Сердце вора (СИ)
— Профессор, это тот человек, о котором я говорил, — представил меня кариока, — Кирилл, из России.
— Вообще-то из Канады, в России давно не живу, — улыбнулся я, пожимая пожилому профессору руку.
Он был невысок, смугл и морщинист, но сил у Августо, судя по рукопожатию, осталось немало.
— Присаживайтесь, молодой человек. И ты, раз уж пришёл, — Перейра кивнул нам на стулья рядом с большим деревянным столом, а сам устроился напротив.
Я старался прислушиваться к своим внутренним ощущениям и разглядеть ауру пожилого мужчины, но у меня не получалось. Варианта тут было всего два — либо он действительно не маг, либо я просто очень плохо умел определять такие вещи, ведь обучения, как такового, пройти так и не удалось.
Других колдунов, которые не прятали свою ауру, я мог определить довольно быстро, однако с теми, кто её скрывал, всегда возникала проблема.
Возможно, сейчас именно такой случай?
С другой стороны, через двадцать минут после начала разговора не заметил, чтобы профессор Перейра как-то дал мне понять, что он знает, кто я. Хотя… Мне и скрываться не было нужно — всего лишь повернуть сегмент на браслете и полностью изолировать свои энергопотоки. Так что, продолжая разыгрывать придуманную роль, я сосредоточился на интересующих меня вопросах.
После разговора о том, чем я занимаюсь, демонстрации нескольких липовых публикаций в не менее липовых журналах и на зарегистрированных несколько дней назад сайтах, я поведал Августо, что уже год работаю над книгой о затерянных городах и собираю информацию о них по всему миру.
— Профессор, надеюсь, моя просьба не покажется вам слишком наглой. Это я после знакомства с Бенисиу рассказал ему то, что мне уже удалось узнать о Франциско де Орельяна. И именно после того нашего разговора он отправился к вам, а уже после этого рассказал, что у вас имеется дневник этого конкистадора. Если это возможно — могу я на него взглянуть?
— Не дневник, всего лишь выписки из него.
— И тем не менее, это станет для меня настоящим открытием! До сих пор приходилось довольствоваться информацией из непроверенных источников, и я могу назвать то, что вы согласились меня принять, только чудом! Я знаком с некоторыми вашими трудами, и…
И ещё какое-то время мне пришлось поражать Перейру своей эрудированностью и начитанностью, что было несложно, учитывая, что всю прошлую неделю я только и делал, что изучал сферу интересов старика и смежные области.
Он мне поверил — безо всяких магических проверок я это видел. Старику было приятно, что кто-то всерьёз относится к его изысканиям, о чём он не преминул сказать, попутно отвесив несколько шпилек в сторону Бенисиу и большинства современных студентов.
— Эти выдержки я переписал из дневника Франциско почти двадцать лет назад, — пояснил он, доставая блокнот из верхнего ящика стола, — К сожалению, полностью скопировать текст мне не позволили.
— Почему?
— Время, отведённое на посещение Ватиканской апостольской библиотеки строго ограничено, знаете ли. Удивительно, что мне вообще разрешили воспользоваться их архивами! О, это было незабываемое время!..
* * *Ватиканская апостольская библиотека, ну конечно.
Как будто я сомневался, что будет непросто добраться до этого дневника… Хорошо хоть, лезть в секретный архив не придётся.
Поначалу это обстоятельство меня удивило, но потом я понял, почему дневник хранится в залах, открытых для посещения учёными и специалистами, получившим разрешение туда попасть.
Оказывается, труд Франциско де Орельяна был довольно известен в узких кругах и, руководствуясь им, в разные годы были организованы несколько экспедиций по поиску Эльдорадо. Вот только ни одна из них не увенчалась успехом. Изучив материалы по этим путешествиям, я понял, почему.
Франциско (Посланник или Пёс, если точнее), был тем ещё хитрецом. Он не стал писать в своих заметках то, что рассказал мне. И хотя в дневнике, по словам руководителей этих экспедиций, был довольно точный маршрут — в его конце не было никакого Эльдорадо. А я прекрасно знал, почему — без древнего артефакта южноамериканских колдунов было невозможно прорвать завесу, отделяющую реальность от спрятанного города.
Для меня, по большому счёту, это ничего не меняло — было нужно всего лишь достать этот злосчастный маршрут, а уж потом сосредоточиться на поисках лампы и масла к ней. Так что последнюю неделю я провёл в Риме, собирая информацию.
Ватикан оказался огромным. Это было настоящее государство, спрятанное внутри древнего города. Государство со своими законами, правилами, инфраструктурой, вооружёнными силами, политической системой, коммуникациями и транспортом. И, конечно же, со своим тайным, скрытым от простецов магическим миром.
Ну в самом деле, один из крупнейших религиозных институтов мира наверняка никак не мог существовать без вмешательства колдунов. После средневековой охоты на ведьм наступила эпоха просвещения, и простаки, наделённые властью, поняли — куда выгоднее дружить с обладателями невероятных способностей, чем вести с ними бесконечные войны на истребление.
Так что теперь часть священников великой курии и сами были колдунами.
Насчёт магической охраны во время «официальных» посещений Ватикана я нисколько не переживал. Пиявка, которую мне насильно всучила Арина и Разумовский, в данном случае являлась отличным прикрытием. Для всех магов Италии я был не более чем обычным туристом. И глупо было бы не воспользоваться своим инкогнито.
Для начала я убедился, что мой прыжок сюда остался незамеченным, и лишь потом принялся за дело. Прошёл по нескольким экскурсиям, обследовал все доступные для посещения места, обошёл музеи и достопримечательности, накупил карт, обложился скачанными из интернета фотографиями и планами, и принялся разрабатывать стратегию проникновения.
От Перейры я знал, что меня не пустят в библиотеку. Точнее, в отдельные её места. Но при этом я также знал, в каком зале и разделе находится дневник. Точнее — находился, но не думаю, что кому-то пришло в голову переложить его. Ватиканская курия славилась любовью к порядку, а это значило, что тасовать между собой редкие и древние книги они наверняка не станут.
Единственное, что меня волновало — магическая защита после того, как двери библиотеки закрывают. Я предполагал, что здесь действует такая же система, как в Москве, где мне довелось провести немало времени. И единственным положительным моментом было то, что дневник Орельяны не являлся трудом, несущим в себе какую-либо магическую ценность, и находился в общедоступном месте.
Но устроить проверку всё же стоило. Другой вопрос, что сделать это было практически нереально, разве что с помощью различителя, который я так заботливо прихватил с собой, когда сбежал из Москвы. Но от него исходил такой магический фон, что любой колдун в радиусе десятка метров запросто мог меня вычислить. Это породило бы ненужные вопросы, очередное бегство и вся моя затея накрылась бы медным тазом.
А этого никак нельзя было допустить.
Так что я потратил кучу времени, чтобы наметить хотя бы приблизительный план. Отстаивал огромные очереди и приходил в открытые для посещения залы, гулял по ним, запоминал расположение стеллажей, коридоров и любых других ориентиров.
Вероятно, кому-то это могло бы показать смешным — обследовать библиотеку, в чём сложность? А сложность заключалась в восьмидесяти пяти квадратных километрах, на которых она раскинулась.
Миллион шестьсот тысяч печатных книг, около ста пятидесяти тысяч манускриптов, бесчисленное количество гравюр, монет, географических карт — всё это имело неоценимое значение для мировой культуры землян. Разумеется, эта лишь та часть наследия человеческой цивилизации, о существовании которой было известно доподлинно. А ведь имелся ещё и секретный архив.
В 2012 году некоторые из его уникальны документов были представлены вниманию публики на выставке Lux in Arkana. Среди экспонатов были, в частности, протокол допроса Галилео Галилея, приговор, вынесенный Джордано Бруно, а также предсмертное письмо королевы Марии-Антуанетты. Забавно, но именно эти люди, насколько я знал, были колдунами.