Лихоморье. Трилогия (СИ)
12. Обитель Осдемониума
Тильда устала, но не признавалась в этом Якуру, который несколько раз предлагал сделать привал. Парень был на удивление внимателен, до назойливости, но девушка списывала несвойственное ему поведение на то, что они долго не виделись и друг наверняка скучал по ней. Тильда тоже по нему скучала, но сейчас он ее немного раздражал. Она тщательно это скрывала и стыдилась таких чувств, мысленно обзывая себя неблагодарной. Ведь Якур столько всего сделал для нее! Прилетел из Заполярья по первому зову, выкрал чемодан‑портал из «осиного гнезда», и сейчас тоже рисковал жизнью, отправившись вместе с ней навстречу невообразимым опасностям, в логово самого безжалостного демона, одно из многочисленных имен которого – Смерть.
И все же…
– Обопрись на меня, тут повсюду коряги! Не хочу, чтобы ты споткнулась и упала, – в который раз повторил Якур, и Тильду передернуло. Ей казалось, что он лезет из кожи вон, стараясь ей понравиться, и она не могла больше выносить это притворство. Но, сдержавшись, Тильда шутливо ответила:
– Не переживай! У меня со зрением полный порядок, я вижу все коряги и точно не упаду.
На самом деле она все время озиралась, совершенно не глядя под ноги, и споткнулась уже не раз. Надо все же отдать должное Якуру, который вовремя ее подхватывал, и только благодаря ему она ни разу не упала, но его прикосновения почему‑то были ей неприятны. Возможно, просто у нее сдавали нервы. Дремучий лес, сквозь который они продирались, сплошь кишел жуткими тварями, следовавшими за ними по пятам. Между стволов мелькали тени, метались огоньки горящих глаз, за спиной то и дело похрустывали ветки. Казалось странным, что вся эта живность (или, наоборот, нежить?) до сих пор на них не набросилась. А ведь они с Якуром были совершенно беззащитны! Друг почему‑то даже нож с собой не взял, сказал, что забыл, когда Тильда спросила его об этом. Она еще много о чем его спросила, просто засыпала вопросами. Едва он отвечал на один, как у нее тут же возникал новый.
– Почему для перемещения понадобилось зажечь свечи? – начала она после того, как они очутились в Лукомории и ее перестало трясти от шока, вызванного этим необычным путешествием.
– Чемодан‑портал не работает там, где недавно горел электрический свет, – ответил Якур. – Возникают помехи.
– О! А откуда ты знаешь?
– Ну… подслушал, – объяснил он с некоторой заминкой.
– И те, кого ты подслушивал, тебя совсем не заметили? – Тильда недоверчиво покосилась на него.
– Я умею быть незаметным! – Якур перехватил ее взгляд и весело подмигнул. – Помнишь?
– Помню. – Тильда отвернулась, надеясь, что в темноте не видно, как она покраснела от стыда. Что за допрос она ему устроила? В чем подозревает? Ведь не в сговоре же с похитителями ее брата? Однако что‑то неуловимое грызло ее, и недоверие к другу только усиливалось, а тревога росла. Причину такого состояния Тильда списала на нервы, решив, что зря донимает Якура.
***
Марк понимал: рано или поздно Тильда догадается, что перед ней не Якур, но, как мог, оттягивал этот момент. Можно было давно открыть карты, деваться девчонке все равно уже некуда, но… то ли он трусил, то ли жалел ее. А подвести Тильду к главной мысли нужно было до того, как они войдут во владения Осдемониума, ведь потом все может сложиться так, что будет не до разговоров.
– А почему ты не взял с собой санквылтап?
Ну вот, опять началось! Марк вздрогнул, чуть было не ляпнул: «а что это?», но вовремя спохватился и растерянно посмотрел на идущую рядом девушку. Как ему надоели ее бесконечные вопросы!
– Думаешь, стоило? – осторожно переспросил он, лихорадочно шарясь в памяти дотошной спутницы. Ему повезло: совсем недавно она вспоминала, как они с Якуром сбежали из интерната на весь день. Правда, в этом воспоминании не было ничего о санквылтапе, но зато были слова Якура, которые хорошо запомнила Тильда: «Я умею быть незаметным». Марк решил, что использует их при первой возможности, чтобы рассеять ее подозрения.
– Ты говорил, что игрой на санквылтапе можешь разбудить добрых духов и обратить их взор на землю, чтобы они увидели демонов, творящих зло, и прогнали их. – Тильда прищурилась, глядя на него.
– Ну, вряд ли можно изгнать демонов из их собственной обители, а именно туда мы сейчас и направляемся. Представляешь, они… ну, теософы эти, придумали Кощею кличку «Осдемониум»! Забавно, да? На латыни, она означает «костяной демон».
– Осдемониум? – Тильда усмехнулась. – Странно, зачем так усложнять?
– Их атаманша Божена питает пристрастие к латыни. Кажется, она иностранка, хотя и говорит без акцента. Название нового театра тоже ее заслуга.
– От театра там только одно название! – Тильда передернула плечами, скользнула тревожным взглядом по лесным дебрям, окружавшим их со всех сторон, и, меняя тему, атаковала Марка очередным вопросом: – А нож? Ты же взял с собой охотничий нож твоего отца? Ты говорил, что этим ножом можно убить даже демона, а Кощей, выходит, тоже демон по сути.
– Нож? – Марк непроизвольно почесал затылок. – Вот же я балбес! Ну, забыл ведь! – для большей достоверности он дважды шлепнул себя ладонью по лбу.
И тут она спросила, откуда он узнал про свечи и электрический свет. Пришлось Марку наврать, что он подслушал разговор черных теософов, когда те как раз об этом говорили. Тильда поинтересовалась, как ему удалось остаться незамеченным, и вот тут‑то Марку удалось ввернуть фразу Якура:
– Я умею быть незаметным.
И это сразу подействовало. Тильда взяла его за руку, настороженность исчезла из ее взгляда, и дальше беседу повел Марк (от лица Якура, конечно).
– Смотри! Кажется, я вижу стены замка! – воскликнул он, показывая в даль, на зубчатую полосу, только что проступившую под звездным небом. На самом деле замок появился, потому что Марк призвал его, посчитав, что настал подходящий момент. Он только что проверил на собственном опыте утверждение Божены: «Места сами появляются перед странниками, когда у тех возникает необходимость куда‑то попасть». Все получилось так, как сказала Блаватская. Для того, чтобы Тильда тоже увидела замок и смогла в него войти, Марк должен был привести ее туда. Всю дорогу он пытался ее приобнять в качестве поддержки, чтобы забрать с собой в нужное место, но девушка каждый раз отстранялась. И тут она сама взяла его за руку и больше не отпускала! «Дело в шляпе», – подумал Марк, отводя глаза, чтобы Тильда не заметила его торжествующего взгляда.
– Ты уверен, что это тот самый замок? – спросила девушка всматриваясь в горизонт.
– Да. Актер увел туда твоего Женьку после спектакля, – ответил Марк и подумал, пряча усмешку: «Даже врать не пришлось!»
– Ты это тоже подслушал?
– Да, я ведь долго в укрытии просидел.
– Думаешь, у нас получится забрать моего брата оттуда?
Марк приготовился подбросить Тильде идею о том, как это лучше сделать, но она вдруг отвлеклась на шорох, донесшийся из ближайших кустов, и пробормотала испуганно:
– Якур, мне кажется, здесь полно чудовищ. Они идут за нами уже давно. Я видела жуткие морды, похожие на уродливые человеческие лица. Неужели это люди?
– Когда‑то были людьми, – ответил Марк и тут же услышал провокационный вопрос.
– А ты откуда знаешь?
– М‑м… Говорят, что вся нечисть произошла от человека.
– А демоны?
– Демоны – это внешнее зло.
– А! Ты как‑то об этом рассказывал, – Тильда кивнула, а Марк порадовался, что попал в точку, хотя и не знал ничего о таком разговоре. Но теперь, когда она начала вспоминать, он прочел в ее мыслях слова Якура о внутреннем и внешнем зле: парень утверждал, что зло, зародившееся в душе человека, притягивает к себе могучее демоническое зло из внешнего пространства. Эта тема нагнала на Марка невыносимую тоску, и он поспешил направить разговор к главному:
– Честно сказать, я не знаю, как вывести Женьку из владений Кощея. Я ведь там не был. А вот ты как раз была. Как тебе удалось выбраться?