Я не ее копия (СИ)

Я выиграла лотерейный билет там, где не подозревала. Коля был самым лучшим в мире мужем.
Мы долго разговаривали в тот день, когда с лёгкой руки Шагаева оказались посватаны. Я всё ему рассказала, как есть. Он видел синяки и засосы. Он знал, что это за сделка. Шагаев назвал цену моей свободы от него и это всё, что мне было нужно.
— Но я не собираюсь использовать тебя. Правда. Я хочу попытаться стать хорошей женой. Но мне нужно время, возможно, много времени. Подумай хорошенько, нужно ли это тебе.
  
Он согласился, чем поверг меня в шок. И не нарушил своё слово с тех пор.
Мы чудесно провели время у моря. Отдыхали, ездили на экскурсии, много разговаривали. Ближе к концу отпуска, после ночи с бутылкой шампанского на берегу моря он попытался предпринять решительные шаги, но я не была готова.
Моё тело ещё помнило его прикосновения. И сжималось все от идеи секса с другим.
Но я взяла на вооружение свой же совет. Один шажок за другим. Я позволила Коле целовать себя, как муж целует жену, и он быстро показал, что знает толк в поцелуях.
Когда мы вернулись, со мной сразу же связались адвокаты отца. Вступление в наследство тоже заняло время. И самое неприятное, мне предстояло то, чего я не хотела — новая встреча со своим опекуном.
Нас пригласили для подписания бумаг в ничем не примечательный понедельник.
Коля привез меня и ждал в машине. Я подошла к кабинету, толкнула дверь и вошла.
Я не видела его три недели. Ну, как не видела. Вживую. Потому что он пытал меня своим присутствием каждую ночь, в каждом чертовом сне.
— Василиса Вадимовна, вы вовремя. Алексей Викторович торопится, давайте уладим всё как можно скорее.
— Без проблем, — киваю прохладно, присаживаясь в соседнее от Шагаева кресло. — Негоже заставлять Алексея Викторовича ждать.
На мне короткое летнее платье, загар подчеркивает упругость кожи и скрывает бледный последний синяк от его прикосновений.
Неожиданно адвокат встаёт и покидает кабинет. Я ничего не понимаю и смотрю на Шагаева вопросительно.
— Минутка релакса, Василиса. Прекрасно выглядишь. На курорте глупые мысли о дядях выветрились? — улыбается, рассматривая меня с ног до головы, а сам неосознанно сжимает и разжимает пальцы, лежащие на подлокотнике кресла.
— В гробу я видала твои комплименты, — мило улыбаюсь в ответ, повернув лицо к нему.
Я ненавижу то, как сильно всё моё нутро тянется к нему. Но ему я больше не покажу своей слабости. Это ни к чему не приведёт.
— Мои мысли больше не твоя головная боль. Поздравляю, ты свободен. Это ни с чем несравнимое чувство, теперь я тоже это понимаю. Нет ничего хуже зависимости. Спасибо, что избавил меня от неё.
— Новый мужчина, хочу верить, лучше меня. И сделает тебя примерной женой и матерью.
Смеюсь.
— Лёш, ты не задирал планку высоко. Буквально любой вменяемый мужчина будет лучше тебя.
— Выздоравливаешь, это радует, — улыбается, но уже не так искренно, как минутой ранее.
— Да, спасибо, хоть что-то хорошее ты таки сделал. Море отлично проветрило мои затуманенные мозги. Дышать стало намного легче. Тебе, уверена, тоже. Никто больше не нарушает твой покой. Я рада за тебя.
— Не благодари.
Встаёт из кресла и зовёт адвоката, который делает всё быстро и без проволочек. Шагаев сразу прощается и покидает кабинет.
Я тоже не задерживаюсь, выхожу из здания и вдыхаю полной грудью. Прихожу в машину к Коле.
— Всё кончено. Я окончательно свободна от него.
— Он тебя расстроил?
— Пошёл он к чёрту.
Отрезаю сразу. Расстроил. Выпотрошил грудную клетку — это не расстроил. Не хочу говорить об этом.
— Не будем о нём. Лучше о нас. Я свободна, теперь окончательно. Знаешь, что это значит?
Бросаю на мужа долгий взгляд.
— Ты не будешь больше грустить, и у меня есть шанс? — улыбается и тянется рукой ко мне, проводит по волосам и словно ждёт разрешения.
— Намёки ты не понимаешь, как мило, — улыбаюсь, касаясь щекой его ладони. — Это значит, что мы займёмся сексом сегодня. Поехали домой.
— Прямо сейчас? — словно тормозит и не верит тому, что услышал.
Меня умиляет его растерянность.
— Нет, — смеюсь и качаю головой, — не в машине в центре города. Дома, в нашей постели. Давай начнем с того, что заедем в магазин и захватим вина. Кажется, бокальчик будет не лишним ни мне, ни тебе.
Коля берет мою руку в свою и целует каждый пальчик. Смотрит так пристально, что отвожу взгляд.
— Я искренне рад, что ты начинаешь оживать, малышка.
Он склоняется к моим губам и нежно, едва касаясь, целует меня.
Едем домой, естественно через магазин. В квартиру Коли вваливаемся поспешно. То есть я чувствую, как нетерпелив мой муж. Едва хлопнула за нашими спинами входная дверь, я почувствовала, как спиной вжимаюсь в грудь Коли.
— Хочу видеть тебя обнаженной, малыш.
— Думаешь, увидеть там что-то новое? — усмехнулась, вспоминая свою бесславную обнаженку в тот вечер в отеле. Он спас меня тогда своим огромным телом от нескольких пар любопытных глаз. И это был не единственный раз, когда этот мужчина спасал меня.
Я поворачиваюсь к нему, во взгляде появляется озорство и любопытство.
— А вот я не видела тебя обнаженным. Это срочно нужно исправить.
Отступаю на шаг назад, беру ладонями подол своего платья и снимаю его с себя, бросая на пол.
Коля долго стоял и смотрел на меня. Даже не так. Он стоял и впитывал взглядом всю меня и постепенно расстёгиваю каждую пуговку на своей рубашке. Не трогаю его, просто наблюдаю, как летит на пол первая вещица. Настал черед джинсов. Здесь он не стал медлить, а поспешно расстегнул молнию и стащил остатки одежды одним махом. На волю вырвался внушительных размеров член.
— Так устраивает, малая? Можешь его приласкать.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Стою и не сразу делаю следующий вдох. Чувствую, будто меня ударили.
Всеми силами стараюсь не вспоминать того, кто говорил это мне в прошлый раз.
Прищуриваюсь.
— Я думала это меня здесь нужно приласкать, — бросаю недовольно.
Хватит. Наласкалась. Так не пойдёт.
— Не вопрос, принцесса, — улыбается мой огромный и нежный мужчина, подхватывает на руки и несёт в спальню, бросает на кровать и не даёт мне времени на передышку.
Его губы прикасаются к моему клитору, а огромные ладони сжимают бедра и не выпускают.
Я чувствую оцепенение. И предполагаю, что он тоже это почувствует. Поэтому пытаюсь расслабиться и снова мобилизирую все силы, чтобы заставить голову не думать о нём. Не думать о том, кто делал это в предыдущий раз. И о том, как это было.
— Поцелуй меня, — прошу, пытаясь отвлечь его от уже знакомого сценария.
Мужчина отрывается от клитора и пристально смотрит мне в глаза. О чем думает? Непонятно.
Он тянется вверх, медленно покрывая поцелуями мой живот. Добрался к груди, смял и втянул губами торчащий сосок.
— Продолжать?
Чувствую себя дрянью. Со мной рядом красивый, хороший мужчина. А я не могу сконцентрироваться на нём, а вижу призрака.
Призрака. Чёрт!
Я поступаю с ним так, как поступили со мной. Нет, не будет так. Я не такая дрянь.
— Да, — говорю уверенно, притягивая его к себе. — Да. И не слушай меня. Покажи, как тебе нравится.
— Я люблю тебя, маленькая женщина, — трепетно слетает с губ Коли, когда он нависает надо мной и заполняет меня собой.
Я не отвечаю, просто обнимаю его и прижимаю к себе. Я не знаю, когда я смогу сказать ему эти слова. И смогу ли.
Один шажок за другим. Сейчас нужно понять получится ли пройти этот этап.
Я расслабилась и постаралась максимально выключить голову. С каждым его толчком я всё больше пыталась выбросить из головы того, кто вколачивал в меня своё мужское достоинство в последний раз. Но получалось слабо.
  
— Моя принцесса, — выдохнул на ухо и кончил бурно, и как мне показалось болезненно, вжимаясь в меня.
Его прерывистое дыхание о многом говорило. Он хотел меня до безумия. Это чувствуется.