Мифы и легенды. Книга 4. Последний из рода Бельских
Сергей Витальевич Карелин
Мифы и легенды. Книга 4. Последний из рода Бельских
Глава 1 Снова в Академию
В «Аква-Банк» мы прилетели в девять вечера. Хранилище, как и написал Сток, было открыто. Код я заранее выучил, так что, оставив в зале ожидания своих сопровождающих, прошел в хранилище в сопровождении двух охранников, в полуметровой стальной стене, состоявшей из множества выдвигающихся ящиков, нашел ячейку 25897522414 и открыл на плантеле код. Вбив четырнадцатизначный номер, открыл ячейку. Из нее извлек продолговатый черный футляр. Кроме него там лежала черная книга в массивном переплете. Хм… «все чудесатее и чудесатее». Быстро посмотрел книгу. Странно, язык на котором она написана, мне был неизвестен. Открыл футляр и увидел скромное кольцо из тускло-серого металла. Я почувствовал, что оно буквально фонило магией. Ладно, надо будет разобраться. Не думаю, что в своей посмертной записке Сток решил подложить мне свинью. Но тем не менее, надо быть осторожным с незнакомыми предметами, к тому же магическими. Убрав футляр и книгу в сумку, я вышел из банка вместе с своими сопровождающими, и мы полетели в нашу «штаб-квартиру». Футляр и книгу я сразу отдал Шемякину. Он сообщил, что у него есть знакомый артефактор высокого ранга, так что попробует идентифицировать, естественно, не за бесплатно. Я лишь кивнул.
Вообще маги-артефакторы были достаточно многочисленны, но по-настоящему талантливых и опытных, которые были способны не только определить свойства вещи, но и создать новую, было не много. Соответственно, и расценки у таких магов были поистине заоблачные. Но коль у Ивана имеется знакомый… Не думаю, что Шемякин станет преувеличивать.
Лишь добравшись до своего дома и опустившись в кресло в своем кабинете, я осознал, как устал. У меня хватило сил попросить Гвоздева найти на завтра приличное кафе недалеко от Академии. После этого я просто отправился спать.
Спал я плохо. Снились какие-то кошмары, но наутро ни один из них я не вспомнил. Контрастный душ привел меня в порядок, и я почувствовал себя человеком. Затем – завтрак, приготовленный моим личным «прекрасным поваром». Кстати, в квартире мы оказались одни. Ефим, как оказалось, отправился инспектировать строительство, Гвоздев и безопасники занимались делами. Но я в дела Шемякина не лез: уже понял, что этот человек не за красивые глаза получил в свое время должность в клане Бельских.
В общем, до обеда я просто отдыхал в обществе Даши, при этом в который раз убедился, что девушка – интересная собеседница. После обеда появился Гвоздев, с которыми мы удалились в кабинет.
Он сообщил, что заказал столик в кафе под звучным названием «Майская роза» на шесть вечера. Я сразу сбросил эту информацию Веронике. Тут же решили, что Даша отправится в Академию одна, а Шемякин с двумя помощниками будет страховать меня на всякий случай. Мои возражения по поводу смысла такой страховки собеседник в расчет не принял, вежливо заявив, что это не обсуждается. Ну, я спорить не стал.
Затем мы обсудили организационные вопросы. Как выяснилось, Павел не сидел на месте и развил поистине бурную деятельность. В результате, как оказалось, все юридические нюансы были окончательно улажены. У клана появился банковский счет, на котором благодаря Ефиму уже лежала круглая сумма. Как выяснилось, свой вклад также внесли Шемякин и Гвоздев. Строительство поместья шло полным ходом. Павел похвастался, что помимо нанятых работников службы безопасности уже практически подобрал народ для дипломатического отдела. Также у него на примете было несколько магов, которые, вроде, были готовы вступить в клан. Как с гордостью заявил Гвоздев, фамилия Бельских ещё что-то значила, хотя о ней уже многие забыли. И, да, Годуновы пока молчали.
– Вообще нет никакой реакции, – посетовал Гвоздев.
– Но разве это плохо? – удивился я. – Не замечают, и ладно.
– Не верю я в это спокойствие. – покачал головой Гвоздев. – Кстати, мне по секрету шепнули, что на следующей неделе вы получите официальное приглашение к Императору. Клан возрожден, значит, традиционная встреча с Императором – это святое.
– И что на ней меня ждет? – поинтересовался я.
Подобная встреча почему-то совершенно не внушала мне оптимизма, учитывая отношения между Рюриковичами и Годуновыми.
– Все нормально на ней будет, это же не личная встреча Императора с вами. На подобных публичных приемах решается много вопросов: награждение отличавшихся кланов, наказание провинившихся – в общем, много чего. Но после официальной части будет неофициальная, на которой вы обязаны присутствовать. Это, конечно, не бал, а скорее банкет, на котором все будет гораздо традиционнее и скучнее, чем на том банкете, на котором вы были у Трубецких, – улыбнулся Гвоздев. – Вы не забывайте господин, какой ранг у вас, пусть и потенциальный. Вот если бы его не было, то стоило бы переживать. Но мы все равно подготовимся ней. К тому же с вами будем мы с Шемякиным как ваши главные помощники. И, да, хотел предупредить, что я связался с главами Трубецких и Голицыных. Прошу вас, господин, теперь все контакты с ними через меня. Они могут, конечно, связаться с вами напрямую, вы можете пообщаться, но организационные вопросы, встречи, подписание любых документов лучше доверьте мне. Да и не только по ним. Банкет у Императора – это сигнал для аристократии. Уверен, что пройдет немного времени, и вас начнут зазывать на светские рауты. Но это тоже непросто. Не на любой из них нужно идти. Надеюсь, я смогу вам помочь.
– Конечно, Павел, – благодарно кивнул ему. – Есть еще просьба…
– Да, господин, – внимательно посмотрел тот на меня.
– Мне нужна информация о роде Пожарских. Все что есть. Особенно о Диане Пожарской. И о возможной связи этого рода с Рюриковичами…
– А можно подробнее? – нахмурился Гвоздев.
Я коротко обрисовал ему ситуацию и высказал свои подозрения по поводу навязывания моим соседом рыжей девушки в качестве, так с казать, постельного партнера.
– Что ж, вы правы. Я изучу данный вопрос… – кивнул Павел. – И максимально деликатно! – Предупредил он моё высказывание на этот счет.
Мы с ним еще немного пообщались, после чего он отбыл, а еще через час Даша отправилась с двумя охранниками в Академию, а я – опять с Шемякиным и еще одним флайером сопровождения на встречу с Трубецкой.
Кафе оказалась весьма симпатичным. Стены, увитые диким виноградом, куча цветов в кадках вдоль стен. Словно в цветочный магазин попал. И, кстати, само кафе было практически полным. Меня уже ждали – к моему удивлению, обе сестры Трубецкие. Как интересно! Впрочем, одеты они были так, словно я вернулся на тот самый прием. Красивые платья, макияж, и, на мой взгляд, на грани приличий – практически все взгляды практически посетителей, как я заметил, были прикованы к ним. Судя по всему, меня решили взять женскими хитростями…
Я опустился напротив них за столик, изготовленный в стиле «барокко». Вообще вся обстановка в кафе напомнила времена века этак XVIII. Как в какой-то древний Версаль попал!
Я заказал кофе; у девушек он уже был, и когда официант принес его и ушел, вопросительно посмотрел на них. На меня их откровенные наряды, как и их красота, уже не действовали. Стоило только вспомнить о том флайере, как женская магия переставала действовать.
Не знаю, может, я что-то не понимаю, но ни грамма раскаяния я в их взглядах не нашел. Скорее, они смотрели на меня как-то… обиженно, что ли… С ума сойти! Словно я на них покушение устроил.
– Ну? – осведомился я, и прозвучал у меня этот вопрос весьма грубо. – О чем будем говорить?
– Веромир… – начала Вероника; Елена скромно опустила глаза, видимо, отдавая всю инициативу сестре. – Я хочу признаться: да, я организовала на тебя покушение! Я виновата, не отрицаю, не знаю, сможешь ли ты меня простить … Я была словно в тумане… Ты же знаешь о планах нашего отца на наше замужество. – Она вопросительно посмотрела на меня, но я равнодушно пил кофе. – В общем, я хотела тебя попросить, чтобы это осталось между нами. Это была просто ошибка.