Компас желаний (СИ)

Корабль уже успел вернуться, и его пассажиры немного радостно пошумели на берегу, наперебой выспрашивая детали у графа Волкова, который отправился к ним.
Судя по всему, адмирал перестал бояться и смущаться — его уверенный голос доносился даже до нас. Лишь чайки перекрикивали его, носясь над волнами и охотясь на мелкую рыбёшку.
Завтрак незаметно перетёк в обед, а тот постепенно грозился стать ужином.
  
Когда журналисты уехали, адмирал присоединился к нам и рассказывал походные байки. Рассказы его были совсем нереалистичными, но оттого не менее увлекательными. Ему хотелось верить.
Я, как и планировал, отдыхал. И вместе с этим тренировался, постоянно проверяя то Ивана, то графа.
Но с ними было очень просто. Оба мужчины расслабились и перестали скрывать что-либо. Морской волк, в принципе, таким был с момента нашего знакомства. Да и менталист показался мне искренним.
— А ваш вопрос, Александр Лукич, — сказал мне Аврамов, пока адмирал ходил за очередным шедевром на кухню. — Будет решён. Ну, с этой особой, не умеющей себя вести…
Я не сразу понял, что он о тётушке. И обернулся в поисках лишних ушей, от которых он пытался скрыть тему. Никого в округе не было. Вероятно, то была привычка менталиста так говорить, учитывая его любопытную сестрицу.
Кивнув ему в знак благодарности, я перевёл взгляд на горизонт.
До заката пара часов. Солнце поздним летом садилось уже не так поздно, и до ужина тоже останется немало времени. Пожалуй, можно успеть.
Почти весь день на море, с этим невероятным видом и приятной компанией, дали мне ощущение, что отдыхал я несколько дней. Да и не сиделось мне на месте, когда была интересная задачка. А у меня их было сразу несколько.
— Благодарю вас за помощь, — поднялся я и поклонился. — Ваш вопрос тоже будет решён, — не удержался я, подмигивая ему.
Но Аврамов только рассмеялся. Ему тоже на пользу пошёл этот день. Тем более адмирал уговорил его остаться на ужин, пообещав какое-то блюдо, от которого он бегать начнёт. По-доброму пошутил, и Ивану это тоже понравилось. Пожалуй, над его увечьем ещё никто не шутил. А порой это нужно, чтобы отпустила эта натянутая внутренняя струна, вынуждающая всегда быть наготове.
Я оставил их в наилучшем расположении духа и прошёлся по берегу, опасно перепрыгивая по камням.
Полюбовался на шхуну, пережившую свой первый полёт с важными гостями. Корабль выглядел целым. И чистым, что немаловажно после подобного испытания.
Даже немного жалко стало, что не поучаствовал — увидеть бы первую реакцию людей на нашу общую работу. Мастер иллюзий под руководством исторички наверняка сотворил нечто потрясающее.
Ну ничего, устрою себе отдельный вылет и возьму с собой домашних.
— Хакан, — тихо позвал я вслух, остановившись на краю скалы.
Я мог обратиться к нему мысленно, но для меня было приятнее общаться с элементалем так, по-настоящему. Как и, например, лично приезжать даже для короткой беседы. В крайнем случае звонить, и очень редко обходиться сообщениями.
В этом я, пожалуй, был настолько несовременным, что порядком настораживало не только Тимофея, но и моего более взрослого помощника Людвига.
Рыжий так постоянно сидел в телефоне, что-то строча там с невероятной скоростью. С Екатериной они почти лишь так и общались.
А мне нравилось беседовать. Видеть эмоции или слышать, как меняется тональность голоса… Всё же память молодого графа, в которой такой формат общения был привычным, не смогли этого изменить.
— Искандер-амир, — появился рядом джинн и низко поклонился.
Ему тоже нравилось, когда я разговариваю с ним не в мыслях, а вот так.
Я усмехнулся, представив, что бы стало с телефоном в его огненных руках. Хакан недоумённо вскинул брови — мои мысли дошли до него чем-то странным, то есть именно тем, как я себе это вообразил.
— Связь нашу не нарушить и тысячью миров, — пропел джинн, поняв, что думал я именно о связи с ним. — Пока за грань не уйду я, везде услышу зов ваш, Искандер-амир.
Его слова снова заставили меня задуматься, сколько же я не знаю. И как мне повезло, что я могу всё это узнать. И тысячи жизней не хватит, и это прекрасно!
— Не обращай внимания, — улыбнулся я. — Не об этом я волнуюсь.
— Решили вы пойти в Великую пустыню за закатным цветком?
Вновь взглянув на оранжевое небо у горизонта, я кивнул:
— Когда там закат?
— Когда захотите, — удивился джинн и умолк.
— Не мог бы ты пояснить, что это значит? — осторожно уточнил я.
Порой элементаль поражался каким-то вещам, явно казавшимися ему очевидными, но которые для меня становились совершенной неожиданностью. Иногда мы словно вообще на разных языках говорили. Впрочем, мы и были из разных миров.
— Время текуче, как вечные пески. Миры соприкасаются тогда, когда необходимо тем, кто умеет чрез них ходить, — неторопливо объяснил Хакан.
— То есть ты можешь меня отвести в нужное время суток?
Лицо джинна на мгновение преобразилось. Недоумение достигло своего пика. Но, после непродолжительного молчания, он просто кивнул. Понять его чувства я не смог — всё же разум иномирного создания отличался от человеческого. И что-то я не мог правильно расшифровать. Вроде он согласился из уважения или что-то подобное.
— К ужину управимся, как думаешь? — в шутку спросил я.
— Раз есть в том надобность, — серьёзно ответил он.
— Ну что же, тогда поедем прямо сейчас, — я указал в сторону автомобиля. — Ну, я поеду.
И опять та же странная эмоция уступки. Ладно, прогуляемся по пескам и поговорим обстоятельно. Тем более что вся экипировка до сих пор лежала у меня в багажнике, включая оружие. Место красивое, но может быть опасным.
Я быстро домчался до того пустыря, где был проход в мир джиннов.
Хакан уже ждал меня на месте, глядя куда-то в небо. Я сначала не понял, что он смотрит на солнце, готовящееся скрыться. Надо бы почаще вызывать его на закате. Ведь он его не видел в своём мире…
— Готов я, — сказал джинн, когда я подошёл.
— И я…
Переход случился в этот раз совсем незаметно. Будто моргнул, и вот передо мной бесконечная гладь шуршащего от ветра песка. Песчинки струйками стекали с невысоких барханов и создавали впечатление вечного движения. Красиво всё же, чёрт побери.
План у меня был незатейливым. Безусловно, разогнать бурю за один поход не получится. Но ведь этого и не требовалось для пустынной розы. Всё, что ей необходимо — лучи закатного солнца.
А значит, и нужно было только разогнать плотные пыльные облака достаточно для того, чтобы хватило осветить одно растение. Ну и попробовать наделить его способностью продолжать цвести несмотря на условия. То есть модифицировать, чем и получить ранг.
Весьма самонадеянно, но почему бы не рискнуть? Максимум, что я потеряю — один вечер.
Оказались мы на том же перекрёстке. Едва заметные дороги разбегались в разные стороны, сливаясь с бурей вдали. Я поднял голову — наверху та же картина.
Спрашивать, куда идти, я не стал. Решил сам попытаться вычислить, где есть отклик. Пусть розу я никогда не видел, но то, что мне говорил о ней Хакан, дало какое-то впечатление. Эдакое неуловимое чувство опорной точки.
Ну и я уже знал — это самое прекрасное, что здесь есть. Вот поверил джинну, и всё.
К этому прекрасному я и обратился. Удивительное растение, способное цвести в подобных условиях. В мире, не особо богатом на флору, не самая сложная задача.
Ощущения были интересные. Раскинув природную поисковую сеть, начальный навык природников, я увидел зачатки множества искр. Именно так выглядели растения — искорками, в основном едва видимыми. Здесь жизнь еле теплилась. И большая часть пряталась под песками, будто дремала.
  
Но нити убегали всё дальше и дальше, выискивая что-то более весомое.
В какой-то момент неожиданно пришло понимание сторон света. Я, закрыв глаза для того, чтобы лучше сконцентрироваться, повернулся на запад. Сделал шаг вперёд и ощутил руку на своём плече.