонала от стыда и укрылась с головой одеялом. Саккаараш недовольно вылезли наружу.
«Интересно, – думала про себя девушка, – почему саккараш так спокойно подпускают сехха ко мне. Других мужчин ждет немедленная расплата, если её тронут без дозволения, а сехху хоть бы хны.»
Она хотела свободы от будней средней региеры. Вечные запреты, условности, ответственность перед народом с малых лет. Арине всегда казалось, что она уже родилась в клетке. Если бы не брат, горгонка давно бы восстала против деспотии Гондальфы.
Мама… мама все понимала, помогала во всем, лишний раз не напрягала с обязанностями. Но все равно Арину все это тяготило. Она завидовала сестре, которая плевала на все условности и делала что хотела. Кровь оборотней не давала младшей региере скучать, кидая её на дикие поступки полнейшее неподчинение старшим. Арина же не могла себе этого позволить. А потом чудо… мама сама предложила ей учиться не у них на Гондальфе, а ехать в империю Коххаус. Девушка понимала, чего стоило матери уговорить Гондальфу выпустить первую наследницу и была ей благодарна. Отец же… лишь пожал плечами и выдал набор защитных зелий. Даже недавно созданную «бомбу», только тихо, чтобы мама не увидела. Девушка была счастлива, личину на саккараш, изменила имя, надела простую одежду, чтобы не привлекать внимание и вперед в свободное плавание. И надо же было случиться, что почти сразу попала в переделку. Кто ж знал, что простая броня стражниц, в открытом мире слишком дорогая вещь.
«Это хорошо, – подумала Арина, – я свою простую одежду не взяла, она полностью из нитей амризита сшита, от жары хорошо защищает.» Девушка тяжело вздохнула. А сехх… такого красивого мужчину она еще не видела. Кто только за Ариной не увивался, и эльфы, и горгоны, и дроу, и даже гномы. А сехх даже не взглянул с восхищением. Лишь усмехался и подозрительно рассматривал. Арина опять залезла под одеяло от стыда. Первый раз ей понравился парень и вот… она напилась, пела веселую песенку совсем не благонравную, а в конце концов еще блевала в его присутствии.
 
–Нет, – воскликнула девушка, – я не могу смотреть в его прекрасные глаза после такого, надо убегать.
Горгонка стала спешно собираться. Когда она уже в полном облачении стала красться по коридору, как назло, открылась дверь в комнату сехха, вчера специально узнавала, где она, хотела вечером позвать его вместе поужинать, но промялась на пороге и пошла сама. Рине тоже был готов к дороге и увидев кравшуюся девицу улыбнулся:
– Ты уже встала, а я собирался будить, пора ехать. – Парень без спросу подхватил одну из сумок горгонки и потопал вниз.
– Давай наверно позавтракаем здесь, и возьмём еду на обед. Если все будет хорошо к вечеру прибудем в следующий поселок, а там порталом до столицы.
– У меня нет денег на портал, – решила схитрить Арина, чтобы сехх оставил её в городе. Поднимать на него глаза она не осмелилась.
– Не беда, – улыбнулся сехх, – мы дипломатическую карету перегоняем, она бесплатно идет.
– А где её хозяин? – полюбопытствовала горгонка.
– Он с караваном едет, на таге, хочет, чтобы карета его от портала встречала, – не зная, что еще соврать сказал Рине.
– Понятно, – не поверила горгонка. Арине показалось такая постановка странной, но она промолчала. Сехх недовольно поморщила он не любил лгать. Ну не объяснять же девчонке, что ему просто скучно, и он решил опередить еле плетущийся караван и прибыть в империю быстрей, чтобы свободно посмотреть город, а не высиживать бесконечные заседания. А то что в слугу переоделся, так меньше внимание привлекать. Бумаги опять же сам себе выписал.
Черин, а это был правитель Сумеречной Саххары Черин Некрус, усмехнулся. Раньше он думал, что, став правителем, окунётся в жизнь полную приключений. Когда же погиб отец и создатель, понял, что никакими приключениями тут и не пахнет. Скучная рутинная работа, от которой иногда хочется выть. Становление нового государства, страшная участь для правителя, это не иметь частную, свою жизнь. Теперь же после смерти императора и возведении его сына на престол нужно пересматривать все соглашения и подписывать уже с новым и императором. И как доносила разведка не все так ладно в империи. Многим не нравиться что сеххи прибрали в свои руки большую территорию. Словно позабыли в каком состоянии была Саххара пятьдесят лет назад. Пустая, выжженная земля, с толпой нежити и тварями хаоса и воздух, которым невозможно было дышать другим существам. Сейчас же земля очищена, нежить частично уничтожена, частично поставлена на службу в подчинении. Твари хаоса уничтожены полностью. И воздух почти соответствует тому, которым дышат все остальные расы. И все это – огромный труд, молодого народа. Черин вздохнул, украдкой посмотрел на насупленную девчонку. От вчерашней попойки не осталось и следа, свежа и прекрасна. Светлые саккараш словно невзначай касаются его руки, Черин улыбается. Кровь виарнов, что течет в его венах, не даст саккараш нападать на него, они считают его своим. Интересно, почему горгонка до сих пор этого не заметила.
Ели в молчании. Черин обдумывал, где остановиться в столице. Горгона все еще смущалась своего поведения, хотя все равно украдкой разглядывала сехха.
В своих девичьих мечтах она представляла, как он влюбляется в неё без памяти. Она немного помучает его отказами, а потом согласиться быть его женой. Он заберет её к себе в Саххаро и будут они жить долго и счастливо. То, что Рине не был избранником Арину не тревожило. Пусть Линея плодит девчонок, она Арина хочет быть счастливой, и сама выбрать себе мужа, а не действовать по указке саккараш, а значит через них Гондальфы.