Аптека для души (СИ)

— Я и представить не мог! — Драко улыбнулся и подумал, что магглы не так уж глупы, раз смогли создать такую удивительную вещь без магии. — Мисс Гермиона, вы снова не сказали о себе на предыдущем собрании. Мне интересно.
— Мистер Драко, вы меня удивляете. Что ж, моя проблема в том, что я слишком хочу всем помочь. Возможно, даже тем, кто в этом не нуждается, или тем, кто этого не заслуживает. Возможно, мои друзья правы, и я трачу силы не на то дело. Но на каждом собрании я смотрю в лица посетителей и вижу, что все не зря.
  
— Конечно, не зря! — Драко поднял с пола конец гирлянды и подал его Грейнджер.
— Добрый день, мисс Гермиона, счастливого Рождества! — произнес звонкий женский голос за их спинами, и теперь уже Драко вздрогнул.
— Счастливого Рождества, Алисия. Как вы себя чувствуете?
— Спасибо, просто отлично!
— Алисия, познакомьтесь, это Драко. Он посещал наши собрания в этом сезоне, и весьма успешно.
— Это чудесно, — Алисия улыбнулась. — Мисс Гермиона, я принесла вам подарок.
Она развернула пакет, который держала в руках, и показала отменного качества мантию. С первого взгляда могло бы показаться, что это обычная мантия, разве что атласная, а не из обычной ткани. Но потом Драко заметил, что рукава до локтей расшиты жемчугом, и пришел в восторг.
— Мисс Гермиона, ступайте и наденьте ее, я настаиваю, — мягко произнес он. — Я тут закончу, а мисс Алисия, надеюсь, мне поможет.
— Да, разумеется, — закивала та. Грейнджер бережно взяла в руки мантию и поспешила к комнате собраний.
— Алисия, вы ведь сделали эту мантию собственноручно? Вы занимаетесь пошивом мантий?
— О, нет-нет, это мое хобби. Я работаю в клинике Святого Мунго.
— Не верю. — Драко взмахнул палочкой, поднимая гирлянду под потолок. — Я вижу руку мастера. Позвольте попросить адрес для писем. Я хотел бы предложить вам сшить пару мантий для моей матушки.
— О, мистер Драко, я и не знаю.
— Алисия, просто назовите цену.
Видимо, она была удивлена, потому как уставилась на Драко широко распахнутыми глазами.
— Мистер Драко, я никогда не шила за деньги.
— Думаю, это вы обсудите с матушкой. Но я должен отметить, что ручная работа очень высоко ценится даже в магическом мире.
Алисия растерянно кивнула, но все же написала на клочке пергамента адрес.
Грейнджер вышла из комнаты собраний, и Драко едва сдержал удивленный вздох. Мантия казалась воздушной, практически невесомой.
— Это восхитительно, — только и выдавил он.
Грейнджер улыбнулась.
— Мисс Гермиона, счастливого Рождества!
Через холл спешили Джаред и Вероника.
— Позвольте вас поздравить, — робко протянул Джаред. — Вы вернули мне радость творчества, и потому первую картину я решил подарить вам.
Вероника развернула бумагу на внушительном свертке, и Грейнджер ахнула. С портрета на нее смотрело ее собственное изображение, а потом повело плечом и подмигнуло.
— Восхитительно, Джаред! Для меня это значит так много! Портрет будет висеть в комнате для собраний. Секунду.
Грейнджер бережно взяла портрет и понесла его в комнату.
Вслед за Джаредом и Вероникой потянулись и другие. Часть из них Драко не знал, но по разговорам понимал, что это посетители прошлого сезона, их друзья и знакомые. В какой-то миг на Драко снова накатила тоска, чувство, что он лишний, снова забилось под ребрами. Но пришедшие после расшаркиваний с Грейнджер начали общаться между собой, и добрая половина этих людей подходила и к Драко, спрашивала о здоровье. Он почти почувствовал себя комфортно, но все же выдохнул с облегчением, когда в холл вошли Нотт и Забини. Тео вручил Грейнджер вычурный букет, Блейз ограничился скромным по его меркам дегустационным набором кофе. Драко ощутил укол совести — сам-то он не сподобился даже на символический подарок. А ведь Грейнджер прямым текстом сказала, что последнее собрание будет праздничным, хотя вряд ли она намекала, что хочет подарков.
Наконец из комнаты собраний вышли две коллеги Грейнджер — пухленькие ведьмы, левитировавшие перед собой подносы с кексами, пирожными, рождественским пуншем и другими лакомствами.
— Я думаю, большая части гостей уже собралась, так что мы, пожалуй, начнем. В любом случае, будем рады, если кто-то еще подойдет.
Все заулыбались и захлопали.
— Сегодня здесь собрались только друзья. Одни из вас посещали клуб в прошлом сезоне, другие — в этом, некоторые пришли по приглашению друзей и знакомых. Мы все сегодня будем большой и дружной компанией… — Гермиона внезапно осеклась, словно увидела что-то неожиданное, но потом все же продолжила: — Ешьте, пейте, веселитесь, танцуйте и общайтесь. Пусть это Рождество будет радостным!
Драко нахмурился. Слишком уж быстро Грейнджер свернула свою речь. Она взмахнула палочкой, заставляя старенький патефон заиграть, и стала пробираться через толпу. Драко проследил за ней взглядом и с удивлением обнаружил стоящих на лестнице Поттера и Уизли. Он поставил стакан с пуншем на столик и осторожно, не привлекая внимания, двинулся за ней.
— Гарри, Рон! Как хорошо, что вы… — голос Грейнджер звучал радостно, даже восторженно, пока Уизли не перебил ее.
— Гермиона, ты окончательно рехнулась? В прошлом году ты сходила с ума от желания помочь Нотту, а теперь еще и Малфой с Забини!
— Рон, но ведь им тоже нужна помощь! Им сложно адаптироваться к новым порядкам!
Драко прижался спиной к стене, что отделяла холл от лестничной клетки, и старался не дышать. — Чем они хуже остальных, Рон?
— Тем, что они — бывшие приспешники Волдеморта, а Малфой вообще Метку носил! Как ты можешь ему помогать?
— Рон, это в прошлом.
— Ты нашла себе новую войну. Ты борешься за тех, кто этого не заслуживает!
Драко больше не мог этого выносить.
— Мисс Гермиона, мы вас потеряли.
— А вот и он, — хмуро бросил Поттер. — Легок на помине.
— Мистер Гарри, мистер Рон, счастливого Рождества, — Драко изо всех сил старался выглядеть милым, чтобы не расстраивать Грейнджер.
— Малфой, ты здесь некстати, — озлобленно бросил Рон.
— Рон, пожалуйста! — взмолилась Грейнджер.
— Простите, мисс Гермиона, — Драко осторожно отодвинул ее назад. — Я краем уха услышал ваш разговор. Если позволите, я скажу кое-что вашим друзьям.
— Мистер Драко, прошу вас, не надо, — прошептала Грейнджер за его спиной.
— Ты еще и по имени его называешь? — Кажется, Уизли готов был вот-вот взорваться.
— Во-первых, мистер Рон, это одно из основных правил клуба, которые установила мисс Гермиона. Во-вторых, вы говорили, будто она развязала новую войну, не так ли? Пусть так, но мисс Гермиона в ней побеждает. И раз уж на то пошло, странно слышать такие упреки от людей, которые так и не избавились от призраков старой войны и продолжают мерять людей старой меркой. Мисс Гермиона научила нас жить в новом мире, вот только и вам не помешает научиться этому.
— Ты недостоин жить в этом мире, — процедил Уизли.
Грейнджер тихо охнула.
— Однако недостойно себя ведете вы. Мисс Гермиона — ваш друг, зачем же вы омрачаете ей праздничный вечер?
Уизли захлебнулся собственным гневом.
— Рон, идем. Мне неприятно это признавать, но Малфой прав. Сейчас не время для этой беседы. Приятного вечера, Гермиона, — Поттер разве что не силой заставил Уизли развернуться, и они ушли, оставляя грязные следы на светлом полу.
Драко обернулся и увидел, что Грейнджер утирает слезы тыльной стороной ладони.
— Я не виню их, — она словно пыталась оправдать старых друзей. — Им сложно привыкнуть к той мысли, что у оправданных есть точно такое же право на счастливую жизнь, как и у победителей.
  
— Мне тоже было сложно, и я не справился бы без вашей помощи.
— Вы меня приятно удивили сегодня. И тем, что вступились за меня, и тем, как вы себя вели.
— Мисс Гермиона, я бы сказал куда больше, если бы не боялся вас расстроить.
Грейнджер покачала головой.
— Надеюсь, никто не заметит моего отсутствия, — она вздохнула.