Аптека для души (СИ)

— Неплохое местечко, — с воодушевлением произнес Джаред, раздвигая ветви.
— Ой, а я, похоже, видела белку! — Вероника захлопала в ладоши.
— Может, где-то здесь расположимся? — предложил Забини.
— Зайдем чуть глубже и расставим магглоотталкивающие чары. Или вы взяли с собой бутылки с питьевой водой и спички?
Все переглянулись.
— Вот потому я и говорю о магглоотталкивающих чарах, — рассмеялась Гермиона. — Не каждый день увидишь, как из деревянной палочки бьет фонтан воды, а костер загорается сам по себе.
  
Все подхватили смех.
— Вот неплохое место, — Драко махнул рукой. За деревьями и впрямь раскинулась довольно живописная полянка.
— О, и впрямь! — Аманда уже слегка запыхалась, несмотря на то, что Забини любезно помог ей с корзинкой.
— Прекрасная полянка, — поддержал их Джаред. — Я бы посидел на ней с мольбертом!
Грейнджер взглянула так, словно Джаред и Аманда только что подписали ей смертный приговор, однако через миг ее лицо разгладилось.
— Что ж, тогда идем на эту полянку, — Грейнджер улыбнулась и зашагала вперед.
— Кажется, ей не нравится эта полянка, — шепнул Забини Драко на ухо.
— Ну, это же я предложил, — пожал плечами тот.
Компания очень быстро разложила пожитки: Аманда суетилась сильнее всех, Грейнджер ловко управлялась с палочкой, Вероника помогала. Драко, Блейз и Джаред с легкостью справились с магглоотталкивающими чарами. Когда приготовления, наконец, были закончены, они расселись кругом на огромном цветастом пледе, который наколдовала Грейнджер. Сама она сидела, подтянув ноги к груди, и внимательно слушала Аманду, которая болтала без умолку. Драко уже научился отключаться, как только она начинала разговаривать, а потому откинулся назад, опершись на локти, и наблюдал за плывущими по небу ленивыми невесомыми облачками. Смотрел, как робкий летний ветерок треплет волосы Грейнджер, как Забини возится со своей туркой у костра, как Вероника смеется, когда Аманда говорит о правнуке, как Джаред черкает на листке пергамента.
— Драко, вы не простудитесь? Земля еще холодная, — голос Аманды отвлек его от молчаливого созерцания.
— Нет, благодарю, все в порядке, — он легко отмахнулся и запрокинул голову, подставляя бледную шею теплым солнечным лучам.
— Аманда, ваш кофе, прошу, — Забини протянул маленькую чашку. — Любимый рецепт моей бабули. Она, знаете ли, была большой почитательницей кофе. Когда мать отдала мне ее кофейную книгу, я чуть с ума не сошел.
— О, лимон и мускатный орех? — Аманда лукаво улыбнулась. — У меня была одна хорошая подруга, которая угощала меня таким кофе.
— Быть может…
— О, нет-нет! Давайте обойдемся без имен. Мне приятно думать, что вы, Блейз, можете быть внуком моей потерявшейся подруги.
— Ох, Джаред! Ты снова рисуешь! — воскликнула Вероника, заглянув в пергамент.
Джаред смущенно улыбнулся и положил лист перед собой. Карандашный набросок казался почти живым. Будто осталось лишь наложить заклятие — и ветви деревьев начнут трепетать на ветру, а облака сдвинутся с места и поплывут по небу.
— Восхитительно! — Грейнджер принялась аплодировать, и Драко неожиданно для самого себя присоединился к ней. Джаред вызывал в нем меньше раздражения, чем остальные. В чем-то они даже были похожи: судя по всему, отец оказывал на Джареда некоторое давление, но в то же время являлся и непререкаемым авторитетом. Похожие отношения были у Драко с собственным отцом. Впрочем, он мог и заблуждаться.
— Кстати, о рисунках. Блейз, вы в этом месяце преуспели. Представляете, мистер Блейз присылал мне раскрашенные узоры каждые два дня. Скажите, как вы себя чувствуете?
— Прекрасно! — Забини улыбнулся и протянул ей чашку. — Ваш кофе, мисс Гермиона. Джаред, Вероника, угощайтесь.
Драко не стал дожидаться особого приглашения и сам взял чашку.
— А вы? — Грейнджер повернулась к нему. — Вы раскрасили свой узор?
— Да. Да, конечно, — Драко сел ровно и потянулся к своей корзинке. Не то чтобы он корпел над своим рисунком весь месяц. Он просто послушал совета Тео и водил кистью так медленно, как только можно.
— О, — выдохнула Грейнджер, едва взяла пергамент в руки. — Драко, вы делаете ошеломительные успехи! Цвета просто волшебные.
— Спасибо, мисс Гермиона, я старался.
— Это принесло вам успокоение?
— Да. Мистер Теодор подсказал, что надо водить кистью медленно и аккуратно. Это, знаете ли, отвлекает от переживаний.
— Прекрасно! — Грейнджер явно была довольна. — Как насчет перекуса? Эти тарталетки безумно соблазнительны. И тосты, пирожные, салат! Берите фрукты, друзья.
На десять минут воцарилось молчание, изредка прерываемое просьбами передать ту или иную тарелку.
— Мисс Гермиона, тут есть озеро? Я слышала плеск воды.
— Озеро? Да, тут неподалеку было озерцо или пруд, насколько я помню.
Грейнджер пыталась казаться непринужденной, но Драко не покидало ощущение, что что-то не так.
— Аманда, желаете прогуляться к озеру?
Блейз поднялся на ноги и подал ей руку. Та захихикала и встала, после чего Забини взял ее под локоток, и они побрели в ту сторону, откуда Аманда слышала плеск воды.
— Может, мы тоже пройдемся? — робко спросил Джаред, повернувшись к Веронике. — Тут прекрасные виды, а скоро выходные.
— Ты хочешь выбраться порисовать? — Вероника радостно всплеснула руками.
— В воскресенье, если матушке ничего не понадобится. Составишь мне компанию?
— Сейчас или в воскресенье? В любом случае — да, — она вскочила на ноги и застыла, ожидая, пока Джаред возьмет карандаш и пергаменты.
— Как странно. Мы остались вдвоем, — протянул Драко, глядя, как парочка бредет между деревьями. Грейнджер пожала плечами и скрестила ноги на восточный манер.
— Слушай, я буду очень рад, если мне показалось… Но тебе, похоже, не по нраву эта полянка.
— Ох, — выдохнула Грейнджер и покосилась на дерево с раскидистой кроной и толстым стволом, что росло неподалеку.
— Грейнджер… Гермиона. Мерлин, я привык называть тебя по имени! Гермиона, ты говорила, что иногда нужно рассказать о наболевшем. Давай.
— Ты думаешь, что мои проблемы отвлекут тебя от своих собственных?
— Это же клуб взаимопомощи, — Драко неопределенно повел рукой. — И чистый пергамент. Я принял его. Пиши.
Грейнджер вздохнула.
— Здесь мы скрывались от егерей вместе с Гарри. Рон тогда ушел. Так уж получилось. Они с Гарри повздорили. А в тот вечер… Мы сидели на этой полянке, в палатке. До победы было еще так далеко, Рон бросил нас. Все было отвратительно, просто ужасно.
Она помолчала, глядя куда-то вдаль.
— А потом Рон вернулся. На этой самой полянке у меня впервые за много месяцев появилась надежда. И сегодня, вспомнив о том вечере, я поняла, что надежда для меня погасла. Навсегда. Мои друзья ушли и не хотят возвращаться. Я знаю это наверняка.
Драко подался вперед и наклонил голову. Он никогда прежде не видел такого живого проявления эмоций: полный боли взгляд, подрагивающие губы, сцепленные в замок пальцы. Она не произнесла ни слова, но все ее существо кричало от боли, и Драко слышал это, как не смог бы никто другой. Он помнил, как сам просиживал так часами, просто ожидая непонятно чего.
— Они ответили. Гарри и Рон. Вчера. Сказали, что этот клуб не доведет меня до добра, что я сошла с ума и помогаю всем без разбору и… Ну, много всего. Рон не стесняется в выражениях.
— Прости, — Драко поджал губы. — И за разговор, и за то, что выбрал эту полянку.
Он чувствовал вину, и это было странно. А еще — необъяснимое желание помочь. В конце концов, и Грейнджер тоже хотела облегчить его существование. А то, что не получалось — не ее вина.
  
— Все в порядке. Ты не знал, — она попыталась улыбнуться.
— Но теперь у тебя есть новые друзья.
— Как бы это объяснить… — Грейнджер закусила губу. — Мы втроем через многое прошли. Это как лишиться части жизни. Нет, все мои новые друзья очень хорошие, правда, но…
Драко смерил ее долгим взглядом.