Двадцать два несчастья 3 (СИ)

Чингиз задумчиво почесал затылок.
— Понял. Слушай, а эти таблетки, значит, правда помогут?
— Помогут, — кивнул я. — Но процентов тридцать эффекта все равно будет от веры в то, что помогут. Плацебо, Чингиз, штука могучая. Только в нашем случае оно работает поверх реальной базы, а не вместо нее. Это честный бизнес.
— Держи, волшебник, — хмыкнул Чингиз и протянул мне внушительную пачку денег. — Раскидаешь с Гоман Гоманычем. И Михалычу отзвонись, что все пучком.
  
Но этот хороший день так просто не закончился: не успел я добраться домой, как мне позвонила Диана.
— Привет, — сказала она осторожным, словно хрупкое стекло, голосом.
— Привет, Диана, — ответил я, и мой голос потеплел от радости. — Ты еще сердишься?
— Хотела извиниться за то, что ударила, — покаялась она. — Понимаешь, увидела голую бабу, которая вышла из твоей ванной, и вспылила. Но что бы ты на моем месте подумал?
— Согласен, — сказал я, — но драться девушкам нехорошо.
— Так ты не сердишься? — Ее голос дрогнул, и было слышно, что она жутко переживает и вот-вот расплачется.
— Нет, — сказал я и на всякий случай добавил: — Честно-честно!
— А я… — пролепетала Диана, но сбилась и умолкла.
— А ты? — подхватил я. — Ты сердишься? Простила мне Эльвиру?
— С Эльвирой у тебя ничего не было, — нервно хохотнула Диана. — Она мне все рассказала. Кроме того, она вернулась на такси сразу после того, как я пришла домой. Я на балконе была и все видела.
— А как…
— Мы в одном подъезде живем, — пояснила она. — Поэтому и подружились, часто вместе домой с работы ходим.
— Слушай, я так рад, что все выяснилось и ты не злишься…
— Но ты не забывай, у меня есть два желания, — хмыкнула Диана. — И ты сам сказал, что сделаешь, что я захочу. Или отказываешься?
— Почему это я отказываюсь⁈ — с деланым возмущением сказал я. — Ничего я не отказываюсь, раз должен желания, то выполню. Так что говори!
— Я скажу сейчас только одно желание, — хихикнула Диана. — Второе оставлю на потом.
— Вот ты манипулятор! — засмеялся я.
— А то! — захихикала она. — Еще какой!
— Так что ты хочешь?
— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас приехал ко мне! — выпалила она в трубку. — Адрес я пришлю сообщением.
— Уже еду! — сказал я, размышляя, как бы завтра не идти в спа-салон.
  
Глава 21
 
Я летел как на крыльях. Не помню, как взбежал по ступенькам, перепрыгивая через одну. Осознал только, что открылась дверь, а Диана охнула и рухнула в мои объятия. Поцелуй был долгим и тягучим. Вселенная закружилась, а нас охватила дрожь.
— Подожди, постой, не здесь, — остановила мои руки Диана и, смеясь, потащила меня в квартиру.
Дверь захлопнулась, и мы прыснули от смеха. Если бы не Диана, мы могли бы заняться этим прямо на лестничной площадке — настолько нас обоих захлестывали страсть и взаимное притяжение.
— Иди сюда, — хрипло сказал я, потянув ее к себе.
— Подожди! — Она игриво хлопнула меня по руке и хихикнула. — Проходи в гостиную, я сейчас.
Она втянула меня в комнату. Я плюхнулся на диван, мое сердце стучало, как отбойный молоток.
Система сообщила о том, что со мной происходит на гормональном уровне, и я покачал головой: боже, я как мальчишка! Чувствовал себя старшеклассником в гостях у красивой одноклассницы с шансами на что-то большее…
Чтобы успокоиться и немного взять себя в руки, я принялся рассматривать обстановку. Взгляд зацепился за открытый ноутбук с фотографиями. На снимках были сотрудники хирургии: смеющийся Рамиль Зарипов с бокалом, рядом с которым стояли веселые Диана и Эльвира с букетом цветов. На следующей фотографии Рамиль задувает свечи на торте.
И дата стояла воскресная, 2 ноября. День, когда я был с родителями на даче.
Вошла Диана.
— Тебе нравится? — спросила она и крутанулась, демонстрируя новое бордовое платье, подол которого взметнулся колоколом.
Но меня интересовало другое.
— Что это? — Я кивнул на фотографии.
— Вчера у Рамиля день рождения был, — отмахнулась Диана. — Он нас всех к себе домой пригласил.
— Домой?
— Ну да, — хихикнула она. — В гости.
— И ты пошла?
— Э… конечно, все же пошли. — Ее глаза сощурились, и она с вызовом спросила: — А что такого?
— Ты знала, как он ко мне относится? Какие вещи творит… и говорит за спиной?
— Ну… Извини, Сережа, это только между вами.
— Но ты знаешь его отношение ко мне?
— Конечно. Все знают, что между вами что-то произошло. Эльвира рассказывала. Но при чем тут это? Ко мне же он нормально относится. — Диана с недоумением посмотрела на меня.
Внутри словно перевернули ведро со льдом.
— Да уж… — только и смог сказать я. — Хорошие у тебя друзья, Диана. Если вы такие друзья с Эльвирой, может, она рассказала, как Рамиль ее шантажировал? И что заставил сделать со мной?
— Ты меня что, контролируешь? — охнула она и уставилась широко распахнутыми злыми глазами. А я понял, что слова мои ее даже не удивили. Значит, знала. Или Эльвира рассказала не всю правду.
— Я? Контролирую? — Я так удивился, что даже не нашелся с ответом. — Диана, каким образом я тебя контролирую?
— Ты решаешь, с кем мне дружить! — фыркнула она.
— Я тебе никогда ничего такого не говорил. Дружи с кем хочешь. Я даже не знаю твоих друзей, — пожал плечами я.
— Но Рамиль…
— Диана, еще раз: Рамиль Зарипов — мой враг. И ты прекрасно об этом знала, но… — Я мотнул головой. — Нет, не понимаю. В голове не укладывается, как ты, будучи моей девушкой, идешь домой в гости к моему врагу после… Если бы Эльвира сделала то, что он ее попросил, я бы сейчас сидел в СИЗО с обвинением в изнасиловании!
Диана потупилась. Сказать ей было нечего.
А я продолжил:
— Для меня это точка невозврата. Я считал тебя человеком из ближнего круга, где только родители и ты. А теперь понимаю, что поспешил…
— Сергей! — перебила она. — Ты перегибаешь!
— Дослушай, ладно? Диан, я прожил достаточно, чтобы понимать одну простую вещь: близкие люди — это те, кто учитывает твои интересы, даже когда тебя нет рядом. Ты знала, что он меня ненавидит, и все равно пошла к нему в гости. Это твой выбор, я его принимаю.
Я помолчал, глядя на ее растерянное лицо.
— Работать вместе мы, вероятно, еще будем, коллеги же. А вот в ближний круг я пускаю только тех, кому могу доверять полностью. Ничего личного, просто жизненный опыт. Общайся с кем хочешь, но не со мной.
С этими словами я развернулся и вышел из ее квартиры.
В спину донесся ее яростный крик:
— Сережа! Ну что за детский сад?
Это был не детский сад. Это был вопрос доверия, которого между нами больше не было.
И я ушел.
Надеюсь, навсегда.
Сердце болело, причем не столько от разрыва, сколько от осознания простой вещи: она искренне не понимала, что сделала не так. И в этом, пожалуй, была главная проблема.
Большинство людей считают, что никто никому ничего не должен, и в девяноста процентах случаев они правы. Но оставшиеся десять касаются тех, кого ты сам впустил в ближний круг. Там другие правила, и, если человек их не чувствует интуитивно, объяснять бесполезно.
Диана — неплохой человек, просто мы оказались из разных систем координат. Что ж, полезный урок на будущее: прежде чем записывать кого-то в свою команду, стоит убедиться, что человек вообще понимает, что это такое.
Домой я вернулся в отвратительном расположении духа. Больно, когда теряешь любимых, но еще больнее, когда теряешь доверие. В лице Дианы я потерял и то, и другое, поэтому мне было плохо вдвойне. Ну и то, что снова обломался с сексом, настроения не прибавило, как и здоровья. Нужно налаживать половую жизнь, иначе ударит и по психике, и по здоровью.
  
Впрочем, хорошо, что ничего не случилось с Дианой. Иначе потом наш разрыв выглядел бы в духе «поматросил и бросил».
А вот плохо… Плохо, что я, похоже, все-таки что-то к ней испытывал, и сейчас разрыв терзал сердце.