Предложение (СИ)

========== Часть 3. ==========
На следующий день, примерно в то же время, как Луи покинул дом Лестата, пришел Мариус.
— Джонатан, хозяин дома?
— Да, месье Лестат дома, господин Мариус.
— Доложи обо мне, — и мужчина прошел в дом, снимая фетровую шляпу.
Как только дворецкий скрылся из глаз, прошла минута и Лестат спустился вниз. Он увидел высокого мужчину, очень красивого, в строгом темном костюме и в осеннем тонком светлом пальто. Настоящий денди.
  
— Мариус де Романус, друг мой! — Лестат распахнул приветливо объятья. — Давненько не виделись! Искренно рад тебя видеть!
— Здравствуй, дорогой! — Мариус обнял мужчину, похлопав по спине. — Вот решил узнать, как дела у тебя? Без звонка нагрянул, как видишь. Надеюсь, не отрываю от срочных дел?
Вот он говорил так всегда: вроде и серьезно, и в тоже время с иронией.
— А ты так и остаешься верен старым фасонам.
 — Привычки умирают медленно, — Лестат ухмыльнулся. — Да нет, ничем особо не занят… так…
Многовековые глаза вампира тут же уловили что-то неладное. Лестат прятал мысли, поэтому Мариус спросил напрямую:
— Что-то случилось?
— Да не то, чтобы…
— Так, пошли пройдемся, сядем на скамейку в твоем саду и ты мне все расскажешь, — он по-хозяйски уже взял маркиза под локоть. — Пошли-пошли! Поведаешь старику Мариусу, что случилось тут у вас за время моего отсутствия.
***
Сразу после встречи с Лестатом, Луи направился… нет, не к себе домой, а в кино. Он просто физически сейчас не мог находиться один и прогуливаясь по улицам, увидел яркую, неоновую вывеску небольшого кинотеатра. Он успевал на последний показ. И вот сейчас, впервые за долгое время Луи был рад, что зал почти полон, несмотря на довольно позднее время. Ему плевать, что рядом были люди — его потенциальные жертвы, а не вампиры — плевать, главное, что он не сидит в четырех стенах в одиночестве.
Одиночество… Когда-то он любил его, выбирал именно его, но сейчас резко возненавидел.
— Ты больше никогда не будешь одинок, Луи, — шептал нежный голос. — Я с тобой, пока ты этого хочешь. Всегда. Где бы ты ни был.
Луи поджал губы и попытался переключиться на фильм, только не думать… не думать…
Ему почти удалось полностью вникнуть в сюжет фантастического боевика и не видеть перед глазами его лицо, как вдруг он услышал мысли мужчины, сидящего на два ряда выше его. Луи, разумеется, не пытался слушать мысли смертных — зачастую, это было ему совсем неинтересно, тем более и фильм завлек его, но эти мысли мощным потоком достигли его сознания, потому что отличались от всех, кто был в зале. Он поймал их на секунду и после этого на действие на экране уже не сильно обращал внимания.
Убийца. Луи незаметно обернулся, всматриваясь в темный зал. Молодой мужчина. Ветровка с капюшоном. Он смотрел на молоденькую девушку, которая пришла в такой час одна. Луи прочел и ее мысли: хотела пойти с друзьями, но все в последний момент не смогли, кинули ее, и она, расстроенная, сидела в гордом одиночестве с большим тазиком поп-корна. Де Пон дю Лак пошел за ними, как только закончился фильм.
Парень передвигался на удивление тихо и бесшумно, как настоящий хищник, идя за ничего не подозревающей жертвой. Луи следовал за ними, теряясь в толпе, но не выпуская из виду обоих. За то время, пока шел, он узнал, что этот паренек в черной ветровке и джинсах — матерый преступник, которого уже довольно долгое время не могут поймать, здесь, в Новом-Орлеане. Кажется, он сам читал что-то такое в газетах… возможно, этот тот самый…
Они шли довольно долго, девушка двигалась по освещенной Канал-стрит и не сворачивала туда, где можно было бы вампиру спокойно утолить свой голод — Луи остро почувствовал его. Наконец спустя некоторое время показался переулок и она свернула в него — более темный и менее многолюдный. Мимо них прошло несколько человек и улочка стала совсем безлюдной. По одной стороне шли невысокие двух-трехэтажные дома, по другой тянулся небольшой сквер. Почти идеальное место для убийства. Луи уловил, как парень довольно улыбнулся, он увидел, как тот прибавил шагу, а его жертва так ни разу за это время не обернулась.
— Эй, милая, не боишься ночью разгуливать одна в таком месте? — приятный тенор с пронизывающей насмешкой. Луи замедлил шаг. Девушка резко обернулась, вампир уловил, как тут же участилось ее сердцебиение.
— Н-нет, не боюсь. Что вам надо?
— Давай-ка я провожу тебя, а? — утрированно-нежным тоном, Луи чувствовал, как тот улыбался.
— Нет, благодарю, — сухо ответила девушка. — Мне тут осталось всего ничего, живу вот в этих домах. Спасибо за беспокойство.
— Ай, какие мы вежливые! А вдруг маньяк нападет?
— Я не боюсь маньяков, знаете ли! — смело вздернула подбородок, но Луи чувствовал, как ей стало не по себе.
— Ай, как глупо, милая!
Девушка попятилась от тона парня в черном капюшоне, который практически скрывал лицо, и буквально за секунду до того, как он накинулся на нее, Луи подлетел и припечатал его к стене. Раздался женский крик.
— Уходи! — Она услышала чудовищное рычание из глотки второго незнакомца, который непонятно откуда взялся. Он держал первого с такой силой, что тот не мог пошевелиться.
— Убирайся, кому сказал!
— Д-да… да… Хорошо…
Смертная развернулась и побежала прочь, не оборачиваясь.
— Ты кто? — прохрипел убийца посиневшими губами, так как стальная хватка холодных пальцев пережала горло.
— Сегодня не твой день, парень. — Вампир одной рукой оторвал его от земли и человек захрипел еще больше. — Твоя охота закончилась. И моя.
— Что?
Луи впился в шею, слушая истошный крик, который был заглушен прижатой ладонью. Он пил, пока жертва не перестала дергаться в агонии, пил до последней капли, пил с наслаждением. Косвенно, благодаря ему Луи сегодня спас одну невинную жизнь. Де Пон дю Лак, вытирая окровавленный рот, медленно двинулся по улицам ночного Орлеана и не спешил возвращаться домой. Лишь перед самым рассветом он переступил порог дома, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Быстрым, порывистым движением он смахнул со щеки одну непрошенную слезинку, словно кто-то мог увидеть, как он плачет.
***
— Ну что, что случилось?
— Почему тебе кажется, что что-то случилось? — Лестат смотрел на лично им посаженные кусты роз.
— Мне более двух тысяч лет, дорогой, я вижу больше, чем многие думают. Мне даже мысли особо читать не надо. Что-то с Луи?
Лестат сглотнул и произнес, неотрывно смотря в сад.
— От тебя ничего не скроешь.
— Ну ты так можешь переживать только по одной причине, — повел плечами мужчина. — И эту причину почти всегда именуют Луи де Пон дю Лак.
Лестат в грустной насмешке скривил губы и ответил:
— И ты тут прав.
Мариус изобразил усталый вздох и тоже перевел взгляд на многочисленные, ухоженные кусты роз, которые росли вдоль тропинок. Алые, желтые, бордовые, белые красавицы — они радовали глаз всех, кто имел возможность заходить сюда. Лестат помолчал еще с минуту и произнес:
— У нас зашел разговор насчет этого… средства, которое позволило бессмертным…
Лестат удивленно замолчал, покосившись на Мариуса. Тот резко засмеялся, запрокинув голову.
— Ты что это? — нахмурился блондин.
— Так вы из-за этого? Всего лишь? О, святая мадонна!
— Тебе смешно, а мы с Луи… Да перестань ты ржать как конь! — огрызнулся маркиз, но Мариус и ухом не повел, продолжая трястись от смеха.
— Ой, не могу… фуф… — Романус посмотрел на него смеющимися глазами. — Ну и в чем у вас возникла проблема?
— Ты пробовал его? Луи сказал, что да, — хмуро произнес Лестат.
— Он правду сказал, Лестат, — на губах играла легкая улыбка. — Пробовал.
— Почему?
— Как почему? — искренно удивился древнейший. — Интересно! Я ведь более двух тысячелетий не мог, а тут… пусть и вампиром…
— С кем?
— Ну не с человеком же! — Улыбка на тонких губах стала шире. Лестат словил себя на мысли, что почти всегда у этого вампира она была или насмешливой, или ироничной. — Человеческое тело вампирскую страсть, я думаю, не вынесло бы, от этого никакого проку.