Опасная невинность (ЛП)

Было много вещей, которые я хотел сделать с Эйслинн, но ей бы они понравились. И, черт возьми, я не хотел, чтобы она уезжала. Я хотел, чтобы Эйслинн была в Нью-Йорке. Хотел, чтобы она была в моей квартире, в моей постели. Я не доверял ей, но я был готов дать этому обреченному браку еще одну попытку. Доверие можно построить, причем с обеих сторон. Она отказала ирландской полиции, когда Эдди обратился к ней. Это был первый шаг. Я был готов делать один маленький шаг за другим. Мой отец говорил, что брак — это работа.
Я был таким идиотом, когда дело касалось Эйслинн.
— Она недостаточно стабильна, чтобы перелететь через пруд, Эйслинн. Будь благоразумна. Могут пройти годы, прежде чем она умрет. Здесь у нее первоклассная медицинская помощь. Ее переезд только создаст ненужный риск. И она хотела быть в Нью-Йорке, так что, возможно, тебе стоит просто оставить ее в покое.
— Она хотела быть в Нью-Йорке, чтобы стать известной моделью. Она не хотела быть избитой до полусмерти и бороться за свою жизнь. Не притворяйся, что ты знаешь, чего она хочет, и не притворяйся, что тебе не все равно. — Она тяжело сглотнула и встретила мой взгляд. — Ты позволишь мне остаться?
Мое сердце заколотилось, но я скрыл свое волнение. — Да, но только при одном условии.
Она напряглась.
— Я хочу, чтобы ты осталась в моей квартире. Ты все еще моя жена, и поэтому должна оставаться со мной.
Она поспешно выдохнула. — Ты прогнал меня как предательницу. Не смутит ли людей то, что ты позволил мне вернуться?
— Лишь очень немногие знают о твоей маленькой сделке с полицией. Что касается остальных, то я просто устал от твоих выходок.
Она наклонила голову, словно пытаясь понять мои рассуждения. Я беспокоился, что она может это сделать. — Хорошо. Если это то, что нужно, я останусь с тобой. — Она быстро отвела взгляд, прежде чем я успел прочитать эмоции в ее глазах. — Мне нужно позвонить маме. Она должна знать.
— Она и Финн могут прилететь. Я оплачу перелет и гостиницу, или они могут остановиться у нас. Мы же семья.
Она покачала головой, ее зубы впились в нижнюю губу. — Сомневаюсь, что мама считает тебя семьей. Она так боролась, чтобы оградить нашу семью от Девани. Мой брак с тобой не заставил ее петь аллилуйю, поверь мне.
Я жестко улыбнулся. — Я не обязан ей нравиться, и я вообще мало кому нравлюсь. Но мы — семья, и ничто этого не изменит, милая Эйслинн.
Она с любопытством посмотрела на меня. — Не думала, что когда-нибудь снова услышу, как ты называешь меня этим именем.
Я тоже, но Эйслинн обвела меня вокруг пальца. — Скажи мне, нужно ли заказывать билеты на самолет, когда ты поговоришь с мамой. Я уверен, что Финн хотел бы вернуться в Нью-Йорк.
Я почувствовал желание поцеловать ее, ощутить ее тело на своем, но отступил назад. Мне нужно было взять себя в руки. — Корбин присмотрит за тобой. Если я тебе понадоблюсь, то просто позвони.
Я повернулся, когда голос Эйслинн зазвучал снова, тихий, но твердый. — А как насчет тех, кто сделал это с Имоджен? Ты попытаешься их найти?
Я сделал паузу и посмотрел через плечо на жену. — Я делаю все, что могу, не только из-за твоей сестры, но тот, кто сделал это с Имоджен, может быть также связан с нападением на тебя. Но боюсь, что только Имоджен может пролить свет на нападавших.
В глазах Эйслинн мелькнула нерешительность, но в ее голосе это не отразилось. — Я хочу, чтобы они понесли наказание за то, что сделали с Имоджен.
— У меня нет привычки работать с правоохранительными органами, — сказал я, хотя знал, что она имела в виду совсем другое. Эйслинн была хорошим человеком, но даже у хорошего человека есть черта, переступив которую, он может совершить плохой поступок.
— Я не это имела в виду, Лоркан, — резко прошептала Эйслинн. Она пересекла расстояние между нами и остановилась прямо передо мной. — Я хочу, чтобы ты наказал их за то, что они сделали. Хочу, чтобы они поплатились жизнью.
Я коснулся ее щеки. Она не отстранилась. Я использовал все свои связи, чтобы собрать информацию, но Сент-Бартс был вне моей досягаемости. Мне пришлось бы полагаться на информацию Сергея, а она была скудной. Либо потому, что он не знал больше, либо потому, что он защищал кого-то высокопоставленного. Если я начну пытать людей под их защитой, у Братвы будут большие проблемы. — Если я когда-нибудь найду виновных, я дам им справедливое наказание, если ты этого хочешь. Если они были связаны с нападением на Эйслинн, они получат от меня особое отношение.
 
— Я хочу.
— Тогда будем надеяться, что Имоджен очнется. Она владеет секретами того, что произошло.
Эйслинн кивнула, прежде чем отойти и направиться обратно в больничную палату сестры. Я завернул за угол, где обнаружил Корбина вне пределов слышимости. Он выпрямился, готовый к моим приказам. — Оставайся и следи. Не хочу, чтобы Эйслинн уходила одна. Я пришлю кого-нибудь за ней.
— Хорошо, Лоркан.
Я вышел из больницы и позвонил Шеймусу, хотя и знал, что он скажет. — И?
— Эйслинн вернулась и злится на меня.
— Я говорил тебе, что она будет. Ты должен был сказать ей. Ты отправишь ее обратно в Дублин?
— Пока нет.
— Значит, никогда.
— Если ты скажешь, что я тебе это говорил, я надеру тебе задницу.
Я повесил трубку, прежде чем он успел вывалить на меня свои советы. Я выхватил парковочный талон с лобового стекла, отбросил его в сторону и сел за руль. Пора было ехать к Сергею в офис для личной беседы. Может быть, он будет более сговорчивым, если я лично приду. Наши деловые отношения были на удивление хорошими. У меня было предчувствие, что события с Имоджен могут скоро испортить их, но ради Эйслинн я готов был рискнуть.
  
ГЛАВА 31
 
Долгое время я сидела рядом с Имоджен, держа ее за руку, пока набиралась смелости, чтобы позвонить матери. В Дублине было позднее утро. Даже после тяжелой ночи в баре мама не спала, чтобы забрать Финна от нашего соседа и провести с ним время. Мне не хотелось так портить ей день, лишать ее надежды и сообщать ей эту ужасную новость.
Затем я вспомнила о своей злости на Лоркана за то, что он не сказал мне, и набрала мамин номер. Она заслуживала того, чтобы знать. Имоджен была ее дочерью.
После второго звонка мама взяла трубку, голос звучал немного торопливо. — Эйслинн, я выскочила из душа, чтобы ответить на твой звонок. Ты в порядке?
Она постоянно беспокоилась обо мне. — Я в порядке. Я… — Я сглотнула. — Как Финн?
— Он ужасно скучает по тебе, Эйслинн. Когда ты собираешься вернуться?
Я прочистила комок в горле. — Мама, Имоджен… — Всхлип сотряс мое тело. Все эмоции, которые я хранила в бутылках, грозили выплеснуться наружу.
На другом конце линии раздалось эхо тишины. — Она умерла? — Страх, прозвучавший в мамином голосе, заставил меня вздрогнуть.
— Нет, — выдавила я.
Мама издала всхлип, затем прочистила горло. Я представила, как она сильно зажмуривает глаза, как она всегда делала, когда пыталась не плакать. В прошлом это случалось очень часто. Но за последние несколько лет мама стала тверже относиться к нашей реальности. Иногда я восхищалась ее твердой оболочкой, иногда возмущалась. Теперь я знала, что лучше. Я была на пути к тому, чтобы стать такой же, как она.
— Но, мама, ей нехорошо. Совсем плохо. Произошел несчастный случай. — Почему я лгала? Разве я только что не поссорилась с Лорканом из-за того, что он мне солгал? Но я не могла заставить себя сказать маме, что Имоджен выбрала не того парня, женатого преступника, и что он пытался убить ее, когда она, вполне вероятно, шантажировала его. Зная Имоджен, это было единственное объяснение, которое у меня было. — Она получила некоторые повреждения мозга и находится в коме.
Мама издала взволнованный вздох. — Ты говорила с врачами? Очнется ли она?