Мера любви

— Их нашли какие-то дети, — сердито прервал ее Ли. — Насколько мне известно, полицейские не знают, как долго пролежали там чемоданы. Но, похоже, считают, что это я выбросил их, после того как избавился от тела.
Миссис Престон задохнулась от негодования:
— Но не обвиняют же они вас в том, что вы причастны к ее исчезновению?!
— Пока нет, — ровным тоном сказал Ли. — Однако, думаю, это только вопрос времени.
  
— Это... это смешно. — Миссис Престон была вне себя от возмущения. — А как насчет ее мужа? Аделейд всегда говорила, что он зол на вас за то, что вы приютили ее здесь. Разве не более вероятно, что в этом замешан он?
— Она также говорила, что муж ее бьет, — напомнил Ли. — А вскоре выяснилось, что это неправда. — Он поморщился: — Не мое дело обвинять кого-либо. Я и сам достаточно натерпелся от этого в свое время.
— Но ведь это мистер Кларк нанял... ну, частного детектива, не так ли?
— Вы так думаете?
Миссис Престон нахмурилась:
— Не могла же миссис Тревор сама...
— Нет. — Ли оскалился при упоминании ее имени. Затем хрипло продолжил: — Я думаю о Коппелле. Возможно, я слишком близко подошел к тому, чтобы убедить власти, что Кристи должна жить у меня, и это был способ вновь разубедить их.
— Избавившись от миссис Кларк? — Экономка казалась еще более встревоженной.
— Нет, — нетерпеливо поморщился Ли. — Использовав ее исчезновение, для того чтобы вновь привлечь внимание ко мне. Возможно, это вообще не ее чемоданы. Даже если Джейнус Кларк идентифицировал их, это еще ничего не значит.
— О да, понимаю. — Миссис Престон кивнула. — Значит, вы думаете, что кто-то мог пометить их ее именем?
— А как иначе они могли установить их принадлежность? — рассудительно заметил Ли и взглянул на часы. — Впрочем, сейчас мы все узнаем. Миссис Тревор должна вот-вот приехать.
— О, мистер Роуленд, разумно ли это? — Экономка с сомнением смотрела на него. — Конечно, может быть, она и ни при чем, но я бы на вашем месте держалась подальше от этой женщины.
— Но вы не на моем месте, миссис Престон, — заявил Ли, сверкнув глазами. Он бросил последний взгляд на графин и встал. — Избавьтесь от этого виски, ладно? У меня такое чувство, что мне потребуются все силы, чтобы пережить ближайшие несколько дней.
 11 
Айрин спрашивала себя, почему позволила Эмми поехать с ней в Хиллтоп. Она знала, что Ли уже должен был вернуться из Монтеруэлла, и он, разумеется, не ожидает, что на его приглашение откликнутся так быстро. Помимо всего прочего, Ли наверняка будет слишком занят, чтобы прийти на конюшенный двор, и ей придется давать неловкие объяснения Джеку Маккорду по поводу причин, побудивших ее явиться на работу с дочерью.
Конечно, Эмми была в восторге. Она выполнила все задания, которые учителя по поручению мистера Биннса отправили ей домой, и Айрин считала, что дочь заслужила перерыв. Она лишь жалела, что прежде не поговорила с Ли.
По правде говоря, это была одна из причин, по которым она поддалась на уговоры Эмми. Айрин не видела Ли с того вечера, который предшествовал его поездке в Монтеруэлл, и почти боялась, что Ли жалеет о случившемся у нее дома. В конце концов, именно она была зачинщицей, с каким бы рвением Ли ни подыгрывал ей. Что, если он не намерен был так далеко заходить? Что, если он действительно пришел, чтобы пригласить Эмми, как и говорил?
А если уж быть честной до конца, то Айрин была в ужасе от своего поведения. Самое большее, что она обычно позволяла себе с мужчинами, — это легкий флирт. За исключением Сэма, ее опыт общения с противоположным полом был крайне ограничен. И то, что она сделала, было совершенно нехарактерным для нее.
В последние два дня Айрин мучительно искала причину своего распутного поведения. До сих пор при воспоминании о том, как она набросилась на Ли, у нее на лбу выступал холодный пот. Но никогда прежде она не знала, что значит по-настоящему хотеть мужчину; так нуждаться в его прикосновениях, чтобы желать проникнуть к нему под кожу.
Но в результате под кожу к ней проник он, грустно признала Айрин, вспоминая о двух проведенных без сна ночах после его отъезда. Она так часто принимала холодный душ, что мать боялась, как бы у нее не начался жар.
И у меня действительно жар, нервно думала Айрин, приближаясь к въезду в Хиллтоп. Но не тот жар, который можно вылечить лекарствами. Этот жар был у нее в крови, и этот жар был Ли. Она влюбилась в Ли Роуленда и собиралась рассказать ему всю правду, как только они встретятся.
И это была другая причина, по которой она взяла с собой дочь. Айрин с полным на то основанием ожидала, что Ли придет в ярость, когда узнает, кто она на самом деле, но, возможно, присутствие Эмми сделает его терпимее. Она попросила Дорис подготовить все счета, для того чтобы разорвать обязательства, связывающие ее с Джейнусом Кларком. Если Ли уволит ее, что скорее всего и произойдет, Айрин возобновит свое сотрудничество со страховыми компаниями и постарается забыть его...
Ворота были закрыты, и перед ними маячили несколько мужчин и женщина. Айрин заметила в руках у некоторых камеры и, почувствовав тревогу, снизила скорость. Когда Эмми с озадаченным видом повернулась к ней, мать сказала:
— Пойди открой ворота. И не отвечай ни на какие вопросы, слышишь?
Но именно на Айрин обрушился шквал вопросов, когда Эмми вышла, оставив дверцу машины приоткрытой.
— Вы работаете на Ли Роуленда, верно? — требовательно спрашивала женщина, атакуя «мини-купер». — Что вы думаете по поводу обнаружения чемоданов миссис Кларк?
Айрин вздрогнула, но, несмотря на нестерпимое желание спросить у женщины, что та имеет в виду, только стиснула зубы. Но «чемоданы миссис Кларк»?! Она изумленно тряхнула головой. Господи, о чем она говорит? И где нашли эти чемоданы?
Разумеется, не здесь!
Айрин дотянулась до противоположной дверцы и захлопнула ее прежде, чем женщина успела втиснуться в машину. Заехав в открытые Эмми ворота, она подождала, пока девочка вновь закроет их. Та, не обращая внимания на вопросы, которыми забрасывали теперь ее, быстро села в машину и испуганно посмотрела на Айрин:
— Что происходит, ма?
— Хотелось бы мне это знать.
Беспокойство Айрин росло с каждой минутой. Если правда то, что они нашли вещи Аделейд, то Ли, несомненно, должны были допросить сразу по возвращении из Монтеруэлла. Иначе зачем здесь все эти репортеры? Она сглотнула. О Господи, что еще довелось ему узнать?!
Айрин была почти уверена, что увидит во дворе джип, но его там не оказалось. И никто не бросал в сторону Айрин подозрительных взглядов, пока она парковала машину. Работа на конюшнях шла своим чередом, словно и не витало в воздухе явной напряженности.
Впрочем, возможно, я одна это чувствую, с раздражением сказала себе Айрин, идя вместе с Эмми через двор к конторе. Даже электрокамин приветливо горел, а на столе возвышалась, как обычно, стопка корреспонденции, ожидавшей ее внимания.
Телефон зазвонил прежде, чем она успела проверить, у себя ли мистер Маккорд. Она встревожилась, услышав голос Дорис, и поняла, что должно было случиться что-то необычное, поскольку ее помощнице было строго-настрого заказано звонить сюда.
— В чем дело? — спросила она, не отрывая настороженного взгляда от дочери. Она понимала, что Эмми, должно быть, хочется побольше узнать о происходящем, но не могла же она обсуждать с ней дела Роуленда.
— Здесь была полиция! — воскликнула Дорис высоким от волнения голосом. — Они хотели видеть вас, и я сказала, где вы можете сейчас находиться.
  
— Что?! — Айрин прижала руку к лихорадочно бившемуся сердцу.
— Да. — Дорис была вне себя. — Я ничего не могла поделать. Я не умею врать!
— Действительно, — признала очевидное Айрин. Мысли вихрем проносились в ее голове. Может быть, полиция уже здесь? Господи, Ли будет рвать и метать, если узнает, что они хотят видеть ее! Нужно срочно поговорить с ним, но это, похоже, не так просто. Она не знала, собирается ли он сегодня наведаться на конюшенный двор.