Как приручить холостяка (СИ)

Опускаюсь на стул и напряженно жду, что будет дальше.
50. Что-то большее 
Смотрю, как Кирилл наливает шампанское по бокалам и молча протягивает мне.
– Мне же, наверное, нельзя пить, – хмурюсь.
– Это безалкогольное, – вздыхает он. – Просто хотелось, чтобы было красиво.
– А по какому поводу? – уточняю несмело.
– По поводу… – начинает Кирилл и снова замолкает, а я уже сижу как на иголках. – Короче, я решил, что самый верный способ обезопасить тебя от преследования твоего бывшего мудака – это сменить фамилию. Даже если он будет искать тебя, то будет искать Королёву.
  
– В смысле? – хмурюсь. – Паша же не какой-то мафиози, чтобы из-за него менять документы. Да и моя фамилия… Мне нравится.
– Думаешь? – усмехается Кирилл. – А мне кажется, что Добрынская тебе подойдёт больше.
Смотрю на него и пытаюсь хоть что-нибудь ответить, но изо рта не вырывается ни звука. Молча открываю и закрываю рот.
– Я обещал тебя подстраховать – я слово сдержал, – вздыхает Кирилл и достаёт из кармана бархатный футляр. – Заявление в ЗАГС я сегодня подал. Жить будешь у меня.
– Что? – переспрашиваю, не веря своим ушам.
Медленно опускаю бокал на стол, чтобы он не выпал из дрожащих рук.
– Замуж за меня выходи, – серьёзно произносит Добрынский и открывает коробочку, в которой лежит золотое кольцо.
– Как? – растерянно шепчу. – Как вы без меня умудрились подать заявление?
Кирилл вздыхает и смотрит на меня как на маленькую.
– Подождите, – растерянно шепчу, – вы серьёзно?
– Лена, мы с тобой трахались уже несколько раз. Ты долго будешь выкать?
– Кирилл, – ахаю, когда до меня доходит, на какой шаг он пошёл. – Ты с ума сошёл? Я не хочу, чтобы ты женился на мне просто из чувства долга. Я могу уехать жить домой, и ты мне ничем не обязан. Это я ещё должна тебе приплатить за то, что ты столько для меня сделал.
– Лена, если я решил, значит, я так хочу.
– Нет, – возмущаюсь. – Так нельзя. Тебе надо строить семью, а ты предлагаешь мне стать твоей фиктивной женой.
– Да настоящей я тебе предлагаю стать! – внезапно Кирилл хлопает ладошкой по столу так, что подпрыгивают и бокалы, и я. – Мы с тобой собираемся зачать общего ребёнка. Ты мне нравишься, я тебе нравлюсь, нам хорошо вместе. Я не хочу, чтобы ты уезжала к себе хрен знает куда. Я хочу, чтобы ты работала со мной в одной организации, жила со мной в одной квартире и чтобы ни одна паскуда не имела на тебя видов и не подкатывала к тебе свои яйца!
– Как же так? – шепчу растерянно. – Люди годами встречаются и не женятся. А мы с тобой знакомы без году неделя.
– Да плевать мне, кто как встречается и почему не женятся. Замуж за меня выходи, говорю.
В растерянности наблюдаю, как Кирилл вытаскивает кольцо из бархатной подушечки, а затем тянет его к моему пальцу. Испуганно сжимаю руку в кулак.
– Так, прекрати брыкаться. В любом случае свадьба назначена через две недели, – нагло разжимает кулак Кирилл и надевает мне на безымянный палец кольцо. – Я хотел сразу нас с тобой поженить, но потом решил – вдруг ты захочешь платье и гостей. Но, если ты начнёшь брыкаться, то имей в виду, что твой паспорт всё ещё у меня и до свадьбы ты его обратно не получишь.
– Кирилл, я чувствую себя виноватой, – глазами по пять рублей смотрю на свою руку. – Если бы я не уговорила тебя стать донором…
– Ой, можно подумать, ты так долго меня уговаривала, – перебивает Добрынский, закатив глаза, и снова подаёт мне бокал. – Так ты согласна выйти за меня замуж? Я, конечно, не подарок и даже не сахар, и преимуществ во мне нет...
– Господи, да ты одно сплошное преимущество, – жмурюсь.
– В смысле? – не ожидав похвалы, приподнимает Кирилл брови.
Я не знаю, что ждет меня дальше, но этот неидеальный мужчина – идеален! И я не представляю, как бы жила без него. Я запретила себе о нем думать в тот момент, когда он отказался быть донором, но внутри меня словно что-то оборвалось.
Поняв, что мы больше никогда не встретимся, я будто потеряла часть души. Так пусто и холодно мне не было даже в самые паршивые дни моей жизни.
А потом все тело разрывалось от счастья, когда нам с доктором-репродуктологом сообщили, что в клинику приперся какой-то сумасшедший и требует срочно увидеть меня. Просто быть с ним рядом для меня уже казалось раем.
И сейчас я хоть и пыталась его отговорить, но внутри все кричит от восторга и требует немедленно прибрать это сокровище к рукам. А я что? Я – женщина, существо, ведомое интуицией, гормонами и эмоциями. И я насильно никого в ЗАГС не тянула. Как говорится, сам напросился.
– В смысле, я согласна, – улыбаюсь сквозь силу, потому что мне хочется разрыдаться.
Господи, да я даже подумать не могла, что когда-нибудь со мной может произойти что-то подобное!
Взгляд Кирилла загорается так, будто он не предложение мне сделал, а клад нашёл. И от этого моментально на душе теплеет еще сильнее. Чокаюсь с его бокалом своим и, выпив вкусное безалкогольное шампанское залпом, чтобы немножко охладить пожар, который бушует сейчас у меня внутри, встаю из-за стола и крепко обнимаю Кирилла за шею. Он тут же подхватывает меня на руки и встаёт.
– Скажи честно, – хитро щурится, глядя мне в глаза. – Я же тебе сразу понравился? С первой встречи? Просто ты вредничала и строила из себя неприступную королеву, а сама хотела бы поужинать со мной в тот день.
– Нет, ты вёл себя отвратительно, – шепчу ему в губы. – Я бы никогда не пошла с тобой на свидание, если бы не увидела, что в глубине души ты очень заботливый и нежный.
– Да какой я нежный? – хмурится Кирилл. – Я суровый и страшный!
– Очень суровый, – шепчу, прижимая его голову к себе, и он, вздохнув, покорно кладёт её мне на грудь.
– Ладно, так быть, – усмехается. – В таком случае, ты мне тоже не понравилась.
– Ну что ты врёшь? – фыркаю, закатывая глаза.
– Вообще ни разу не понравилась, – отбрыкивается он. – Но фигурку я твою заценил.
– Ну, фигурку и я твою заценила, – улыбаюсь. – А без одежды так вообще космос.
– Пошли, я тебе покажу “космос”, – подмигивает Кирилл и выносит меня из кухни.
– Подожди, ты голодный, – притормаживаю его.
– Да я уже привык, что меня кормят только после секса, – хохочет.
По пути до комнаты целуемся как ненормальные.
Кирилл падает на кровать, а я оказываюсь сверху. Буквально срываем друг с друга одежду, не в силах удержать внутри те эмоции, что бьют через край. Все слишком быстро и неожиданно и вообще так адекватные люди не делают. Но мы бросаемся навстречу друг другу, как в омут с головой, позволяя себе делать то, что не сделали бы до этого никогда в жизни.
– Охренеть! – выдыхает Кирилл, восторженно глядя на красное прозрачное белье. Проводит по нему кончиками своих крупных пальцев так аккуратно, будто боится порвать одним неловким прикосновением.
Замираю от смущения и удовольствия.
– Это специально для меня? – облизывает пересохшие губы и, получив кивок, приподнимается и покрывает медленными поцелуями мою грудь через кружево. Жадно захватывает губами соски и сжимает их так, что я вся вспыхиваю искрами, как костер, в который подкинули сухих дров.
  
– Кирилл, – цепляюсь пальцами в напряженные плечи, – мне нужно тебе кое-что сказать.
– Что? – отстраняется он и смотрит на меня серьезно.
– Я тебя люблю, – произношу на одном выдохе и тут же оказываюсь на матрасе, зажатая под мощным телом.
Кирилл нависает сверху и пару секунд разглядывает меня.
– Вот скажи мне, – хмурится, а я пугаюсь, что ляпнула лишнего, – где тебя носило все эти годы?