Рецепт апокалипсиса от Учих СИ)

С такими мыслями я сменил тело на копию Элис, благо, ее, кроме Итачи, никто не видел, и продолжил перемещение уже по земле. Мой глайдер — техника слишком приметная, и в будущем я собирался ее видоизменить, чтобы Элис нельзя было явно связать с Учихой Саске. Да и прибыть в Коноху лучше на своих двоих, тем более что не так уж далеко осталось. Заодно и привыкну к новому телу. Я несколько раз уже испытывал его на полигонах внутреннего мира и остался доволен, а сейчас оно еще было дополнено сенсорными способностями благодаря крови Карин.
Вообще, у меня есть возможность создать клона в любом месте, где имеется моя чакра, но пользоваться ей вслепую весьма небезопасно. Я не могу точно задать точку выхода, то есть тело создастся в непосредственной близости от «якоря», в данном случае, телефона. А так как их обычно носят в карманах… Я на минуту вдруг очень ярко представил, как материализую клона в кармане Тсунаде, одежда на ней рвется, и жить мне остается не дольше нескольких минут. Потому что Хокаге — женщина упертая, и жизнь положит, но прикончит меня. И что–то мне подсказывает, что у нее вполне хватит сил исчерпать все мои немаленькие запасы чакры и добраться до настоящего тела.
Кроме этого есть и другая проблема — перемещения на большие дистанции крайне энергозатратны. Причем настолько, что мой внутренний хомяк меня прикончит, если я попробую путешествовать таким способом. Вообще–то, чакра тратится и на перемещения в пределах прямой видимости, но незначительно, зато с увеличением расстояния потери растут по экспоненте.
Тем временем впереди показались ворота Конохи — одна из немногих уцелевших частей деревни. Время уже было позднее, да и после «визита» Пейна посетителей пускали неохотно, однако у меня имелся пропуск, выданный Хокаге. Двое чунинов, стоявших на воротах, еще долго таращились мне вслед, впрочем, их можно понять — внешность у Элис весьма примечательная. Рыжие волосы, белая облегающая майка, короткие шорты, высокие армейские сапоги и все это дополняется многочисленными ремнями перевязей, на которых крепится оружие и слегка видоизмененные сумки для всяких необходимых каждому шиноби мелочей.
Пока меня не было, деревня успела немного преобразиться — палаточные «кварталы» стали более упорядоченными, а кое–где появились небольшие группы новеньких деревянных домов — похоже, капитан Ямато уже вернулся и успел поучаствовать в восстановлении Конохи. Мне пришлось дважды спросить у проходивших мимо шиноби, где найти Хокаге, прежде чем я добрался до ее палатки. Потом потребовалось еще несколько раз предъявить пропуск, прежде чем меня пропустили к ней.
— Тсунаде–химе, я вернулась! — я помахал персональным пропуском, чтобы Пятая меня наверняка узнала. — Миссия выполнена успешно!
Брови Хокаге удивленно поползли вверх, когда она хорошенько меня рассмотрела.
— Кхм, отличная маскировка, — наконец, произнесла она. — Даже твоя чакра ощущается совсем по–другому.
— Благодарю, — я как–то ожидал более бурной реакции, но похоже, Хокаге слишком устала, чтобы сильно удивляться.
Тсунаде устало потерла виски и недовольно покосилась на горы бумаг. Похоже, она уже вторые сутки на ногах, и наверное, даже жалеет, что сейчас не лежит себе спокойненько в коме.
— Обратись к Шизуне, она займется твоим размещением, — Хокаге вновь вернулась к бумагам, давая понять, что аудиенция окончена. Впрочем, палатка — действительно неподходящее место для обсуждения деталей незаконной миссии.
Помощница Тсунаде выглядела не менее усталой, похоже, у нее тоже выдались крайне неспокойные дни. Но тем не менее, она быстро разобралась с моей проблемой и несколько минут спустя я стоял перед выделенной мне палаткой. Рассудив, что утро вечера мудренее, и еще раз мысленно посочувствовав Хокаге, я завалился спать. Но прежде чем уснуть, ненадолго заглянул во внутренний мир. Оказалось, что море снова увеличилось, причем без особых усилий с моей стороны. Если так и дальше пойдет, то скоро я смогу переименовать его в океан. Вода стала еще чуть темнее, а в остальном все казалось прежним. Увеличение чакры — это, конечно, прекрасно, только вот слишком уж подозрительно. Не часто судьба меня баловала такими приятными сюрпризами, обычно приходилось постараться, чтобы получить очередной левел ап. А тут вдруг как–то само собой образовалось приличное количество энергии, уж слишком похожее на бесплатный сыр. Или это у меня просто обострение паранойи? Уж во внутреннем–то мире я царь и бог, и если бы тут попытался похозяйничать посторонний, я бы сразу заметил. Впрочем, сделать в этой ситуации я мог только одну разумную вещь — лечь спать. Возможно, с утра все эти подозрения покажутся мне совершенно беспочвенными. Но предварительно все–таки стоит напрячь умников решением этого вопроса.
 
На следующий день шиноби Облака — ученики Киллера Би — уже были в Конохе и требовали моего уничтожения. Я присутствовал при бурной встрече иностранных шиноби и Хокаге, потому что Тсунаде решила и меня припрячь к общему делу, и сделала кем–то вроде второго помощника, чтобы хоть немного разгрузить Шизуне.
После ухода посланцев Пятая даже дала мне прочитать довольно длинное и весьма эмоциональное письмо от Райкаге, где он едва ли не ультиматум Конохе ставил.
— Доволен? — мрачно спросила она. — Твой нынешний статус государственного преступника ставит тебя на один уровень с Орочимару. Ты всерьез собираешься выкрутиться из этой ситуации без потерь? В прошлый раз все обошлось лишь благодаря моему милосердию, но сейчас ты так легко не отделаешься.
— Не будьте так пессимистичны, Тсунаде–химе, — радостно улыбнулся я. — Вполне возможно, что я погибну в предстоящей войне, и статус преступника станет вообще неактуален.
— Не смей так беспечно относиться к собственной жизни! — хокаге неожиданно стукнула кулаком по столу.
— О, так вы все–таки переживаете обо мне? Я тронут, — проникновенно произнес я и наклонился ближе к Тсунаде, и попытался накрыть ее ладонь своей. — Для меня это действительно важно.
— В твоем нынешнем виде эти заигрывания смотрятся, как минимум, нелепо, — резко произнесла Тсунаде и отдернула руку.
— Нелепо? — я притворно надулся. — Я просто подумал, а вдруг вам больше нравятся девочки… В прошлый раз вы мне даже в совместном ужине отказали, может, теперь станете благосклоннее.
Я заправил за ухо рыжую прядь и состроил Пятой глазки.
— Теперь понятно, у кого Наруто научился этой своей извращенной Секси но дзюцу.
— Что? Нет! Это он меня научил, — возмутился я.
Тут в палатку ввалились Сакура, Наруто, Сай и даже Какаши, ради такого случая убравший книжку в карман. Наруто начал орать, что произошла какая–то ошибка, и Сами–Знаете–Кто не мог такого сотворить. Тсунаде не стала долго это выслушивать и так шандарахнула кулаком по столу, что тот разлетелся в щепки.
— А ну молчать!
От этого окрика я чуть не подпрыгнул, а Узумаки даже вспомнил о субординации.
— Наруто, неужели ты думаешь, что я оставлю эту ситуацию без своего контроля? Саске все–таки до недавнего времени был шиноби Конохи, и если он действительно стал преступником, значит, в этом есть доля и моей вины. Но если произошло какое–то недоразумение, и обвинения необоснованы, уж будь уверен, я этого так не оставлю.
— Но…
— Ты во мне сомневаешься? — грозно перебила его Пятая.
— Нет–нет, бабуля Тсунаде! — тут же пошел на попятную Наруто.
Я недовольно посмотрел на него, покоробленный обращением «бабуля», и Узумаки соизволил обратить на меня внимание.
— А ты еще кто? — удивился он, рассмотрев протектор Конохи у меня на поясе. — Я тебя никогда в деревне не видел.
— Это моя вторая помощница, — представила меня Тсунаде. — Шизуне сейчас слишком загружена, поэтому пришлось подключить и Элис.
Я приветливо им улыбнулся, и пользуясь своим статусом «помощницы», выставил всех из палатки.
— Что с его глазами? Я думал, они будут выглядеть, как и у Пейна, — я наконец смог задать вопрос, терзавший меня с тех пор, как вошел Наруто.