Закон эволюции (СИ)

— Вижу, мсье Кавано, у вас фиктивные браки уже вошли в порядок вещей.
— Нас все устраивает, — безмятежно заверил его тот.
Претендент, действительно здоровый парень, с ходу не врубился.
— Так, погодите, что это за люди? Девушка ведь была незамужняя, или я чего-то не понял?
— Ты совершенно прав, — ухмыльнулся Маркус, — была. Так что увы, легкой победы точно не будет, и я постараюсь, чтобы вообще никакой не было.
  
— Мадмуазель Ковач вышла замуж за Маркуса Коптева сегодня утром, — пояснил распорядитель.
Претендент пожал плечами:
— Ну и ладно, выберу пауэрлифтинг.
Распорядитель повернулся к Маркусу:
— Ваш выбор?
— Рукопашный бой без правил.
Претендент лишь насмешливо фыркнул:
— А у тебя есть такое право?
— У вашего противника такое право есть, — заверил его распорядитель.
— Ну как знаешь, муженек.
Из служебных помещений явились трое судей соответствующего профиля, и состязание началось.
Бой стартовал с решительной атаки претендента, явно намеревавшегося просто размазать противника по рингу. Маркус ушел с линии атаки, пропуская его мимо себя, врезал по почке и разорвал дистанцию до того, как претендент развернулся и попытался произвести захват.
Маркус не собирался затягивать этот бой, как не собирался и втягиваться в борьбу против гораздо более тяжелого и сильного противника. Чем больше тело — тем медленнее движется и тем громче падает. Агрессор, хоть и с семеркой по интеллекту, слишком переоценивает свои силы и упускает из виду, что обязательно проиграет по скорости, ну а бьют умелые люди сильно независимо от своих размеров.
Но претендент оказался все же хорош. Ему удалось подловить Маркуса на сближении — руки и ноги ведь длинные, далеко достают — и ребра астронавта затрещали от мощнейшего удара, грудь пронзила резкая боль. Однако и Маркус достиг своего, оказавшись вплотную к противнику, потерявшему равновесие в момент атаки. Превозмогая боль, он подсел, пропуская свистящий кулак врага над головой, и впечатал свой собственный ему в пах, сделал шаг в сторону, размахнулся и от души врезал в нос.
Претендент, мыча что-то невразумительное и держась за промежность, рухнул на колени, щедро разбрызгивая кровь из расплющенного носа, а Маркус шагнул назад и, стоя сбоку от него, послал ногу по длинной, размашистой дуге в зубы.
Рефери бросился останавливать бой, но астронавт уже и сам отошел в сторону.
— Если бой окончен, — сказал он распорядителю, — то все формальности доделайте с моим секундантом.
— Бой окончен, — мрачно подтвердил тот, наблюдая за медиками, возящимися с проигравшим.
Маркус с трудом пролез под канатами. В пылу боя он полностью игнорировал боль, но сейчас уже трудно и терпеть ее, и даже дышать. Перелом, не иначе, и хорошо, если только один.
К нему бросился Кавано:
— Как вы?
— Вызывайте такси, поеду в больницу.
* * *
Дело и правда обернулось худо. Перелома удалось избежать, но три ребра с трещинами — тоже хорошего мало.
Два дня Маркус провел в больнице, где ему сделали рентген, накачали обезболивающим и организовали фиксирующий корсаж.
В эти два дня его навещали Кавано, Крштлка — господи, ну и языколомное же имечко, хоть и красивое! — и ее мать, так что в палате Маркуса появились цветы. Кавано прислал на скорую руку смонтированный ролик, в котором замедленно прокрутились все самые болезненные моменты двух поединков, включая муки поверженных врагов и крупные капли крови на ринге, а в самом конце появилась лаконичная фраза: «Отменить Вызов еще не поздно». И черновик ролика, и фразу Маркус одобрил: коротко, четко и предельно доходчиво.
К вечеру второго дня Кавано позвонил и сообщил, что утром выложил ролик в сеть, сопроводив пояснительными комментариями, а к вечеру в обществе самозащиты появилось двадцать шесть новых членов.
— Это просто прорыв, — сказал он, — за неделю мы увеличим наше число в два, а то и в три-четыре раза.
— Ну так начинайте искать реальных бойцов, — ответил ему Маркус, — потому что я на ближайший месяц выбыл из строя.
— Я уже озадачил этим несколько человек, — заверил Кавано.
Астронавт закончил разговор и набрал номер Пайпер. Нет связи. За эти два дня девушка не навестила его и даже ни разу не позвонила. Он сам пытался позвонить, но мобильный Пайпер был не в сети.
Вечером Маркуса выписали.
— Две недели в корсаже, не меньше, — предупредил врач, — и я бы советовал — постельный режим. Никаких активных движений. А через две недели приходите на осмотр.
Он вернулся домой на такси, с трудом разделся в прихожей и уселся на диван. Насколько все-таки дома лучше, чем в больнице! Так, надо позвонить и заказать себе что-то поесть.
Но прежде Маркус набрал номер Пайпер. Все та же фигня: не в сети. Он позвонил Кавано.
— Такое дело, не могу дозвониться до Пайпер. Вы не в курсе, куда она запропастилась?
— Понятия не имею. Сам уже два дня как пытаюсь — в ответ все «не в сети» да «не в сети».
На следующий день Маркус позвонил в полицию и сообщил о пропаже.
— Почему вы уверены, что ваша знакомая исчезла? — спросил полицейский.
— Потому что она уже три дня не в сети.
— И что?
— Она обязательно позвонила бы мне, хотя бы узнать, как прошла моя защита на Вызове.
— Имя, фамилия, адрес вашей знакомой?
— Все, что я о ней знаю — ее имя, номер телефона и что она журналистка. Ведет светскую хронику в каком-то журнале.
— Номера будет достаточно. Ожидайте… Так… Данные совпадают. Ваше сообщение зафиксировано, спасибо за информацию. Мы проверим и сообщим вам о результатах.
И он действительно позвонил — всего через полчаса.
— Доброго дня, департамент правопорядка. Это вы сообщали о пропаже гражданки Пайпер Клейст?
— Да, я.
— Ваша знакомая никуда не пропала. Она жива, в добром здравии и находится именно там, где мы и предполагали. Ее ПЦП не в сети, потому что она сама его и выключила.
— Где же она?
— Это личная информация, я не вправе сообщить вам. Если бы ваша знакомая хотела, чтобы вы знали, где она — сообщила бы сама. Если не сообщила и отключилась от сети — значит, имеет на то причины. Все, что я вправе сказать вам — уже сказал. Доброго вам дня, спасибо за обращение в департамент правопорядка.
Еще два дня Маркус провел дома, в тоске и неизвестности, а на третий Пайпер все же позвонила.
— Привет, Марк, — сказала она, голос прозвучал как-то бесцветно и равнодушно, — как твои дела? Чем кончился последний Вызов?
— Привет. Моей победой, конечно. Но где ты пропадала? Я уж даже в полицию звонил…
— Прости. Я не могла позвонить. Даже не знала, как и сказать…
— Да что случилось-то⁈
— Я проиграла Вызов, — ответила девушка безжизненным голосом.
— Что-о⁈ Когда⁈
— В тот же день, что и твой.
Маркус на несколько секунд потерял дар речи, потом тихо спросил:
— Почему ты мне не сказала?
По голосу Пайпер ему показалось, что девушка вот-вот расплачется. А может, все же показалось.
— Той девчушке твоя помощь была нужнее. Я думала, что и сама справлюсь. Что этот ублюдок струсит шагнуть над пропастью, как и все до него. А он взял да прошел. Ну и выбрал поднятие тяжестей, вот и все.
— Кто он? — глухо спросил астронавт.
— Какая теперь разница? Уже поздно. Ничего не изменить. Ничего не исправить. С тебя станется на месть, я не хочу, чтобы ты поломал свою жизнь из-за меня, у тебя есть высокая цель, иди к ней. Мне безумно жаль, Марк, но я — всего лишь одна потеря на твоем жизненном пути. Сосредоточься на своей цели. Сделай это, чтобы другие женщины не разделили мою участь. Прощай.
В динамике раздались гудки, Маркус разжал пальцы, позволив пластмассовому корпусу выскользнуть из руки.
  
Он больше никогда не будет прежним. Рубикон перейден.
Террорист.
Наутро Маркус позвонил Кавано.