Как приручить холостяка (СИ)

Выйдя из ванной, поправляю вставший член и понимаю, что по-хорошему бы мне стоило уйти, но…
Но я понимаю, что нужно проверить ногу моего недоразумения. Да и жрать она в таком состоянии себе не приготовит. А я, вроде как, причастен к тому, что она на больничном.
Достаю из пакета прокладки и отношу Елене Александровне. Молча кладу на стиральную машинку.
  
– Если нужно будет потереть спинку – зови. – усмехаюсь и закрываю дверь, слушая из-за неё тихое бурчание.
– Че, потереть, говоришь? – распахиваю дверь обратно, а Елена Александровна буквально отпрыгивает от неё.
И я, с одной стороны, просто стебусь, а с другой – хочется зайти обратно и что-нибудь сотворить безумное. Эта фурия какая-то сегодня загадочно притягательная.
– Кирилл Александрович, прекратите свои дебильные шуточки, – возмущается она и хлопает у меня перед носом дверью, закрываясь на защёлку.
– Недотрога, – вздыхаю, а после ухожу на кухню.
Я купил замаринованный кусок мяса, гречку и овощи для салата. Поставив варить крупу и закинув на сковородку свинину, занимаюсь салатом. Помидоры-огурцы, кинза, красный лук – красота! Туда же брынзу кубиками.
Кожей чувствую на себе взгляд и оборачиваюсь на вход. Елена Александровна стоит, прислонившись плечом к стене, и с нечитаемым выражением лица наблюдает за мной.
– Прыгай в комнату, сейчас приду ногу осматривать, – вздыхаю, глядя на уже заколотые волосы. Спрятала такую красоту.
– Да давайте здесь, – предлагает она и хромает на кухню. – А я вам чем-нибудь помогу.
– Садись, помощница, – усмехаюсь. – Будешь помогать есть.
Сполоснув руки, достаю из аптечного пакета гель от ушибов и присаживаюсь перед Еленой Александровной. Ставлю ее ногу себе на колено и задираю штанину повыше.
– Да, – вздыхаю, глядя на подспавший отек и расползшийся синяк, – везучая ты, конечно. – Да уж, “везучая”, – кисло усмехается фурия.
– Если бы не сапог, ты бы полгода на костылях хромала. – выдавливаю на пальцы гель и, стараясь не давить, щедро размазываю его по голеностопу. – Так что, считай, что везучая. Все, сиди, попозже забинтуем.
Встаю и, смыв гель с рук, ставлю на стол тарелки, на которые выкладываю гречку и сочное мясо.
– Странно, что вас еще никто не прибрал к рукам, – смотрит на тарелки Елена Александровна с интересом и усмехается. – Такой хозяйственный мужчина пропадает.
– Я не пропадаю, – сажусь напротив нее. – Я наслаждаюсь одиночеством. Так что, не надейся даже.
Фурия замирает, а потом начинает хохотать, а я смотрю на нее с сомнением. Что это она?
– Что за внезапное веселье? – хмурюсь.
– Да с чего вы взяли, что я про себя что-то имела ввиду? Что, у нас в стране одиноких счастливых женщин мало? – успокаивается она.
– А ты счастливая? Выла мне вчера как сирена, всю футболку замочила.
– Это был шок и стресс, – качает головой Елена Александровна. – Так что, я не для себя интересуюсь, уж простите. Думала, подсказать вам какой-нибудь сайт знакомств.
– А счастливые женщины сидят на сайтах знакомств? – смотрю на нее с усмешкой.
Вижу, что она теряется на мгновение, но тут же скрывает растерянность за улыбкой.
– Для блеска глаз, почему бы и нет? – пожимает она плечами.
– Сразу видно: у кого-то много свободного времени, – усмехаюсь. – Хотя, да, понимаю: в реальности ты не особо веселая. А унылым женщинам не сильно-то и хочется делать комплименты. – подмигиваю.
– Я не унылая! – таращит на меня свои глазищи Елена Александровна.
– Педантичная и душная еще, – вздыхаю.
– Да какой мне еще на проверке-то быть? – фыркает она. – На шпагат перед вами сесть надо было?
– Ну, это был бы жирный плюс в твоем случае, – усмехаюсь. – Не веселая, но на шпагате, – это все шансы на успех. С прибабахом любят больше, чем стерв.
– Я не понимаю, вы меня оскорблять пришли? – откладывает вилку Елена Александровна, так и не попробовав мою стряпню.
– Ой, все, я пришел тебе ключи принести, – вздыхаю. – Сейчас поем и уйду. И ты ешь, а то остынет.
– Да что-то не хочется уже, спасибо. – обиженно отодвигает тарелку фурия.
Не знаю, что я к ней прицепился. Не хватает огня, что ли?
– Ладно, извини, – двигаю тарелку обратно. – Ты очень веселая и… веселая. Ешь, а то без железа кони двинешь. Вон, уже бледная как смерть.
Наблюдаю, как Елена Александровна берет вилку и, вздохнув, начинает есть.
Молча едим, но одновременно подпрыгиваем от громкого дверного звонка.
– Я никого не жду. – удивлённо оборачивается Елена Александровна на дверь.
– Не поверишь, я тоже, – хмыкаю и встаю.
Открываю дверь и наблюдаю на пороге какого-то пижона с букетиком. Весь гладенький, сладенький, в галстучке.
Судя по его вытягивающейся морде, он весьма удивлен.
– А… Лена где? – хмурится он.
– Лена никого не ждёт, – усмехаюсь и закрываю перед его носом дверь.
19. Отелло 
Оборачиваюсь и смотрю на такое же вытягивающееся, как у незваного гостя, лицо Елены Александровны. Это у них родственное, что ли?
– Я что-то не так сделал? – с сомнением смотрю на нее.
В дверь снова звонят.
Дергаю за ручку.
– Ну чего тебе, смельчак? – хмурюсь, глядя на насупившегося мужика.
– Я не знаю, кто вы, но мне нужно увидеть Елену Александровну, – шагает он на меня, тоже сдвигая брови и расправляя плечи. – Я знаю, что она здесь.
Надо сказать, что он не маленький. Даже достаточно высокий, просто весь какой-то на вид мягенький, как мамин пирожочек.
– Кирилл Сергеевич, пустите его уже, – вздыхает моя фурия, вставая.
– Как скажете, – усмехаюсь и ухожу обратно на кухню, демонстративно не уступая ей место в дверном проеме, отчего Елене Александровне приходится прижаться к моей груди.
Вижу, как вспыхивают ее щеки, когда она буквально трется об меня, и ловлю на себе ее сердитый взгляд.
Плюхаюсь за стол и накалываю мясо на вилку, наблюдая, как новоявленный жених смотрит на меня волком. Ух ты, мамкины пирожки и так умеют? Смотрю на него в ответ с вызовом, но Елена Александровна внезапно закрывает кухонную дверь, оставляя меня в одиночестве.
– Я пройду? – доносится через щель голос гостя.
– Нет. – низким голосом, как злая кошка, рычит фурия. – Как ты узнал мой адрес?
– Это не важно. Что это за мужик?
– Не твое дело. Катись откуда пришел.
Согласно киваю головой ее словам. Сразу ясно, что это какой-то накосячивший бывший. Непутевый какой-то. Кто же замаливать косяки приходит с таким сраным веничком? У нас в ритуале и то лучше цветы продаются. Уж лучше бы ничего не приносил.
– Лена, я пришел извиниться. Я не могу без тебя жить.
– О как, – усмехаюсь тихо и поджимаю губы, не удержавшись от комментария.
Для кого-то Стерва Александровна кость в горле, а кто-то, оказывается, жить без нее не может.
– Слушай, иди лапшу кому-нибудь другому вешай, – усмехается она. – Жене, например. Или ей добрые люди уже донесли про то, что ты – блудливый козел, и она тебя выгнала нахрен?
– Лена, ты как со мной разговариваешь? – повышает голос мужик. – Откуда такие выражения?
– Как заслужил, так и разговариваю, – повышает в ответ голос фурия. – Ты мне больше не начальник. И никто, чтобы замечания делать. Так что, уматывай и дорогу забудь сюда, а то еще и не то о себе узнаешь.
  
– Я никуда не уйду, пока мы не поговорим, – упрямится непутевый женишок.
– А тебя не смущает, что у меня на кухне мужчина сидит? – возмущенно шипит Елена Александровна.