Серебряная колдунья (ЛП)

— Не волнуйся, солнышко. Я всё ещё вас ненавижу.
Ладно, это не совсем правда. Я, конечно, не испытывала ненависти к Доминику, Валерио или Оливеру. И я не знала никого из этих охранников достаточно хорошо, чтобы по-настоящему ненавидеть их.
— Но это касается не только вас, — продолжила я. — Когда Лорд Кицунэ превратил моё устройство в бомбу и отправил её в здание, полное людей, он и мне навредил. Он испортил мою работу, и я не могу оставить такое оскорбление без ответа.
  
Доминик подошёл и встал по другую сторону от меня.
— Ты действительно веришь, что за этим стоит Лорд Кицунэ?
— Да, похоже, улики указывают именно на это. Лорд Кицунэ передал камеру омоложения непосредственно Лорду Дракону. Устройство было скомпрометировано, оно было настроено на взрыв. Так что, если только Лорд Дракон не решил взорвать свой собственный Лом…
— Дом Кицунэ, — прошипел Доминик.
— К сожалению, проблема гораздо серьёзнее. Дом Кицунэ не смог бы провернуть это в одиночку. Кто-то на месте — кто-то, кто уже был здесь, внутри Горы — должен был привести устройство в действие. Если бы это сделал Лорд Кицунэ, устройство не добралось бы сюда. Судя по тому, как эта штука была настроена на взрыв, от момента саботажа до взрыва было не так уж много времени, — я извлекла магический датчик и протёрла его чистой тряпочкой. — Ненавижу сообщать плохие новости, но вот что я скажу: среди вас, ребята, скрывается саботажник. Есть идеи, кто бы это мог быть?
Доминик, Валерио и Оливер переглянулись в поисках ответов, но, похоже, ни у кого их не было.
— Хорошо. Думаю, мне просто нужно ещё кое-что осмотреть, — сказала я, направляясь через комнату к большой дыре в толстой и устойчивой стене.
Судя по всему, камера омоложения была вплотную придвинута к стене, когда произошёл взрыв. Я заглянула в отверстие, но было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Должно быть, в комнате отключилось электричество.
Я достала фонарик из своего переносного ящика с инструментами и нажала на кнопку. Ничего не произошло. Я щёлкнула им ещё несколько раз, прежде чем он, наконец, включился. Проблема не только в электричестве; вся магия тоже немного шалила.
Светя фонариком перед собой, я осторожно пролезла в дыру. Меньше всего мне хотелось поскользнуться на сместившихся обломках и упасть на задницу… или напороться на кусок арматуры. Мне удалось протиснуться в отверстие, не сделав ни того, ни другого, и я оказалась в огромном помещении, где пахло дымом и огнём. К счастью, я не увидела ни того, ни другого. Должно быть, всё уже нейтрализовано. Что я увидела, так это множество сундуков с золотом на полу и стеклянные коробки на каменных подставках. Это было похоже на комнату с сокровищами в видеоигре.
— Я так понимаю, это что-то вроде хранилища? — спросила я.
— Да, — сказал Доминик, проскальзывая в дыру вслед за мной. — Здесь мы храним наши самые ценные сокровища.
Это объясняло необычно толстую и устойчивую стену. Это была укреплённая стена хранилища. И взрывная волна прошла прямо сквозь неё. Мне действительно нужно прекратить создавать такие мощные устройства. Их слишком просто превратить в бомбы сверхразрушающего действия.
— Это не акт саботажа. Это был акт воровства, — осознала я.
— Арина?
Я повернулась к Доминику.
— Валерио сказал мне, что Дом Кицунэ сейчас испытывает нехватку наличных. Он сказал, что они приняли несколько неразумных деловых решений.
— Это правда.
— Я думала, Лорд Кицунэ продал Лорду Дракону мою камеру омоложения за деньги, но всё не так просто. Истинной целью Лорда Кицунэ было проникнуть внутрь Горы, чтобы его сообщники могли взорвать её и попасть в это хранилище. Но что они хотели украсть?
Я оглядела хранилище. Оно по-прежнему было битком набито сокровищами, так что воры пришли сюда не за тем, чтобы забрать всё. У них была одна конкретная цель, нечто настолько редкое и мощное, что они взорвали мою единственную в своём роде камеру омоложения, чтобы заполучить это. Но что им было нужно? Чего не хватало в хранилище?
— Лорд Кицунэ, должно быть, планировал это ограбление несколько недель, — сказал Доминик, пока мы с ним обыскивали хранилище. — Чтобы воплотить в жизнь свой план, ему нужно было что-то особенное: элемент Магитека, достаточно мощный, чтобы проделать дыру в стене хранилища, и достаточно привлекательный, чтобы мой отец не смог устоять перед его покупкой. Лорд Кицунэ знал, что ты — лучший кандидат, способный создать для него это устройство, так же как он знал, что ты никогда не создала бы то, что он хотел, если бы у тебя был выбора. Вот почему он дал тебе рекомендательное письмо. Так что ты была у него в долгу.
— Ненавижу политику, — проворчала я.
— Теперь нам просто нужно выяснить, чего хотел Лорд Кицунэ и кто ещё работал с ним, чтобы добиться этого.
— Думаю, я могу помочь вам с одной из этих вещей, — я указала на один из постаментов, единственный, на котором не было стеклянного ящика для хранения. — Что там раньше хранилось?
На лице Доминика появилось мрачное выражение.
— Магическая карта.
— Это случайно не та магическая карта, на которой показаны все порталы в Авалоне, ведущие в другие миры, включая те, которые ещё предстоит открыть, не так ли?
Его глаза сузились.
— Откуда ты знаешь об этой карте?
Я знала об особой карте Дома Дракона с того дня, как побывала в теле Доминика, но эта история была слишком длинной, чтобы вдаваться в неё прямо сейчас.
— Забудь, — сказала я. — Теперь мы знаем, что забрали воры. Вопрос в том, что они планируют с этим делать.
  
Глава 4. Право от рождения
 
Мы с Домиником направились обратно к главному входу в хранилище. Что бы ни замышляли Лорд Кицунэ и его сообщники, разгадка крылась не в набитых сокровищами ящиках и витринах. Мы уже узнали здесь всё, что могли.
— Доминик, Арина, — Оливер просунул голову в отверстие в стене. — Вы должны это увидеть, — он снова исчез.
Я пролезла через отверстие обратно в Комнату Обработки, где Оливер и Валерио встретили нас с мрачными лицами.
— Что-то случилось, — сказала я, нахмурившись.
— Кое-что действительно случилось, — Оливер передал Доминику планшет, который тот держал в руке. — Я наконец-то получил запись с камер наблюдения из Комнаты Обработки, с событиями часовой давности. Смотрите.
Доминик нажал на кнопку воспроизведения, и я придвинулась поближе, чтобы посмотреть. Комната, которую мы видели на видео, была ещё до взрыва. В стене не было дыр, а на полу не валялось мусора. Двое мужчин в униформе обслуживающего персонала Дома Дракона вкатили мою камеру омоложения в помещение, проехали мимо стены с холодильными камерами и припарковали её рядом со штабелем автомобильных покрышек. Один из мужчин прикрепил наклейку к верхней части камеры омоложения, после чего они ушли. Дверь за ними закрылась. Тусклый индикатор сделался красным, сигнализируя о том, что комната заперта.
В течение нескольких секунд на видео стояла мёртвая тишина, пока внезапный, массивный удар не заставил меня подпрыгнуть. Кто-то ударил кулаком по стеклянной стенке одной из холодильных камер. Затем дверь открылась, и оттуда, пошатываясь, вышел человек, дрожащий всем телом.
— Что это? — спросила я.
— Холодильная камера. Для трупов, — сказал мне Доминик.
— Он не похож на труп, — я указала на мужчину на видео, который возился с ручкой другой холодильной камеры.
— Да, не похож, — согласился Доминик, когда мужчина наконец открыл дверцу и из холодильника появился ещё один человек.
  
— К вашему сведению, они все были мертвы, когда мы их туда положили, — сказал Оливер.
Я уставилась на него, разинув рот.
— Что это, чёрт возьми, за холодильник такой?
Что бы это ни было, моя камера омоложения меркла в сравнении. Моя камера может омолодить людей, но не воскресить их из мёртвых.
— Дело не в холодильнике, Арина. Дело в людях.