Серебряная колдунья (ЛП)

— Хорошо. Отлично. Попросите вашего ассистента позвонить моему ассистенту и назначить нашу первую встречу.
— Я не знал, что у вас есть ассистент.
— Нет. Но именно так сказал бы Глава Дома, не так ли?
— Это действительно так. Хотя он — или она — произнёс бы это более… изящно. Вы не думали о том, чтобы перенять акцент для своего нового Дома?
— До свидания, Лорд Виверна, — ответила я и повесила трубку.
  
— Всё прошло хорошо, — прокомментировала Серелла.
— Как всегда, в беседах с моим дядей.
И вскоре я стану общаться с ним чаще, чем когда-либо. Я, конечно, была не в восторге от того, что мне придётся встречаться с ним дважды в неделю. На самом деле, он последний человек на планете, которого я бы выбрала своим наставником. Но у меня нет выбора. Ассамблея Авалона проголосовала по этому вопросу, а я ещё не приобрела достаточной власти и престижа, чтобы противостоять им в этом вопросе. На самом деле, я вообще не приобрела ни власти, ни престижа. Мне действительно нужно поработать над этим.
Больше всего меня беспокоила роль Лорда Дракона во всём этом. Он специально выбрал Лорда Виверну в качестве моего наставника, вероятно, чтобы его верный помощник мог очень внимательно следить за мной. И за тем, что я делаю. В частности, за технологией, которую я разрабатываю.
Мне нужно придумать, что с этим делать.
— Где ты взяла Бронзовую Банши, Калани? Это довольно необычная карта.
— Необычная, да, но не редкая. И уж точно не легендарная.
Дети достали свои карточки «Магия Авалона». Насколько я понимала, эти карточки были частью новой популярной игры.
— Я выиграла Бронзовую Банши у Деваки Ананси.
По словам детей, там были всевозможные карточки разной степени редкости.
— Я очень хочу выиграть у Кайло Кицунэ, чтобы заполучить его Фейри Мороз, — сказал Кассиан. — Но у него слишком хорошие карты, чтобы победить его, даже несмотря на то, что я намного лучший игрок. Если бы у меня была хотя бы половина карт, которые есть у этих богатых детей, я бы их разгромил. Такая расплата была бы приятной.
— Расплата? — я нахмурилась. — Что случилось? Тебя беспокоят дети в школе?
— Ничего такого, с чем я не смог бы справиться, — сказал Кассиан, слегка пожав плечами.
Но я не совсем поверила в это. В его глазах был огонь борьбы, который я слишком хорошо знала.
Я взяла его за руку.
— Я знаю, это тяжело — быть намного беднее, чем все остальные вокруг тебя, не иметь того, что есть у них.
Ноздри Кассиана раздулись.
— Мне не нужно то, что есть у них, — в его словах прозвучал вызов.
Калани вздохнула.
— Но, конечно, было бы здорово иметь большой особняк с бассейном, кольцевой дорогой и большими красивыми садами, — она снова вздохнула. — И частный самолёт. Посмотри сюда. У Морфеуса Кракена есть частный самолёт, и он выглядит так потрясающе, — она показала нам экран своего телефона. На открытой там фотографии мальчик сидел в роскошном белом кожаном кресле и смотрел в окно.
— У одного ученика вашей школы есть частный самолёт?
— Не только у одного, мам, — сказал мне Кассиан. — У большинства ребят в нашей школе есть частный самолёт.
Я хотела бы дать своим детям то, что было у их одноклассников. Ну, вообще-то, с другой стороны, может быть, я и не хотела. Похоже, в этой школе царило серьёзное поле искажения реальности, так что я была рада, что Кассиан и Калани хотя бы немного приземлённые.
В любом случае, я не могла подарить им особняки и частные самолёты, но я могла подарить им любовь. И блинчики. Я положила им на тарелки ещё немного. В блинчиках Калани была черника. В блинчиках Кассиана её не было. У него было стойкое отвращение к фруктам и овощам, поэтому когда я тайком добавляла их ему в еду, мне приходилось следить за тем, чтобы он этого не заметил. Яркие сине-фиолетовые пятна были определённо заметными.
— Доминик, ты выглядишь рассеянным.
Голос Валерио звучал совершенно неуместно в моей столовой. Я огляделась, но его не увидела. А Серелла и дети продолжали есть блинчики, как будто вообще его не слышали.
— Засиделся допоздна? — Валерио одарил меня улыбкой.
Я моргнула, а затем он исчез. Но его голос звучал всё так же.
— Куда вы с Ариной пошли вчера вечером после того, как ушли из бара?
— В офис Лорда Виверны.
— Романтично.
— Я не заходил внутрь.
Валерио усмехнулся и снова оказался передо мной. Он был не один. Там присутствовала ещё куча парней в спортивной одежде, наверное, охранники Дома Дракона. Передо мной возникла зеркальная стена, но в ней отражалась не я. Это был Доминик. Я была Домиником.
Только не это снова.
— Доминик? — Валерио положил руку мне на плечо. — С тобой всё в порядке?
— Я в норме, — Доминик присел на скамью для разминки.
Они находились в спортзале. Звон гирь эхом отражался от зеркальных стен. Из вентиляционных отверстий вырывался холодный воздух, обдавая холодом мою — Доминика — кожу.
— Ты неважно выглядишь. Что случилось с Ариной прошлой ночью?
— Ничего.
— Ясно.
— Я не хочу это обсуждать, Валерио.
— Звучит серьёзно.
— Я сказал, что не хочу это обсуждать.
— Хорошо, но будь осторожен, Доминик.
— Я всегда осторожен.
— За исключением того, что касается Арины. Ты никогда не мог контролировать себя в её присутствии.
— Это было давно. Теперь я старше и мудрее.
— Нет, это не так, — ухмыльнулся Валерио. — Тебе это только кажется.
— Спасибо тебе за этот очень бесполезный комментарий.
Лицо Валерио стало серьёзным. Он понизил голос, чтобы другие мужчины не могли подслушать.
— Послушай, Доминик, мне нравится Арина. С ней очень весело. Но это всё, что может быть между вами: веселье. Ты же знаешь, наш отец никогда не позволит тебе жениться на Арине. У него грандиозные планы относительно наследника Дома Дракона.
Его комментарий вырвал меня из тела Доминика и вернул в моё собственное. Я снова была у себя дома, сидела за своим столом. Серелла и дети всё ещё весело болтали о блинчиках, карточных играх и частных самолётах.
Вилка выскользнула у меня из рук и упала на деревянный пол.
— Мама? — Калани посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Всё в порядке?
— Да, конечно. Всё просто замечательно, — я переложила последний блинчик на тарелку. Голоса братьев-Драконов всё ещё звучали у меня в ушах. Я вскочила со стула. — Мне просто нужно кое-что проверить. Сейчас же. В моей мастерской.
Я подошла к двери и вышла из дома, направляясь в свою мастерскую в гараже. Я должна положить этому конец. Я должна разрушить чары Серебряной Колдуньи. И без того было достаточно сложно не думать о Доминике. Когда мы связаны таким образом, это становилось совершенно невозможно. Я вошла в мастерскую, захватив коробки и инструменты.
— Я должна заблокировать нашу связь.
Я могу создать что-нибудь, что способно на такое. Я могу создать что угодно. Я работаю быстро. Мне нужно разорвать связь. Я начала сортировать детали. Вскоре у меня появилось уродливое, но функциональное устройство, которое будет делать то, что я хочу. Я просто знала, что так и будет.
Я ошибалась.
Когда я включила устройство, вспышка магической энергии отбросила меня назад. Как только слепота, звон и головокружение прекратились, я поняла, что больше не нахожусь в своей мастерской. И я была не в своём собственном теле.
— Доминик, что случилось? — спросил меня Валерио.
— Ничего, — пробормотала я.
— Не похоже, что ничего.
Он услышал меня. Я заговорила, и Валерио действительно услышал меня. Теперь я сидела «за рулём» тела Доминика.
Дерьмо.
Это означало, что мой магический эксперимент не разрушил нашу связь. Он только укрепил её.
    
Глава 2. Обмен телами
 
Валерио смотрел на меня так, словно у меня были не все дома. Учитывая моё нынешнее затруднительное положение, это довольно точная оценка моего психического состояния. Вопрос заключался в следующем: что мне с этим делать?