Я не ее копия (СИ)

В какой-то момент что-то поменялось. И я с трудом понял, что именно. Пояс моего халата внезапно разошелся, так же как и полы халата. Неловко как-то.
— Оставь, — слышу голос Ольги или это банальный глюк?
— Ты это сделала?
Согласно кивает головой, и я понимаю, что моя невеста становится на колени передо мной и целует низ моего живота.
— Хочу сделать тебе хорошо, Лёш.
  
— К чему это? — не понял я прикола, она видимо шутит.
— Если до свадьбы ещё далеко, я бы хотела хоть как-то облегчить твою боль.
— Так, внятно объясни мне, что ты имеешь в виду.
Но мне нравится, что я вижу. Ольга успела сжать у основания мой член и проехаться по нему тонкой горячей ладошкой.
— Девчонки говорят, что лучше минета ничего нет. Мужчины это любят. Почему бы нам не сделать это?
— Ты в этом уверена?
— Уверенна.
Я прикрыл глаза от удовольствия, когда пухлые губки сомкнулись на моей головке. Посасывания были такие неловкими, но Ольга старалась. Несколько раз я слетал с катушек и делал резкие толчки, она кашляла, но не отпускала мой ствол. Никогда бы не поверил, что эта неловкая возня меня перевозбудит.
— Да, детка, соси его сильнее, — рыкнул довольно и поддался вперёд.
Я кончил болезненно и обильно, не смотря на то, что недавно у меня был секс. Сперма залила ротик Ольги. Девушка соскочила на ноги и умчалась в ванную. Дурак. Она же ещё девчонка, а я вновь за старое. Я люблю долбить женский ротик, люблю, когда женщина сглатывает и смотрит снизу вверх. Оля ещё невинна и чиста. Впрочем, пусть привыкает.
— Я сделал тебе больно?
— Он точно во мне поместится? — слетает с ее губ.
— Конечно поместится, просто первый раз будет дискомфортно.
— Василиса говорила, что у ее мужа очень большой, и они не сразу смогли это сделать.
Так стоп. Я ослышался? Что она только что промямлила?
— Ты о чем?!
Ровно через час я стоял на пороге квартиры Дроновых и до позеленения топил дверной звонок.
— Нам нужно. Серьезно поговорить, — делаю шаг в квартиру без приглашения, игнорируя то, что Василиса кутается в тонкий халатик.
— Можешь отправить по электронной почте все свои умные мысли, — зевнула девчонка, ежась. — Я не хочу разговаривать с тобой. Уходи.
— Что ты растрепала Ольге? Она пришла ко мне с желанием спасти меня от себя самого.
— Что? — кривится удивлённо. — Ничего подобного я ей не говорила, комплекс спасительницы я оставила там же, где хорошее расположение к тебе — глубоко в прошлом. Уходи.
— Я конечно все понимаю, но какую цель ты преследовала, говоря Ольге о своем первом опыте с мужем?
Подпирает бока руками.
— Я не говорила о своём первом опыте с мужем. Она спрашивала про члены и размеры. Я сказала, что у него большой, а у тебя обычный. Всё, — пожимает плечами, впиваясь дерзким взглядом.
— Значит у мужа больше и лучше?
Хмыкаю, очень интересное кино.
Поджимает губы. Качает головой.
— Хочешь обсудить? Правда, Лёш? Что учудила твоя Барби, что заставило тебя почтить мою скромную персону визитом?
— Ты ненормальная? — я шокирован ее поведением и реакцией, это реакция ревности и злости, она мстит мне или это то, о чём я думаю? До сих пор влюблена?
— Нормальная. Этот разговор меня утомляет, говори, зачем пришёл, и проваливай.
— Она сделал мне минет, с твоей любезной подачи. Ты зачем Ольгу вплетаешь в свои извращённые фантазии? Или у тебя не все так гладко в постели с мужем, у которого огромный член?!
— Ты, правда, думаешь, что я стала бы уговаривать твою куклу делать тебе минет? — презрительно изгибает бровь. — Мне это зачем? Очень пекусь о члене любимого дядюшки?
Смотрит прямо в душу своим ледяным взглядом.
— Колю не вмешивай, он тут ни при чём.
— Как знать, возможно воспоминания о члене дядюшки мешают спать тебе по ночам, — хмыкаю надменно, рассматривая строптивую пигалицу, которая возомнила себя всесильной.
Девчонка искренне смеётся.
— О да. До сих пор реву в подушку. Трахни меня, пожалуйста, чтоб крепче спала по ночам, — издевательски корчит личико, и тут же становится серьезной. — Уходи.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мне нравится твое предложение.
Я себя не контролировал в тот момент. Она не успела отскочить, когда я схватил ее за руку и дёрнул на себя. Вжал в свою грудь и не дал ей возможности пошевелиться.
— Есть очень действенный способ проверить мои подозрения, любимая племяшка.
Я впечатываю ее в стену и набрасываюсь голодным поцелуем на этот вздорный ротик. Голая под халатиком. Два пальца проникают в нее без проблем. Горячая и влажная. Стонет мне в рот и в тоже время вырывается. Черт, я понимаю, что меня это в ней возбуждает. Сука.
Я отскакиваю от нее и ошарашено смотрю на свои пальцы, по ним течет ее сок. Я впечатываюсь спиной в противоположную стену и пытаюсь прийти в себя. Горло сжало спазмом, слов нет. Зато сердце готово выскочит из груди.
— Доказал себе что-то? — дышит тяжело, взгляд тяжёлый, ненавидящий. — Я страстная женщина с нормальным либидо. Ты мой бывший половой партнёр. Америку себе открыл, что моё тело на тебя реагирует?
Её щеки горят, а тело мелко трясёт.
— Хочешь ещё реакцию, папочка?
Подлетает ко мне быстро, одним шагом сокращая расстояние между нами, и что есть мочи ударяет кулаком в скулу.
— Убирайся к чертовой матери из моего дома, — рычит утробно, как разъярённая тигрица.
Тру ушибленное место, подавляя желание не вмазать ей в ответ звонкую пощёчину. Скалюсь и смотрю на упругую грудь, которая показалась перед моими глазами. Тянусь к ней и сжимаю сосок, до боли.
— Любящая женщина на других мужиков не будет реагировать, а ты банальная врушка. Ты не просто влажная, ты течешь. С Колей так же?
Бьёт меня по руке, отталкивая от себя, резко запахивая халат.
— Лучше, — бросает гневно. Её ладонь хватает мою ширинку, и девчонка ядовито ухмыляется, — оу, и что это тут у нас? Любящий мужчина, а стояк на врушку вот-вот штаны прорвёт.
Я сжимаю ее запястье, делаю ей больно. Ослабляет хватку. Свободной рукой распахиваю ее халат и прижимаюсь губами к груди. Черт. Я не контролирую себя. Хватаю ее лицо ладонями и целую до изнеможения.
Несколько минут в комнате стоит звенящее молчание, нарушаемое лишь звуками наших поцелуев. Тонущими во рту друг друга стонами и рыками, причмокиваниями и покусываниями. Она вцепилась мне в волосы, сжав до боли, а я вжал её в стену, скользя пальцами по её телу, тонкой талии, торчащим рёбрам, округлым бёдрам.
Её пальцы цепляются за меня, как утопающий цепляется за соломину, и она целует. Жарко. Жадно. До умопомрачения.
Когда я подхватываю её за бёдра, она запрыгивает на мою талию и опоясывает бёдра с готовностью.
Несу её к ближайшему столу, не разрывая поцелуя. Целую, пока не заканчивается кислород в лёгких. Утыкаемся друг в друга лбами, тяжело дыша, как после драки. Она цепляется пальцами в мою рубашку, сжимает ткань до хруста, а потом вдруг говорит.
— Нет. Нет. Нет, нет, нет! Ты должен уйти, — её руки вытягиваются в струну, глаза наполняются слезами. — Пожалуйста, уходи!
— Ты же этого хочешь, вкусная девочка, — хриплю ей в губы.
— Нет, — отвечает резко, уверенно. — Я не хочу этого. Я хочу, чтоб ты ушел. Тебе пора, Лёша. Тебя невеста ждёт.
— Прости, я не должен был. Это все помутнение какое-то. У тебя муж. А это главное. Забудь.
Отрываясь от нее, глаза настырно ласкают ее широко разведённые бедра. Блестит от перевозбуждения, а набухший клитор так и хочется обхватить губами. Дебил. Она замужем.
Я вылетаю из этой квартиры итак быстро, словно тысяча чертей вилами в задницу гнали. Что это только что было?!
    
25 глава
 
Василиса
Когда входная дверь захлопывается, я сворачиваюсь калачиком на столе, подтягиваю к лицу колени и громко рыдаю. Я не знаю, сколько времени прошло прежде, чем слёзы иссохли. Несколько раз звонил телефон, Коля и кто-то из одногруппников, поняла по рингтону. Не поднимала. Абонент вне зоны действия сети.