Компас желаний (СИ)

— Всему время своё приходит, — дух заметил, что меня интересует, и умудрено покивал. — Придёт и твоё, Искандер-амир. Теперь пора тебе.
Я это уже ощущал. Словно меня затягивало в свой мир, а этот становился слишком чужеродным. Пока не неприятным, но уже отталкивающим. Смогу ли я, став Ходящим, оставаться в мирах столько, сколько захочу? Интересный вопрос…
Вот только я понял один нюанс. Сколько бы миров ни было, а хочу я домой. На маленькую кухню, где витают ароматы домашней еды, а на плите пыхтит турка с кофе. Прохор творит нечто невообразимое, дух предка ворчит, а дед обсуждает последние новости. Где носятся коты, беспощадно уничтожая старинный паркет. Где Гордей не оставляет мечту отправиться на учёбу верхом на тигре. А Тимофей страдает по княжне, бродя между яблонь, когда думает, что никто его не видит. Домой хочется больше всего. Больше всех тайн миров.
  
— Благодарю вас, — поклонился я духу. — За всё благодарю.
— Я ждать буду возвращения твоего, — ответил он мне таким же поклоном. — Всегда ты долгожданным гостем будешь здесь.
Перед уходом я сходил к пустынной розе. Полюбовался напоследок этим необычным зрелищем. Жаль, но она могла цвести лишь в этом мире. Неотъемлемая его часть. Не мог я забрать себе черенок, роза просто погибла бы вне пустыни. Но я мог вернуться и увидеть её прекрасное цветение в любой момент. И это грело сердце.
Хакан следовал за мной беззвучной тенью. Что творилось в душе элементаля, я не очень понимал. Кроме того, что говорить он об этом был не намерен. Поэтому вопросов я ему и не задавал.
Мы также молча поднялись на бархан. В том не было необходимости, проход теперь был там, где требовалось. Но мне хотелось пройтись и оглядеть долину сверху ещё раз. Горели костры, как и яркие звёзды в чистом небе.
Но довольно быстро стало так холодно, что я сделал знак элементалю — в путь.
Возвращение произошло мгновенно. Не успел я поёжиться от пронизывающего мороза ночи Великой пустыни, как оказался на знакомом пустыре пригорода столицы. Отсюда виднелся сверкающий залив, огни города и яркая подсветка дамбы с её распахнутыми белыми воротами.
И здесь было так тепло и привычно, что я широко улыбнулся. Дом!
Вроде путешествие не заняло так уж много времени, а я успел соскучиться. Вдохнул солёный морской воздух и взглянул на джинна. Хакан пребывал в растерянности.
— Простите ли вы меня за то, о чём умолчал? — спросил элементаль, отводя взгляд.
— Пустяки, — рассмеялся я, подходя и хлопая его по плечу. — Но, пожалуй, есть у меня одна просьба… Расскажи потом, каков он — рассвет в пустыне.
Я чувствовал, что Хакану уже не терпится уйти обратно. Вернуться в оазис и встретить свой первый настоящий рассвет. Увидеть царицу цветов в лучах восходящего солнца. Наверняка это зрелище ничуть не хуже, чем закатное.
Джинн воспрянул, посмотрел на меня с благодарностью и, низко поклонившись, исчез.
А я дошёл до автомобиля по хрустящей траве и отправился домой.
Оживший телефон молчал. Ни сообщений, ни звонков. Значит, всё в порядке. На ужин я опоздал, но тут ночь только наступила. Ещё не уснули дороги, так что на трассе было оживлённо. Да и столица встретила меня гуляющими жителями и проносящимися мимо машинами с открытыми окнами и доносящейся оттуда музыкой.
Пустыня, с её дневной жарой и ночной стужей, таяла, словно мираж. Со всеми тайнами и намёками. Но, как и с розой, то место стало частью меня. Может, потому что я пробыл там слишком долго. Может, потому что приложил руку к изменениям.
И мне показалось, что я могу уйти туда. Когда того захочу.
Но я мчался к городу, выжимая из «Лесснера» всё. И машина послушно выполняла моё желание, шурша шинами по асфальту. Тёплый воздух обдувал лицо, над заливом метались белыми пятнами и кричали чайки, а на воде качались десятки судов, игриво подмигивая габаритными огнями.
* * *
Особняк уже дремал. Слабо светили садовые фонари, а окна темнели на светлом фасаде. Только в гостиной горел огонь — кто-то разжёг камин.
Первым делом я совершил организованный набег на кухню. Умилился тому, что меня там ждали. Прохор оставил на плите кастрюли и сковородки с едой, а в печи противень с пирогом. На столе нашёлся кувшин с компотом, бережно укрытый расшитым полотенцем.
Чёрт, ну как же хорошо дома! Здесь кормят.
Истребив практически всё, что нашёл, я прогулялся по саду и дошёл до лаборатории. Сонливости не было, а желание поскорее приступить ко второму аспекту подгоняло меня.
Ведь у меня было целых две задачи. Поставить на ноги Аврамова и сделать компас. Все мои странствия, беседы и изыскания наконец сложились в единую картину. Артефакта, который сможет показывать истинную суть. Честно и справедливо судить о том, чего жаждет человек, осмелившийся прикоснуться к нему.
Пока я продумывал схему, я понял ещё одно — артефакт не должен работать, если одарённый сам того не захочет. Не по принуждению. Только по желанию. Тоже проверка своего рода.
Но сначала я аккуратно извлёк свою добычу — иномирные растения. Расставил по колбам, наполненным водой. Влил немного магии природы, чтобы им было проще адаптироваться.
— Растите, малыши, — прошептал я.
Магия слова не менее важна, чем прочая. Порой одно слово могло изменить многое. И не стоило недооценивать эту силу.
Я сварил себе кофе на походной плитке, добавив в этот раз побольше душистой корицы и чёрного перца. Вдохнул аромат и в носу защекотало — остро. То, что нужно для продуктивной ночи.
Осмотрелся и достал из ящика стола чистую бумагу. Пригладил листы — часть ритуала. Как сотворить чудо? Как вплести дар в потаённые желания? Объединить техническую часть с душой. Мне предстояло совершить нечто увлекательное — поставить на ноги человека, страстно этого желающего. И при этом уже отчаявшегося, переставшего надеяться.
Сыграть на этих противоположных чувствах?
А ведь это идея. Вместо того чтобы ломать сложившуюся систему, стоит ею воспользоваться. Сделать именно её ключевой силой.
Иван свыкся со своей участью. Мало того, он даже не знал, каково это — ходить. Страх неизвестного сильнее всех прочих. И, как ни удивительно, тут могло сработать оправдание этих ожиданий. То есть боль. С большей долей вероятности, если менталист просто встанет и пойдёт, то будет разочарован.
Создать артефакт несложно. Сделать так, чтобы он сработал на всех уровнях — вот проблема. Значит, нужна ценность большая, чем просто способность встать на ноги. Достижение.
Аврамову могли помочь и воздушники. Использовать стихию, чтобы поднять его над землёй. Условная независимость, но тем не менее. Или маг земли мог укрепить тело и мышцы. Много вариантов, но всё не то.
— Пока не сделал сам, не считается, — цокнул я и усмехнулся.
Я очень хорошо это понимал. Не просто получить — заслужить. Не просто сделать — добиться. Не через страдание и превозмогание, а через истинное желание. Для Ивана я устрою настоящее испытание, достаточно сложное, чтобы он смог гордиться собой. Чтобы это была именно его заслуга.
Только тогда он не просто встанет, а побежит.
Улыбнувшись, я взялся за карандаш. Вот теперь можно приступить к схеме. А с ней отправиться к кузнецу. Погружаться в новое мастерство.
  
Глава 22
 
Однажды, когда я был молодым и считал себя самым умным, то хотел помочь буквально всему миру. Всем обездоленным, несправедливо обиженным и подобное. Хорошие намерения, кого ни спроси.
Тем более быть артефактором — означает обладать чуть бо́льшим, чем прочие одарённые. Способностью создавать удивительные вещи. Ограниченные только фантазией. Ну и опытом, конечно же.
  
Тогда я получил важный урок.
Мне его, правда, не хватило, но потом я вспоминал его много раз. Как те пресловутые грабли, на которые самые умные как раз дважды не наступают.
Так вот, учитель сказал мне однажды: что даётся просто так, никогда не ценится.