Включите свет, девочки!

Когда Полина обернулась ко мне, чтобы помахать рукой, я с ужасом заметила, что ее топ от воды стал настолько прозрачным, что создавалось впечатление будто его и вовсе нет. От стыда я закрыла глаза рукой, а после стала показывать жестами, чтобы Полина зашла поглубже в воду. Подняла с песка ее рубашку и побежала скорее спасать подругу.
– Держи! – крикнула я Полине и помахала рубашкой, но она была настолько увлечена Ромой, что не обратила на меня внимания.
  
– Полина, выходи! – крикнула я снова. Но Полина по-прежнему не слушала. – Полина!
Я зашла по щиколотки в реку. Рома снова уронил ее в воду, и она завизжала от восторга.
Безнадежно. Чувствую себя сварливой дотошной старухой. В конце концов меня увидел Рома и, оставив Полину, пошел ко мне, разрезая волны. Закатанные брюки облепили его ноги, и он шел ко мне с такой странной уверенностью, что я даже засмущалась.
– Дай это Полине, пожалуйста.
Он потянул ко мне руку, но вместо того чтобы взять рубашку, быстрым движением обхватил меня за талию и перевалил через мокрое плечо. Он вприпрыжку побежал на глубину, так что меня подбрасывало на каждом шаге. Я в панике пыталась подобрать подол платья боясь что он задрался, как вдруг полетела вниз. Вода с силой ударила мне в лицо и я захлебываясь вынырнула. Ничего не видя, я встала и убрала с лица волосы мешающие дышать. Несколько секунд я откашливала воду. В горле першило, вода попала в нос и глаза. Я растерла их, чувствуя на пальцах комки туши. Все еще не видя и тяжело дыша, я слепо двинулась к берегу. Шифон облепил ноги, платье стало почти прозрачным, ясно очертив бюстгалтер.
– Придурок! – непроизвольно вырвалось у меня. – Идиот! Ненормальный!
На берегу стихли все разговоры. Рома на секунду опешил. Он стоял уперев руки в бока и ухмыляясь, а в глазах подруги, что стояла за его спиной, читался испуг.
– Ты правда думаешь, что это смешно?! – провопила я, еле сдерживая слезы. – Я не умею плавать!
Слезы все-таки хлынули. Слезы досады и уныния. Я понимала, что ставлю Полину в неловкое положение такой бурной реакцией, но мне было все равно.
– Кир, это всего лишь шутка. – Полина сникла.
– Да ладно тебе, там даже не глубоко. – Рома шагнул в мою сторону с виноватым и в то же время раздраженным видом.
Я попыталась выжать воду с подола сарафана, но сделала только хуже. Ткань смялась, но при этом продолжала оставаться такой же прозрачной и мокрой.
«Вот как в таком виде добираться до дома?» Я представила как плетусь по лестнице оставляя за собой мокрый след на полу, а все соседи смотрят и перешептываются. Если бы я жила во времена «Унесенных ветром», про меня бы, так же как про Скарлет Охару, говорили «девушка с испорченной репутацией».
Я уже представляла, как буду идти к машине Руслана, прячась за все малочисленные деревья, что растут вдоль прогулочной аллеи, но мои размышления прервал знакомый женский голос, доносившийся будто из далекого детства:
– Кира, Полина что вы тут делаете?! Я обернулась и увидела потрясенную физиономию Полининой мамы.
Она хватала ртом воздух, будто рыбка, не способная произнести слова. Чуть позади стоял Руслан, который раздосадовано смотрел то на меня, то на Полину. Когда он увидел Рому, досада в глазах сменилась искрой обиды и негодования. Руслан, всегда спокойный и учтивый, умел выражать злость только глазами, он молча стоял поодаль, понимая, что в этот раз даже вмешиваться не придется, так как за нашу честь вступиться блистательный и разъяренный Д’Артаньян в лице Полининой мамы.
– Полина, немедленно выходи из воды и оденься! – зажженный фитиль терпения прогорел и воспламенил пороховой заряд. – Как вам не стыдно?! Вы что еще и пили?
Взгляд женщины остановился на пустых бутылках вина в песке.
– Мы просто хотели… – я попыталась спасти подругу, но забыла, с кем разговариваю.
– Кира, от кого от кого, но от тебя я такого не ожидала! Немедленно поднимайтесь наверх, мы уезжаем.
Мне безумно не хотелось надевать босоножки, ноги не успели обсохнуть и их по щиколотку облепило песком. Попытка стряхнуть его увенчалась тем, что в песке оказались и руки. Я надела босоножки и пристыжено поплелась вслед за женщиной.
– Предатель, – прошипела Полина Руслану. – Зачем ты ее сюда притащил?
– Она не смогла до тебя дозвониться. – Пристыжено принялся оправдываться Руслан. – Самолет приземлился раньше времени. Чтобы все успеть я забрал ее, а потом сразу к вам…я же не знал, что вы тут… не одни.
Полина подбежала ко мне и взяла под руку, смерив еще более раздосадованного Руслана обиженным взглядом.
– Раз в полгода приезжаю к дочери, а тут такое… – мама Полины села на переднее сиденье рядом с Русланом. – Чем еще меня, дочь, удивишь?
– Мам, мы больше не будем, – произнесла Полина и посмотрела на меня, точно так-же, как в детстве.
Раньше это могло бы вызвать во мне улыбку, но не сейчас.
Мы сели в машину и поехали. Руслан занял Полинину маму вежливыми расспросами о жизни. Воспользовавшись моментом, Полина с воодушевлением безумца начала пытать вопросами меня.
– Ты видела? Ты видела как он на меня смотрел?
Мне не хотелось этого признавать, но кажется, Рома действительно проявлял к Полине чрезмерно много внимания.
– Поль, он же …недоумок.
– Он без пяти минут мистер Универ!
Полина мечтательно откинулась на спинку сиденья. В этот момент до меня донеслось тихое бормотание Полининой мамы «о плохом влиянии соседки». «Уж очень странная эта Ярослава, ведь раньше девочки такими не были».
Глава 5. Допрос с пристрастием
(Ярослава)
Полина молча стояла, пока Марина Георгиевна атаковала ее одежной щеткой, счищая с жаккардового пиджака несуществующие пылинки. Мама Полины сама была одета с иголочки, чего требовала и от своей дочери. Ее благородного темно-зеленого цвета брючный костюм, пошитый на заказ, украшала золотая брошь в форме павлина с красными круглыми камнями на кончиках перьев. Золотисто светлые волосы уложены элегантными волнами. Ее идеальная укладка всем своим видом кричала «такую можно сделать только в дорогом салоне».
Помимо выдающейся внешности Марина Георгиевна обладала совершенными навыками ведения допроса. В гестапо для нее точно нашлось бы местечко. Даже самая стойкая девица через пять минут общения с ней могла удариться в слезы.
– Полина, о чем ты вообще думала? Я же писала тебе, чтобы ты ждала меня. Думаешь, мне заняться больше нечем? Виктор обо всем договорился. И постарайся произвести хорошее впечатление. Помнишь, о чем мы говорили? Господи, почему, чем старше ребенок, тем большие проблемы приходится решать…
Виктором звали нового ухажера Марины Георгиевны, как позже нам объяснила Полина. Какая-то важная шишка в Российском посольстве то ли Турции, то ли Греции. Во всяком случае, именно это место наделило Марину Георгиевну бархатистым загаром. Весьма ухоженная и неоспоримо красивая для своих лет Марина Георгиевна после развода не испытывала дефицита мужского внимания. Но, полгода назад, познакомившись с тем самым Виктором она оставила позади всех своих ухажеров и остановилась в выборе спутника на ближайшие годы. Хотя, откровенно говоря, я сильно сомневаюсь, что в этом браке есть хоть что-то по-любви. Полина не любила рассказывать об отце. Я знаю лишь о том, что он ушел, когда Полине было всего три.
Войдя в квартиру и обнаружив страдающую Полину, пристыженную Киру и заведенную непонятно из-за чего Марину Георгиевну, я бросила короткое «здравствуйте», махнула девчонкам рукой и направилась в свою комнату.
Благоразумнее всего сейчас спрятаться от «женщины из гестапо» в спорт-зале. Я никогда ни от кого не пряталась, но отчего-то мама Полины вызывала во мне одновременно две противоречивые реакции: «атакуй и беги». В прошлый раз она привезла мне коробку с пятью парами туфель на высоченном каблуке.
  
– 
Я их купила в Милане, но умудрилась прогадать с размером. У тебя же тридцать седьмой? Девчонкам большеваты, а тебе будет в самый раз.