Серебряная колдунья (ЛП)

— Уж ты-то, Мистер Благопристойность, как никто другой, можешь видеть проблему в том, что мы занимаемся сексом на моём кухонном столе, пока наши дети в соседней комнате, — прошипела я.
— Они отвлечены, играя в видеоигры. Для уничтожения такого количества динозавров требуется большая концентрация.
— Это отвлечение длится только до тех пор, пока они не проголодаются и не пойдут на кухню перекусить.
  
— Перекусываем перед ужином? — он прищёлкнул языком и произнёс тем восхитительным, бархатистым голосом, от которого я практически растаяла у его ног: — Само собой, ты воспитала их лучше, Арина, — он подмигнул мне.
Я нахмурилась, глядя на него.
— Ты подшучиваешь надо мной.
— Да, — его взгляд медленно, не спеша прошёлся по моему телу. — И нет.
У меня от возмущения отвисла челюсть.
— Ты…
— Да?
— Ты невыносимо раздражающий.
— Я надеялся услышать «восхитительный», но и с «невыносимо раздражающим» можно поработать.
Я зарычала на него.
— Я могу подождать, Арина, — Доминик облизнул губы. — По крайней мере, до окончания ужина.
— После ужина ты пойдёшь домой, — сказала я ему, хватая тёрку для сыра.
— Посмотрим, — ответил он с декадентским смешком.
Я продолжала готовить ужин в тишине, всё это время стараясь смотреть на свою работу, а не на Доминика. Но я ничего не могла с собой поделать. Я продолжала украдкой поглядывать на него. И это отвлекало меня. Не раз я едва успевала остановиться, чтобы не перепутать количество ингредиентов. Это было безумие. Я готовила макароны с сыром, чёрт возьми. Как, чёрт возьми, я могла испортить такое простое блюдо?
В конце концов, ужин не превратился в катастрофу. Дети съели макароны с сыром с таким же энтузиазмом, как и всегда. На самом деле, даже с бОльшим энтузиазмом. Должно быть, после этого маленького приключения они особенно проголодались. Кассиан даже съел свой салат без жалоб, что было поистине удивительным явлением, учитывая его врождённое недоверие ко всему зелёному или листовому.
Я видела, что он пытался произвести впечатление на Доминика. Он смотрел на своего отца так, словно тот был звездой всего мира. Думаю, этого следовало ожидать. Он и Калани выросли без отца, в окружении одноклассников и друзей, у каждого из которых был отец. Они с Домиником, очевидно, сблизились во время своего приключения.
— Расскажите мне больше о том, что произошло в том, другом мире.
— Это было потрясающе, — сказал Кассиан, накладывая себе на тарелку ещё макарон с сыром. — Нам пришлось сразиться с гигантским растительным монстром. Он был выше нашего дома и очень злобный, с ядовитыми щупальцами, и он выплевывал в нас большие, острые как бритва шипы. Это было потрясающе, мам. Потрясающе.
— Ты часто повторяешь это слово.
Кассиан буквально светился от возбуждения.
— Потому что это было потрясающе. Это самое весёлое, что у меня было в жизни. Вообще когда-либо. Тебе следовало бы чаще портить свои эксперименты и отправлять нас в незнакомые миры.
— Это не мой эксперимент привёл к такому результату. Это был эксперимент Дома Дракона, — я посмотрела на Доминика.
Он поднял свой стакан с водой в жесте тоста.
— Нет боли — нет результата.
— Благоразумие — лучшая часть доблести.
— Арина, давай будем честны на минуту. Ты сама когда-нибудь придерживалась этой философии?
— А ты придерживался? — выпалила я в ответ.
Его улыбка была такой самодовольной, такой бесящей, что мне захотелось съесть её прямо с его губ. Вместо этого я схватила сервировочное блюдо и огрела Доминика… э-э-э, нет, положила себе ещё макарон с сыром.
— Чёрт возьми, — проворчала я себе под нос.
Он усмехнулся.
— Селена Сатори говорит, что это плохое слово, — сказала Калани.
— Какое слово? — спросил её Кассиан.
— Чёрт возьми, — тихо произнесла Калани, затем быстро прикрыла рот рукой, широко раскрыв глаза.
— О, есть слова и похуже, — радостно воскликнул Кассиан. — Например…
— Нет необходимости перечислять их, Кас, — оборвала я его.
— Но я хочу продемонстрировать свой превосходный словарный запас, — заныл он.
— Превосходный словарный запас ругательств? — Калани рассмеялась.
Кассиан одарил её улыбкой.
— Он намного лучше, чем у тебя. Например…
— Нам не нужны примеры, Кас, — я потёрла затылок. — Мы и так знаем эти слова.
— Ну не знаю, мам. Думаю, я знаю несколько слов, которых не знаешь ты.
— Я очень надеюсь, что нет! Чему тебя учат в этой школе?
У Калани был готов ответ.
— Истории, арифметике, естественным наукам…
Кассиан прервал её громким зевком.
— Кассиан, пожалуйста! — отругала я его. — Веди себя прилично. У нас гости.
Кассиан посмотрел на Доминика.
— Он не гость, мам. Он член семьи. И он классный.
— Как бы то ни было, ты должен хотя бы попытаться притвориться цивилизованным человеком.
— Но ты учила нас вести себя не так!
Доминик усмехнулся. А я закрыла лицо руками.
Кассиан нахмурился.
— Я имел в виду, что ты воспитывала нас быть самими собой, а не вести себя чопорно и «цивилизованно», просто чтобы произвести впечатление на людей.
— Он прав, Арина. Именно этому ты их учила, — сказала Серелла, а затем, воспользовавшись своими способностями к превращению, удлинила свою лапу, потянулась через стол и положила себе ещё еды. Эта пука съедала больше, чем все мы, вместе взятые.
— Да, хорошо, я действительно учила вас этому, — сказала я, глядя на своих детей. — Но, надеюсь, я также научила вас тому, что всему своё время и место. И ужин — не время и не место демонстрировать свою коллекцию ругательств, Кас. Если ты действительно хочешь произвести впечатление на Доминика, как насчёт того, чтобы рассказать ему о том, как хорошо ты учишься в школе?
— Зачем ему слушать о чём-то таком скучном?
И снова Калани не упустила возможность ответить вызов.
— Потому что успехи интереснее, чем рассказы о том, как тебя отправляли в кабинет директора.
— С каких это пор?
Калани проигнорировала брата, вместо этого переключив своё внимание на Доминика.
— Я в школе получаю все пятёрки. Я также выиграла последние соревнования по гимнастике, хотя совсем недавно присоединилась к команде.
Кассиан закатывал глаза от каждого достижения, которое перечисляла его сестра.
— Это очень впечатляет, — сказал Доминик Калани. — Ты уже прекрасная и образованная молодая леди, яркая звезда Авалона, которая затмевает большинство других жителей этого прекрасного города.
Калани улыбнулась в ответ на его похвалу. Я вынуждена была сказать о Доминике Драконе одно: этот мужчина не лишен красноречия.
Но он ещё не закончил.
— Твоё упорство и грация поистине замечательны, особенно для такого молодого человека. Продолжай делать то, что делаешь, и я верю, что ничто не помешает тебе осуществить свои мечты.
— Спасибо, — сказала Калани с широко раскрытыми глазами.
Доминик повернулся к Кассиану.
— А ты, молодой человек? О чём ты мечтаешь?
Кассиан пожал плечами.
— В основном мне просто нравится всё взрывать.
Я вздохнула.
А Кассиан широко улыбнулся.
— Чем больше, тем лучше. Ты понимаешь это, Доминик. Я знаю, что ты понимаешь. То, как ты всё взрываешь… вау! И эти огромные огненные шары! Я хочу научиться создавать огромные огненные шары. Большие, как сверхновые звёзды. Ты можешь научить меня?
— Если хочешь. Как насчёт того, чтобы сделать это после ужина?
— Да!
— Где мы будем практиковаться?
— В гостиной?
— Только если твоя мама не против.
— Я определённо против швыряния огромных огненных шаров в гостиной.
Кассиан вздохнул, как будто я только что отказала ему в элементарном праве человека.
  
— Как насчёт того, чтобы выйти на улицу? — спросил он Доминика.
— Да, конечно, запускайте огненные шары в лесу, — слабо рассмеялась я. — Особенно в лесу, который окружает наш дом.