Я не ее копия (СИ)

— Это ещё не конец! Я убью тебя Шагаев, а твою суку буду иметь во все дыры!
Ростов так страшно взвыл, что дежурный полицейский намерено вывернул ему руки чтобы Юзик не вздумал наброситься на нас.
— Катись в преисподнюю, где тебе место, мразь.
Гаркнул Леша, а я на сто процентов согласна с этим пожеланием.
— Введите, это бесполезно.
Когда за дежурным закрывается дверь, я немного расслабляюсь.
  
— Вы в порядке, Василиса?
Качаю головой. Чувствую, как адски начала болеть голова.
— Сделайте все, что в ваших силах, чтоб он сгнил в тюрьме.
Крепче сжимаю руку Леши, горя желанием скорее оттуда свалить.
— Непременно, — соглашается следователь.
Ещё некоторое время мы общались, заполняли необходимые документы, а потом свобода.
— Горжусь тобой, ты была сильной девочкой, — Лёша обнимает меня одной рукой и ведёт к автомобилю.
— Мне кажется, я была размазней, — смотрю на него с легкой степенью недоверия, крепче прижимаясь к нему.
Поднимаю взгляд, когда останавливаемся у машины.
— Все мои силы заключаются в том, находится ли мой лев за моей спиной. Я бы не справилась без тебя. Обещай, что мы больше не расстанемся.
— Я и в прошлый раз не собирался, — поджимает губы и смотрит куда-то вдаль, ему до сих пор больно за потерянное время, хотя он понимает, что та мера была вынужденной.
— Человек только что при тебе озвучил, что дрочил, пока моего мужа намотало на колесо… — качаю головой, потому что эта фраза, очевидно, никогда не сотрется из моего мозга, а затем касаюсь его, заставляя посмотреть на себя. — Мы наверстаем все, что упустили, родной. И тебе видимо придется сделать мне принца вслед за принцессой, чтобы наверстать все, что ты пропустил. Ох, уж эти звуки рвоты из туалета, весело будет, тебе понравится, — пытаюсь веселиться, чтоб приободрить его.
— Ты заманчиво завлекаешь мена на роды? — включается в игру и сжимает мою некогда тонкую талию.
— Ты же любишь у меня все контролировать, — веселюсь, — а то вдруг врачи неправильно твою дочь примут и не так на руки возьмут.
Леша принял свою дочь сам, первым взял в руки. Я лежала, бесконечно уставшая, но каким-то чудом при этом полная энергии, адреналин гонял по организму всю кровь, не давая отключиться.
— Эй, можно я тоже посмотрю чудо, которое произвела на свет? — улыбаюсь, обращаясь к любимому, потому что понимаю, что он завис. В ту минуту, как его взгляд сфокусировался на крошечном человечке, вся комната для него будто растворилась, и это было самое шикарное в мире зрелище. Но я сгорала от любопытства, и мне тоже не терпелось влюбиться в это крохотное лицо.
— Ты все таки решилась, как её назвать, или это сделаю я, пока ты здесь учишься надевать подгузники, любовь моя?
— Определиться с именем будет гораздо проще, если ты дашь мне наконец посмотреть на неё, — усмехнулась, придав голосу притворной сердитости. Как я могу сердиться на него? Он её сутки со мной рожал и делал массаж спины столько, сколько требовалось, пока я пыталась перетерпеть особенно сильные схватки.
Любимый наконец подходит ко мне, и у меня даже замирает дыхание на несколько секунд.
Она самая красивая девочка на всём белом свете. Это крошечное личико сделало слепок на моем сердце сразу же, как только я ее увидела.
— Алиса, — улыбнулась, протянув руку и коснувшись её, словно не могу поверить в то, что она настоящая. Поднимаю влюбленный взгляд на своего любимого и улыбаюсь, — одна лиса у тебя уже есть, будет две. Лиса и маленький лисенок.
— А мне она больше на Анечку смахивает, — подтрунивает Шагаев и смеётся, мстит за испорченные нервы в последние дни.
Я была безумно капризной и не знала, чего хотела. И имя меняла пять раз на дню.
Поднимаю задумчивый взгляд, потом перевожу взгляд на дочку, примеряя имя. Анечка. Анна Алексеевна Шагаева.
— Может и Анечка, — говорю негромко, растерянно, и к нам подходит доктор, забирая дочь для стандартных послеродовых процедур.
— Похоже, с именем дочери мы определимся после того, как ты относишься, родная.
Лешка держит мою руку, а глазами следит за медсестрой, которая ухаживает за хнычущей дочкой.
— Люблю вас, — выдыхает удовлетворенно и смотрит мне в глаза и кстати, замуж когда за меня выйдешь?
— Точно не сейчас, — смеюсь, представляя свой вид. Я не спала двое суток. Почему Леша еще не убегает с испугом мне непонятно.
— Шаг за шагом помнишь. Мы сделали огромный шаг. Следующий — свадьба.
Я понимаю природу его вопроса именно в этот момент. Собственник по натуре, а на бумаге никто, и должен проконтролировать, что принцессу Шагаевой запишут, а не по моей фамилии. А для этого нужно официально сделать Шагаевой и меня.
И я не то, чтобы простив, просто с огромным животом после того, как утряслась вся тягомотина с судами, было уже как-то не до этого. И теперь мой лев явно хочет взять свое.
— У тебя ровно месяц на то, чтобы впрыгнуть в то платье, от которого ты страдала каждый раз в ТЦ, когда мы гуляли.
— Изверг, — сделала большие и круглые глаза, — а это я куда дену за месяц-то! — хватаю руками круглый, уже не беременный живот. Да, принцесса из своего жилища выехала, но жилище то осталось.
Впрочем… Где наша пропадала? Придется напомнить телу, что такое спорт, и все, чем учил меня он, мой первый муж.
После суда, в котором Ростова впаяли пожизненный срок, Коля приснился мне. Мы гуляли по той же улице по дороге с его работы, по которой гуляли сотни раз, и много разговаривали. Он улыбался и гордился тем, какой я стала смелой и большой. Понимаю, что это проделки моего подсознания, чтоб усыпить ноющую совесть, но было, во-первых, бесконечно приятно вновь увидеть его, а, во-вторых, после этого сна мне стало немного легче. И теперь я вспоминала о нём не с болью и виной, а с легкой грустью и улыбкой.
— Ладно, — смотрю внимательно на Шагаева. — Твоя взяла. Через месяц в ЗАГСе. Я буду в белом.
— А я буду с дочкой, — играет бровями мой уже почти муж, — удиви нас.
Алексей
Стою у окна, за спиной кряхтит Анюта, а я улыбаюсь, понимая, что наконец-то моя жизнь вошла в правильное русло. Две девчонки навечно поселились в моем сердце, и я этому несказанно рад.
Сегодня Василиса стала моей женой. И да, она рано утром, покормив малышку, умчалась наводить красоту, оставив дочь на меня и нянечку. Стрекоза. Свела меня с ума, надолго, а может быть и навечно. Я предвкушал нашу роспись, ждал этой минуты, как пацан. А в самый ответственный момент дрожащими пальцами надел кольцо на палец той, которая изменила меня навсегда.
Дочь забавно чмокает, а я знаю этот звук, довольна тем, что ее животик наелся. Даже могу не поворачиваться и сказать, как именно она смотрит на маму. С улыбкой. Крошечная пуговка, а уже улыбается. Я просто в шоке. Губками ловит сосок и довольно мурлычет. О да, я сам без ума от пышной груди своей девочки. А сегодня именно тот день, когда наконец-то смогу попробовать Василису в качестве жены. Жадно подмять под себя и наконец-то не сдерживать свою сущность, а брать её до изнеможения.
— Уснула? Спрашиваю свою жену и поворачиваюсь к девчонкам.
Одна довольно сопит у груди, а вторая гладит темные волосики и улыбается мне, изучая меня с ног до головы.
Развязываю пояс халата и даю понять, что я весь на грани.
— Оу, бонжур, мисью, — усмехается девчонка, глядя на свой трофей.
Аккуратно поднимается на ноги с малышкой, укладывает её в кроватку, кладёт рядом радионяню, чтобы прибежать по первому зову, если дочка закряхтит.
Подходит ко мне, прильнула всем телом, трётся кожей о мою напряженную кожу.
  
— Кыш, твоя жена не против пошуметь, а я не хочу разбудить принцессу.
Бросаю на дочь влюбленный взгляд, мысленно посылаю ей слова любви и только потом смотрю на свою драгоценность. Вызов в глазах, халатик почти распущен, пальцы дерзко изучают мое голодное тело.
— Не жди пощады, Шагаева, ты меня знаешь, дергать тигра за усы опасно.