Чонса (СИ)
— Но хён отказал, — усмехнулся Хитман.
— И не прогадал, — вытянутое лицо-лопата сверкает зубами, — эта песня вывела меня в люди!
— Конбэ!
(Конбэ [건배] — Пей до дна.)
Собеседники чокнулись посудой и глотают обжигающе крепкий напиток.
— Из этого следует… — передёрнулся ЧиЁн и широко раскрыл глаза: — На исполнительницу имеют зуб два больших игрока, которые непонятно на что рассчитывают, а ЧонСа вообще без тормозов и продолжает мутить воду.
— Отважная, — улыбается Хитман.
— И тут на сцену выходит «ХИТ». Есть соблазн получить настолько талантливого трейни? Верно?!
— Многообещающе.
— Недальновидно, Хит. Когда планируешь дебют группы?
— Мы работаем над этим. Участницы готовят материал.
— Не обижайся, но «ХИТ Интертейнмент» словно маленькая креветка в океане корейской эстрады. И что с ней случится, вмешайся она в брачные игры огромных китов?
— Интересное сравнение, хён… — начал было Хитман.
Но его жизнерадостно оборвали:
— Помятая креветка! Ха-ха-ха!
Глава «ЧЁП» заливисто смеётся, а руководитель «ХИТ» качнулся, плеснув дорогой напиток из чашечки.
— Хён, опять слишком лез-зешь в процесс.
— Не лез-зу, а настойчиво с-советую…
— Ан-ни… лез-зешь…
— Хит! Избавься от такого опасного актива, целее будешь.
— Даже… если она чрезвычайно талантлива?
— Со всей кутерьмой?
— Нэ…
— Никто не может быть настолько гениален!
(Тем временем) Кухня бара «Помятая Креветка».
— С-сонбэ… — паникует ЧинЛи, — там такое!
Обеспокоенная помощница ворвалась на кухню и уставилась круглыми глазами на хозяйку в зелёном халате.
— За формой следи! — упрекает девушку Соха, отрываясь от сортировки крупы.
— Та-та-там… — ЧинЛи поправила фартук и тычет руками в сторону бара.
— Что случилось, — насторожилась Соха. — Давай глянем, — решительно ступая, она выходит из кухни.
У прохода в зал строгая хозяйка остановилась и таращит глаза. Из-за её плеча выглядывает аккуратная головка официантки.
Перед стойкой ждут необычные посетители. Высокий парень в деловом костюме из серой шерсти хмурит густые брови. Подняв мобильник к уху, он сверкает золотыми часами на запястье. Позади него караулит охрана, чьи тёмные наряды выглядят практично и одновременно внушают уважение.
За ними вид на улицу перекрыл богатый кортеж. В середине блестит хромом роскошный микроавтобус. Чёрный глянец автомобиля окружили высокие джипы, их угловатые формы напоминают военную технику, не хватает только опасных пушек сверху.
— Вытирала стаканы, — шепчет ЧинЛи, — а они как нагрянут… — розовощёкая девушка не отводит взгляда от высокого красавчика. — Сонбэ, у парня лицо знакомое! Наверное он популярный айдол?
— Ох, чувствую… — Соха очнулась и часто моргает: — Это всё проделки треугольной башки… опять чего учудила-а… снова язык за зубами не удержал, паршивец.
— Сонбэ, вы про Ангел?
— Кто же ещё?! Откручу плюшевую голову!
— Сначала полиция, а теперь…
— Куда прячешься? Спроси, чего хотят!
— Мне идти?!
— Аджа! — подгоняет девушку хозяйка.
ЧинЛи широко раскрыла глаза и семенит ножками, занимая место бармена.
— А-аньён хасэё… — заикаясь, она вытянула приветствие и низко склонилась, а затем выдаёт: — Желаете карту вин?
— Привет, — кивнул парень, не отрываясь от телефона, — стакан воды, чусэё.
Поедая красавчика глазами, ЧинЛи быстро моргнула, затем она неловко семенит обратно к хозяйке и шепчет:
— Вода, сонбэ! Он хочет пить… Что нам делать?! Как же быть? В меню нет стакана воды!
— Принеси из кухни! — каркает Соха. — Не беси меня!
У бара необычный посетитель дозвонился и радостно начал телефонный разговор:
— Бешеная! Где тебя носит?.. Чего трубку не берёшь? Который раз звоню!
— Здесь я! Сам такой! — глухие выкрики слышны через неплотно закрытую дверь. — Дурацкие пижамы не пускают! Выходи, давай!
Соха и ЧинЛи переглянулись, хрипотца снаружи им знакома, неужели…
— Комаваё! — громко благодарит парень и машет рукой: — Ничего не нужно, аньён!
Попрощавшись, необычный посетитель развернулся и шагает к прозрачным дверям, за которыми видно оранжевое нечто. Подтянутая охрана устремилась следом за парнем.
— Это сейчас что происходи-и-ит… — обалдело тянет Соха.
(Тем временем) Рядом с баром «Помятая Креветка».
Чудика долго ждать не пришлось. Видимо, ему не терпится вернуть свой телефон. Эх, мне стоило глянуть в записную книгу! Интересненько же, из-за чего он так переживает.
Чёрный кортеж было видно издалека. Сверкающие тачки появились от набережной, их плотный строй торжественно прокатил мимо и остановился, занимая всю обочину напротив заведения.
Что может везти столь богатый конвой? Конечно, гору наличности! Подумалось мне тогда. Обязательно, тысячу хрустящих банкнот с ликом великого изобретателя и борца за демократию на отдельно взятом материке.
Пришлось креветке прыгать следом. Образ морского жителя ограничивает подвижность: дурацкий костюм мешается, а хвост заносит! Ничего не поделать, мне оставалось ругаться сквозь зубы и пыхтеть, удерживая треугольную голову, пока вдалеке произошло явление царя народу. Ган ловко прыгнул из микроавтобуса, его исчезновение в прозрачных дверях прикрыла рослая охрана.
«Постой, паровоз, не стучите, колёса. Есть время взглянуть судьбе в глаза-а-а. Пока ещё не поздно… нам сделать… остановку, а? Кондуктор, нажми на тормоза-а…» — внезапный проблеск заставил потерять равновесие. На «чердак»! Сейчас не время! Мне с трудом удалось доковылять к дверям на своих двоих.
Парочка охранников задержалась у входа. Эти серьёзные лбы оценили мой потрясный наряд и сдвинулись, касаясь плечами. На строгих лицах отразилась полная уверенность, что морским жителям, таким как я, вход закрыт.
Сволочи, офонаревшие! А в сумке колбасит дурацкая мелодия мобильника. Ух, пришлось ему ответить! Фигов мажор не мог раньше позвонить? Всё у него через…
— Ксо… — тихо ругаюсь, — э-эй, какого…
Пижамы наступают, толкая в сторону. Знакомый чудик вышел из заведения. Внутри замечаю ещё охрану и вытянутые лица вдалеке. Хозяйка Соха и ЧинЛи сильно удивились. Офигеть, шухеру навели…
Высокий парень остановился и смотрит по сторонам. Не найдя искомое, он нахмурился. Бросив заинтересованный взгляд на гигантскую креветку, этот дурик хмыкнул и тянется в карман пиджака.
— Забодал мне названивать, — выглядываю из-за плеча охранника.
Ган удивился и таращит глаза на мою треуголку:
— Ангел, ты ли это…
— Сюрпри-и-из…
— Пропустить, — командует он.
— Уверены, Ган-ним? — напрягся охранник, по виду главный.
— Свои.
Тёмные пижамы расступились, беря нас в коробочку.
— Без обид… — Ган улыбнулся и осматривает мой оранжевый костюм: — Ты начинаешь путь в знаменитости с самого дна?
— Обалдуй самодовольный, — вяло шмыгаю носом.
Неприятно, да. И как-то мне неловко. В чём-то он, конечно, прав…
— Ха, тратишь время на самое бестолковое занятие из возможных?! — уже хохочет парень.
— Нос давно ломали?! — грозно опускаю башку гигантской креветки. — Хочешь, снова устрою!
— Ой, не могу…
— Забирай свой мобильник!
Почти швырнув ему телефон, я отворачиваюсь и толкаюсь сквозь охрану.
— Постой, лангуст переросток! — весело ржёт Ган. — Куда скачешь?!
— Иди ты… — бурчу в ответ. — Исчезни!
Настойчивый парень обогнал и шагает спиной вперёд. Его высокая фигура замедлила мою нервную походку, сзади мягко ступает охрана.
— Давай поговорим, — Ган спрятал улыбку, но сразу не выдерживает: — Хы-ы… Видок, просто охренеть, какой забавный!
Поправив треуголку, мрачно интересуюсь:
— Чугеллэ?!
(Чугеллэ [죽을래] — Do you want to die. Сдохнуть хочешь.)
— Всё-всё, — Ган примирительно выставил ладони. — Слушай, я тут подумал…