Рецепт апокалипсиса от Учих СИ)

Открыв глаза, увидела, как Наруто с печальной мордашкой рассматривает символ Конохи, сложенный из воткнутых в мишень кунаев. Рядом торчали еще несколько кунаев — похоже, Узумаки хотел повторить мое достижение, но у него вообще ничего не вышло.
— У меня ничего не получается, сколько бы я ни тренировался, — расстроенно произнес он.
— Бака, я с четырех лет тренируюсь почти каждый день, а ты только недавно начал и уже хочешь меня превзойти? Если будешь усердно заниматься, то однажды и сам так сможешь.
— Ха! Тогда я тебя точно переплюну! — Узумаки мгновенно приободрился и начал собирать разбросанные сюрикены для еще одного подхода. Чувствую, такими темпами я отсюда только через несколько часов уйду.
— Слушай, Наруто, для того чтобы всегда попадать в цель есть один секрет.
— Что? Какая–то крутая техника? — оживился ребенок.
— Еще какая! Такая крутая, что для нее даже печати не нужны, только сила воли. Смотри внимательно, — я взял в руки один из кунаев и встал напротив мишени. — Чтобы попасть, нужно почувствовать, как тебя и твою цель соединяет тонкая невидимая нить. Ее нельзя заметить, но она есть. И когда ты делаешь бросок, то просто не можешь промазать, потому что кунай скользит по нити и не может с нее соскочить. Здесь даже целиться не надо, так как оружие — это часть твоей руки. Ты ведь, когда показываешь куда–нибудь пальцем, не целишься, а просто показываешь, и тут все точно так же.
Я метнул оружие, и оно вонзилось точно в центр мишени. Вообще–то, про такой способ обучения меткости я вычитала в какой–то приключенческой книге, где героя учили стрелять из револьвера, и совершенно не верила в эффективность. Но с такой мотивацией мальчику будет интереснее тренироваться, это же ведь особая «совершенно секретная техника»!
— Я понял! — Наруто даже подпрыгнул от радости. — Ну держись, Саске, я тебя превзойду!
На всякий случай, я отошла подальше и присела на одно из бревен на полосе препятствий, потому что обычно, когда Узумаки тренировался, острые железяки разлетались во все стороны. Глаза все еще немного жгло, и я некоторое время массировала веки, надеясь избавиться от дискомфорта.
— Смотри, Саске!
Я отняла руки от лица и обернулась в сторону мишеней. А в следующее мгновение мой рот приоткрылся в шоке. Это было невероятно! В центре каждой из мишеней торчало по кунаю. Явно рисуясь, Наруто бросил последний, и тот вонзился рядом с моим. Я на всякий случай протерла глаза еще раз, но картинка не изменилась.
— Офигеть, — пробормотала я почему–то по–русски.
— Чего?
— Круто, говорю. Первый раз вижу, чтобы техника получилась у кого–то с первого раза. Теперь видишь, как важно не сдаваться?
— Да! — радостный Наруто бросился собирать раскиданное метательное железо.
А я продолжал таращиться на мишени. Тут одно из двух — либо та фигня, что я нес про невидимые нити, реально работает, либо я гениальный педагог. Во второй вариант верить было приятнее.
На следующий день Наруто поразил всех на практических занятиях. Видя всеобщее изумление, Узумаки заявил, что это только начало, а скоро он вообще станет самым крутым ниндзя в мире и вдобавок Хокаге. Я еще в первый день, как он ко мне переехал, попросил особенно не распространяться, что он теперь живет у меня. И, похоже, слухи о новом месте жительства еще не расползлись, хотя я не тешил себя надеждой, что об этом никто никогда не узнает.
В академии я старался вести себя отстраненно и ни с кем не общался, даже с Наруто. Его я сразу предупредил, что буду себя так вести, поэтому он не обижался. На самом деле, я просто опасался, что кто–нибудь заметит, как я разговариваю со сверстниками — слишком снисходительно, словно взрослый. Все–таки притворяться ребенком перед наивным Наруто и перед опытными шиноби — две совершенно разные вещи.
После занятий я подошел к Хинате. Все–таки она тоже владеет додзюцу и наверняка знает, как избавиться от неприятных последствий его использования. Надеюсь, подскажет, как хотя бы жжение убрать или выносливость тренировать.
 
— Хината–чан, можно тебя на минутку?
Девочка явно не ожидала, что я могу к ней обратиться, но кивнула и смутилась. Она вообще очень тихая, я даже не мог припомнить, слышал ли вообще ее голос раньше.
— У меня недавно шаринган пробудился, а рассказать, как им правильно пользоваться, некому. Поэтому я решил у тебя спросить, как сделать, чтобы глаза так быстро не уставали. Есть какие–то упражнения или еще что?
— Я могу завтра принести тебе свиток, в котором описаны тренировки для глаз. Думаю, для шарингана они тоже подойдут, — тихо ответила девочка.
— Спасибо, Хината–чан, ты меня очень выручишь. Можно я в благодарность угощу тебя чем–нибудь в кафе?
— Нет–нет! — Хьюга залилась румянцем. — Я просто хочу тебе помочь, не надо меня благодарить!
После этого я зашел к школьному ирьёнину с тем же вопросом. Конкретно по шарингану он ничего мне сказать не мог, зато дал методику, с помощью которой обычные шиноби развивают остроту зрения, и добавил, что лишней она точно не будет. Вечером я еще и порылся в клановой библиотеке, которая располагалась в подвале главного поместья. Тоже нашел кое–что полезное.
На следующий день, добавив полученный от Хинаты свиток, обобщил информацию. Во всех трех источниках были как общие сведения, так и свои нюансы. Кроме того, у меня в прошлой жизни с самого детства было плохое зрение, и окулист тоже про гимнастику для глаз рассказывал. Подведя итог, составила план тренировок — утром, днем и вечером. Если мне каким–то чудом удастся его придерживаться, то скоро я глаза так накачаю, что смогу ими гири поднимать. Только вот я слишком хорошо себя знаю. У меня просто силы воли не хватит заниматься каждый день. Тяжко вздохнув, уронила голову на план, и тут мой взгляд упал на Наруто, увлеченно разрисовывавшего цветными карандашами уже второй метр свитка. Вот уж у кого упрямства и силы воли на десятерых хватит!
— Наруто! Иди сюда, у меня есть новые крутые тренировки!
Конечно же, Узумаки мгновенно воспылал энтузиазмом, но, увидев составленный мной список, сразу поскучнел.
— Да ты просто ничего не понимаешь! Смотри! — я положил перед ним книгу местных легенд, открытую на странице про Рикудо сеннина. — Помнишь, я тебе про него читал? Такие глаза, как у него, называются риннеган.
Так вот, перед смертью Мудрец разделил свою силу между двумя своими сыновьями. Старшему он отдал свои глаза, и впоследствии тот стал основателем клана Учиха, а младшему досталась воля сеннина, и тот основал клан Сенджу. Но кланы постоянно воевали между собой, и поэтому постепенно в них становилось все меньше и меньше людей. Сейчас из Сенджу в живых осталась только одна Цунаде, а из Учиха — я и Итачи. Однако также выжили несколько ближайших родственников Сенджу — остатки клана Узумаки.
— Что?! Есть такой клан — Узумаки?
— Есть. Точнее, был. Его почти полностью уничтожили во время Мировой войны шиноби вместе с Деревней Скрытого Водоворота, в которой и проживали Узумаки. Некоторые из них выжили, но оказались рассеяны по всему миру. Кстати, если встретишь человека с красными волосами, то он, скорее всего, один из них. Еще клан славился невероятно большим объемом чакры и необычайной продолжительностью жизни.
«Все. Загрузил я ребенка», — заметил я остановившийся взгляд Наруто и потряс его за плечо.
— Так вот, к чему я все это рассказал… — продолжил я, добившись его внимания. — Мы с тобой — потомки Рикудо сеннина. В моем роду из поколения в поколение передавали его глаза, в твоем — силу воли. А это значит, что мы оба можем получить риннеган и стать такими же великими шиноби, как и Мудрец шести путей.
«И ведь даже не сильно приврал. Теоретически, шаринган можно развить до риннегана, но удалось это только Учиха Мадаре, а вторым обладателем додзюцу стал Нагато Узумаки. Так что шанс есть. Крохотный, едва заметный, но где–то в наших генах спит невероятная, едва ли не божественная сила. А если и не выйдет ее пробудить, то как утешительный приз останется превосходное зрение».