Последствие (ЛП)

Он опустился на колени и сел на корточки. Я присоединилась к нему, дрожа от холода от земли, проникающего сквозь мои джинсы. Он обнял меня и притянул ближе к себе, чтобы согреть.
— Спасибо. — Я прислонила голову к его плечу, пока мы смотрели на надгробие Кая.
— Я чувствовал себя настолько далеко от него, что иногда мне казалось, что мы не семья. Это прозвучит странно, но я никогда не мог быть тем, кем я был на самом деле с ним.
  
— Знаешь почему?
Он покачал головой.
— Я так и не смог преодолеть враждебность, которую я чувствовал к нему. Это всегда было со мной, особенно потому, что я знал, что наша мама любит его больше. Как и все остальные. Что бы я ни делал, я всегда занимал второе место.
Он глубоко вздохнул и начал рисовать пальцем на снегу случайные узоры.
— Я всегда винил его за то, что он был в центре внимания и самым успешным во всем. И я ненавидел, когда он преуменьшал свой успех и вел себя так, будто мы равны.
Я не знала, что на это сказать. У меня не было братьев и сестер, поэтому я не знала, что это за соперничество.
— Я думаю, что каждый из вас был хорош в том, что ему нравилось. Например, Кайден был слаб в писательстве. Он всегда просил меня помочь ему, когда нам приходилось писать эссе, но у тебя есть манера обращаться со словами, и я всегда удивляюсь, насколько это хорошо.
— Да? Мне даже сейчас трудно в это поверить. Мне кажется, если бы он был жив, он был бы намного лучше меня во всем.
Я прижалась к нему поближе.
— Я так не думаю. К тому же, я бы никогда не стала вас сравнивать. Вы оба разные и уникальные, так что сравнивать бессмысленно.
Он некоторое время ничего не говорил, позволяя ветру говорить в нашей вновь обретенной тишине. Я размышляла над его словами.
Было бы все по-другому, если бы Кармен уделяла полное внимание обоим братьям?
— Я часто думаю, каким бы он был, если бы был жив, — внезапно сказал он. — Он все еще был бы ботаником? Начал бы он курить? Устроился бы он работать в НАСА? — Он усмехнулся, но это был сухой звук, который дернул меня за сердце. — Мы когда-нибудь стали бы ближе? — Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и провел по моему лицу своей ледяной рукой. — Испытывал бы он все еще к тебе чувства?
Я отвела взгляд, горькое чувство пробежало по моему животу.
— Я часто думаю о том же, — пробормотала я.
Он сделал глубокий вдох, выглядя так, будто то, что он собирался сказать, было слишком личным.
— Все это время я вел себя так, будто ты единственная, кто виноват в той ночи, хотя на самом деле я больше всего винил себя.
Он убрал руку с моего лица, и его челюсти сжались. Я подумала о его записи в дневнике и чувстве вины, которое он носил все это время, что было разрушительно, и схватила его за руку.
— Я прочитала, что ты написал в своем дневнике. Как ты думал, что это твоя вина. Хейден, это не твоя вина, и ты никогда не заслуживал смерти. Кайден сделал этот выбор. Я долго отказывалась в это верить, обвиняя себя, но это правда. Он решил спасти тебя.
Медленно он встретился со мной взглядом.
— Долгое время я чувствовал, что не заслуживаю спасения. Иногда, когда я смотрел на себя в зеркало, — он указал на этот шрам, — я думал, как несправедливо, что я получил только его. Было так больно смотреть на это и вспоминать тот момент.
Слезы навернулись на его глаза, когда он изучал эпиграф, и мое сердце пронзила острая боль.
— Но есть и кое-что еще, — продолжил он. — Во мне все перевернуто. Я винил Кайдена за то, что он спас меня той ночью, но если бы он этого не сделал, я бы никогда не испытал того, что сейчас испытываю с тобой…И в этом и ирония: я ему благодарен. — Его хриплый шепот был таким тихим, таким сильно болезненным. — И я благодарен, что не ты погибла той ночью.
Тупая боль застряла в моей груди.
— Благодарен?
Он сжал кулак на коленях.
— Тогда я ненавидел его за то, что он пожертвовал своей жизнью. Я ненавидел себя за то, что не избежал той машины. Но тебя было легче всего ненавидеть. Я позволил всей этой ненависти поглотить меня и превратить в монстра, и мне потребовалось много времени, чтобы понять, что, наказывая тебя, я также наказывал себя, потому что не мог быть счастлив, когда ты страдала. — Слеза сбежала с его глаза, пробираясь по щеке. — Но ты стала для меня таким дорогим человеком, что я не смогу вынести, если потеряю тебя. Так что да, я благодарен. И это подводит меня к тому, что я хотел сказать тебе сегодня.
Он быстро вытер слезу и повернулся ко мне лицом, взяв мои руки в свои.
— Я много думал об этом после того, как очнулся от комы. Все это время я винил тебя в твоей неосторожной ошибке, думая, что мы можем все контролировать. Но ошибки случаются. Черт, я совершил так много ошибок, что знаю их лучше всех. Теперь, когда я совершил ту же самую неосторожную ошибку, которая привела к моей аварии, я понял, насколько я был несправедлив. Я думал, что никогда не прощу тебя, но потом понял, что мне не за что тебя прощать.
Я подняла брови.
— Подожди. Ты больше не винишь меня в смерти Кайдена?
Он кивнул.
— Я не виню. Это была не твоя вина. Да, ты не обратила внимания, но если бы тот водитель не ехал так быстро, может, и не было бы аварии. — Он посмотрел на наши соединенные руки. — И ты сама это сказала. Кайден решил спасти меня, как и я бы сделал, если бы мы поменялись ролями.
Мое сердце громко билось в ушах, когда я наблюдала, как он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Я была на грани слез.
— Это чертовски глупо, что мне нужно было пережить еще одну аварию, чтобы увидеть это. Это так глупо, и мне так стыдно, что я едва могу смотреть тебе в глаза, Сара. Я был слеп и несправедлив, но я наконец-то могу преодолеть свои токсичные мысли и ясно увидеть всю картину. — Меланхоличная улыбка появилась на его лице, когда он поднес мою руку к губам и нежно поцеловал ее. — Я наконец-то могу пережить то, как он умер, и принять это.
Я прижала руку к сердцу, которое забилось сильнее.
— Я… я чувствую такое облегчение. — Мой голос дрогнул. — Я думала, ты никогда меня за это не простишь…
На моем лице появилась улыбка. Это так много значило для меня. Он больше не винил меня в своей смерти. Он принял это.
— Спасибо, что рассказал мне все это… Спасибо.
Я поцеловала его в шрам и обняла его. Его руки мгновенно обняли меня, даруя мне тепло и чувство безопасности, которым я наслаждалась.
— Я простила себя, но мне нужны были эти слова, — сказала я ему. — Мне они так нужны были, а теперь это кажется нереальным. — Я потянулась, чтобы посмотреть на него, и слеза скатилась по моему лицу. — Это похоже на сон. Это не сон, верно?
Он улыбнулся.
— Нет. Это не сон.
В его глазах блестела печаль, когда он смотрел на надгробие Кайдена, что противоречило улыбке на его лице.
— Я прощаю тебя, Кайден, — прошептал он. — Я прощаю тебя за то, что ты оставил меня. Я прощаю тебя за этот выбор. Надеюсь, ты сможешь простить меня за то, что я разрушил жизнь Сары.
О Боже.
— Я надеюсь, ты сможешь простить меня за то, что я мучил человека, о котором ты заботился и любил. Надеюсь, ты сможешь простить своего брата за то, что он был ужасным человеком.
Я заплакала, и по моим щекам потекли новые слезы.
— С этого момента пора начать заглаживать вину перед Сарой. — Он посмотрел на меня, и его улыбка стала шире. — Пора очистить ее воспоминания… например сейчас…
Он обхватил мои щеки и поцеловал меня с такой силой, которая напомнила мне день годовщины смерти Кайдена, когда мы разделили наш первый поцелуй. Однако в этот раз все было по-другому, и мои губы сразу же раздвинулись для него, когда наши тела слились воедино, а его прикосновение врезалось в мою кожу. Мое сердце набрало скорость, расширяясь от эйфории.
  
— Наш первый поцелуй, — сказал он мне в губы и прижался лбом к моему. — Это было по-настоящему. Это не было частью моей мести. Это было то, что я никогда не смогу забыть, потому что впервые почувствовал себя живым. На мгновение я почувствовал себя завершенным. И это многое значило для меня, даже несмотря на то, что я глупо все испортил.