Мера любви

— Э-э... Ну, если вы отвезете меня на стоянку такси у автостанции, буду вам очень признательна, — нерешительно протянула она. — А что касается остального, то я позвоню в гараж, который обслуживает машину, и попрошу, чтобы ее забрали.
Ли пожал плечами:
— Как вам будет угодно... Но, возможно, их поездка окажется напрасной. Если потек карбюратор, то машина снова заведется, как только испарится бензин, насколько мне известно.
  
Айрин заколебалась. Ей, разумеется, ни к чему лишние траты.
— Ну... если ваш механик не будет возражать, — с запинкой пробормотала она, гадая, как поступил бы отец, окажись он в подобной ситуации.
Впрочем, отец никогда не оказался бы в подобной ситуации, думала она, когда Ли, заперев контору, распахнул перед ней дверцу джипа. И не стал бы вступать в какие-либо отношения с подозреваемым, не говоря уж о том, чтобы оказаться перед ним в долгу.
— Договорились. — Ли уселся на водительское сиденье, и Айрин вдруг остро почувствовала, как ей хочется, чтобы он оказался не замешанным в деле, которое она расследовала.
В замкнутом пространстве машины она не могла удержаться от того, чтобы не вдохнуть глубоко. От его кожи приятно пахло хвойным лосьоном, и Айрин так погрузилась в свои ощущения, что вздрогнула, когда он снова заговорил:
— Не напомните ли мне свой адрес?
— Мой адрес?
— Полагаю, вы хотите заехать за дочерью, прежде чем отправиться в школу?
— Ну да. — Айрин сглотнула. — Но вам вовсе ни к чему отвозить нас. Если вы высадите меня у стоянки...
Ли искоса посмотрел на нее, заводя мощный мотор, и твердо произнес:
— Я отвезу вас в школу.
Айрин решила не спорить. К тому же она и так указала адрес, когда нанималась на работу.
— Ну... если вы не против, — пробормотала она, когда Ли направил машину к воротам.
— Если бы я был против, то не предлагал бы, — насмешливо заметил он. — В чем дело? Боитесь, что ваш друг узнает, что я катаю вас по городу?
— У меня нет друга, — не подумав, сказала Айрин и тут же обругала себя за недостаток профессионализма. Если она не будет осторожнее, то скоро он без труда выудит у нее, чем она действительно занимается в конюшнях. А что могло за этим последовать, даже страшно было представить!
— Почему же? — спросил Ли, и женщина непонимающе уставилась на него. — Почему у вас нет друга? — пояснил он, и Айрин поспешно отвела взгляд.
— У меня нет времени на мужчин, — ответила она наконец, пристально глядя в окно.
Ли кивнул, а затем, словно продолжая какую-то увлекательную игру, сказал:
— Наверное, это потому, что отец Эмми очень обидел вас. Кажется, вы говорили, что она была совсем малышкой, когда он умер?
Айрин глубоко вдохнула, уже жалея, что откровенничала с ним.
— Это случилось давно, — неохотно проговорила она и стиснула кулаки. — Полагаю, то же самое можно сказать и о вас? — добавила Айрин, решив, что если уж он сам заговорил на эту тему, то вряд ли откажется отвечать.
Несколько мгновений Ли молчал, и она было подумала, что он не принял вызова. Но затем, словно придя к какому-то решению, Ли пожал плечами:
— Не думаю, что мою ситуацию можно сравнить с вашей.
Айрин тут же воспользовалась приоткрывшейся лазейкой.
— Почему же? — с невинным видом поинтересовалась она.
Ли посмотрел на нее из-под густых ресниц, скрывавших выражение глаз.
— Какая женщина доверится мне после всего, в чем меня обвинили? — сухо спросил он. — О нет, миссис Тревор, я не питаю иллюзий в отношении того, что думает обо мне большинство представительниц вашего пола.
— Полагаю, вы преувеличиваете, — поспешила заверить его Айрин.
Ли криво усмехнулся в ответ:
— А я полагаю, вы просто стараетесь проявлять по отношению ко мне милосердие. Давайте лучше поговорим о вашей дочери. Это более безопасная тема, вам не кажется?
Айрин нетерпеливо заерзала на сиденье. Возможно, ей больше никогда не представится возможность вот так поговорить с ним.
— Я уверена, что многие женщины мечтали бы познакомиться с вами, — продолжала гнуть свое Айрин. — Некоторые так просто вцепились бы в возможность побывать в Хиллтопе.
Ли устало вздохнул:
— В самом деле?
— В самом деле.
— Зачем? Чтобы потом рассказать подружкам, что видели место, где произошло трусливое и подлое преступление?
— Нет. — Айрин чувствовала, несмотря на насмешливый тон Ли, что подобные разговоры до сих пор больно ранят его, но сказала себе, что не имеет права жалеть этого человека. — Разве не вы говорили, что сами не допускали... в дом женщин, после того как умерла ваша жена?
— Не думаю, что это должно интересовать вас, миссис Тревор, — хрипло проговорил он. — Вы точно не работаете ни на кого, кроме меня?
Айрин похолодела.
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду моего тестя, миссис Тревор. Возможно, когда ему не удалось добиться откровенности от моей прислуги, он послал вас.
— Я даже не знакома с вашим тестем, мистер Роуленд, — возразила она, радуясь, что опять может сказать правду. — И смею вас заверить, что не работаю на него.
— Ну что ж. — Он скривил губы. — Я верю вам. Мне просто надоело отвечать на вопросы.
Айрин удалось скрыть испытываемое ею облегчение. В какой-то момент ей показалось, что Ли догадался, для чего она устроилась на работу в конюшни. Но в его положении ему конечно же следует думать, что он говорит и кому. Дело о смерти его жены считалось закрытым, но, если появятся дополнительные улики, его всегда смогут возобновить...
 6 
К тому времени, когда они вернулись в Хиллтоп, было уже двенадцать. Хотя Айрин и убеждала его в том, что не стоит их дожидаться, Ли провел у школьных ворот больше часа.
И это оказалось как нельзя более кстати, подумал сейчас Ли, вновь взглянув на белое лицо Айрин. Классный руководитель был крут и непримирим, и она очень болезненно восприняла его решение. Ли также понимал, что в поступке дочери Айрин винит только себя, и никакие доводы ни с его стороны, ни со стороны Эмми не могли ее убедить в обратном.
Сама Эмми казалась на удивление спокойной, хотя Ли подозревал, что, оставшись одна, она поведет себя иначе. Но девочка понимала, как расстроена ее мать, и держала свои чувства при себе.
Когда они завезли Эмми домой, он приложил все усилия, чтобы убедить Айрин остаться с дочерью. Но она настояла на возвращении в конюшни, сказав, что работа отвлечет ее от тягостных мыслей...
— Позавтракайте со мной, — отрывисто предложил Ли, проезжая между каменными столбами ворот, и женщина, повернувшись, изумленно посмотрела на него.
— Позавтракать? — переспросила она, и Ли кивнул. — О, что вы, не стоит. Э-э... у меня в офисе есть пара бисквитов. Это все, что мне нужно.
Ли сбавил скорость.
— Вы всегда завтракаете бисквитами?
— Да... нет... — Айрин облизнула губы. — Когда как придется, — призналась она.
— Тогда почему бы вам не составить мне компанию? — настаивал Ли. — Миссис Престон будет рада покормить кого-нибудь еще для разнообразия.
Айрин колебалась, и Ли пустил в ход свои козыри:
— Вы могли бы рассказать мне, что мистер Биннс собирается сделать с другими девочками, замешанными в этой истории.
— Вам действительно интересно? — спросила она.
— Да, конечно. Мне нравится Эмми.
— И вы ей нравитесь, — еле слышно выдохнула она и тут же покраснела, поняв, что Ли ее услышал. — Ну... если вы уверены, что ваша экономка не будет возражать...
— Это мой дом, — мягко напомнил ей Ли, сворачивая к особняку. Он поставил машину на асфальтированной площадке перед фасадом. — У вас такой вид, словно вам необходимо срочно выпить.
  
Миссис Престон появилась, как только они вошли в большой двусветный холл, с потолка которого свисала хрустальная люстра. Пока экономка шла к ним, Ли заметил, что Айрин с любопытством оглядывается по сторонам, и впервые за многие годы ему стало интересно, что думает о его жилище другой человек.